– Девушка, чтоб вы знали: я телепат, ясновидец и пророк… так сказать, – навалившаяся стеснительность смазала заготовленную фразу. Но карие глаза, забавная челка и легкая курносость девушки прошли через борькино сознание, словно сель через горный аул и смели последние преграды к словоизлиянию. Борька неслышно вздохнул и отдался на волю своего языка и сердца, которое вкладывало в него слова.
– Мало того, я очень, можно даже сказать, крайне, как вы уже, наверное, успели заметить, стеснительный ясновидец. Но что поделать! Я только что увидел ваше будущее и просто обязан вам его сообщить, – одна половина Борьки съежилась, подумав, “что он несет?”, а другая, тотчас заняв освободившееся пространство, продолжила веселиться на всю катушку.
Взгляд девушки, брошенный на Борьку, говорил одновременно о заинтригованности и об усталости от многочисленных ухажеров.
– Я вижу, что вы мне не верите! – В борькином голосе начал прорезаться акцент одесского еврея. – Чтоб вы мне-таки поверили, я буду говорить, а вы слушать и слушать внимательно, потому как никто и никогда не расскажет вам беззвозмездно вашего будушего, что я, собственно, собираюсь сделать!
– Так и безвозмездно, – Борис отметил, что голос у его избранницы именно такой, какой он себе и представлял тихими спокойными вечерами и попутно порадовался, что беседа стала превращаться (наконец-то!) из монолога в диалог.
– Конечно! Без-воз-мезд-но! То есть, даром! Как я могу вас обмануть?! Вы же видите, что на плечах у меня красная футболка, в голове весна, а в груди бьется сердце, которое томится в ней вот уже шестнадцать лет и два часа с четвертью.
– И что, там действительно весна? – девушка хитро посмотрела в точку между борькиными бровями.
– Разве я бы смог обмануть столь очаровательную особу, как вы, сударыня! Если хотите, мы бы могли провести трепанацию черепа, чтобы вы таки удостоверились в моей правдивости, но у нас с вами нет на эти пустяки ни минуты лишнего времени. И чтобы вы таки поверили мне за свое будущее, начну издалека, – Борька немного приотстал, пропуская степенную пожилую пару.
– И ты знаешь, когда я родилась? – спросила девушка, как только Борьке удалось снова с ней поравняться.
– Зачем я буду забивать вам голову вашим же рождением! Вы же и без меня все прекрасно знаете. К тому же, это может сказать любой шарлатан. Я же исповедую чисто научный подход и пойду гораздо дальше, – Борька выдержал эффектную паузу, чтобы обозначить важность момента, – я назову ваше имя! Вы – Катерина!
– А вот и нет! Меня зовут Еленой, – засмеялась девушка. – Все последующее словоблудие будет столь же близко к правде? Или ты уже передумал рассказывать мне мое будущее?
– Довольно обидные ваши слова. Я ж только начал и до конца еще далеко. А самое интересное в том, что я не ошибся. Я не могу ошибиться, поскольку читаю все в ваших глазах. Вы самая, что ни на есть натуральная, Катерина. Луч чистого света в пестром царстве! Катюша, я буду тебя так называть, ошибся не я, а ваши родители. Посмотрите вокруг, посмотрите на себя, и вы поймете, что вы такая же Елена, как я Теофраст Бомбаст, и, следовательно, я – прав.
– Может, еще что-нибудь из моего прошлого расскажешь, чтобы я не сочла тебя шарлатаном?
– Запросто! После рождения, не сразу конечно, вы попали в детский сад, а потом пошли в школу, где до сих пор и учитесь, – взгляд Бориса требовал подтверждения.
– Ну… в целом верно, но…
– Я же говорил, что вы будете довольны! – быстро перебил Елену Борька. – Я знаю, вы хотите знать даты. Сейчас такое время, что мало кто верит на слово – всем подавай бумагу с гербовой печатью. Хорошо, будут вам даты. Вы пошли в школу… 1 сентября! – речь была закончена таким многозначительным тоном, что Елена весело засмеялась.
– Я вижу весна потихоньку пробирается в ваше сердце. Я также знаю, что вы сейчас спешите на встречу с подругами, но еще немного времени – и вы о них не вспомните. Ваше будущее увлечет вас.
– Послушай, прорицатель, я же до сих пор не знаю, как тебя зовут, – все еще смеясь констатировала Елена.
– Родители нарекли Борисом, но я предпочитаю имя Натаниэль, для друзей – Наан.
– Так вот, Наан, хочешь, я скажу тебе сейчас свой номер телефона, а то вдруг потом передумаю?
– Дача взятки должностному лицу при исполнении, – казенным тоном отчеканил Борис, но телефончик записал.
– И еще… Наан, на счет подруг ты, действительно, угадал, и… мне бы хотелось, чтобы в ближайшие пятнадцать минут, через которые я доберусь к запланированному месту встречи, твое первое пророчество сбылось.
– Катюша, твое будущее чисто, как первый снег и свежо, как весенний листок. Я не угадываю грядущее, я его вижу, – Наан вдруг стал серьезным. – Ты закончишь школу, поступишь в институт, выйдешь замуж, у тебя родится мальчик и… мальчик, достигнешь определенных высот в своей профессиональной деятельности. Твой муж (замечательный человек) будет обладать такими редкими ныне качествами как ум, скромность, заботливость, трудолюбивость и многими другими. Он станет Нобелевским лауреатом, научит людей получать золото из свинца, изобретет антигравитационный двигатель и люди будут парить в небесах подобно птицам, и сделает важные открытия, которые значительно приблизят эру межзвездных полетов. – Незаметно друг для друга Борис и Елена стали замедлять шаг и вскоре вовсе остановились. – Твой муж, Катерина, будет дарить тебе на каждую годовщину свадьбы кастрюлю и сопровождать процесс дарения словами:
Любимая,
я поведу тебя к самому краю Вселенной.
Я подарю тебе эту звезду.
Светом нетленным будет она
Озарять наш путь в бесконечность.
– Я знаю этот мультик, – тихо проговорила Катюша.
– А когда количество кастрюль станет равным ста, вы продадите их с аукциона и купите своему первому прапрапраправнуку квартиру, а на оставшиеся деньги поедете в свадебное путешествие на Канарские острова. В свое первое свадебное путешествие, поскольку жизнь ваша будет настолько насыщена работой, семьей, детьми и внуками просто и с приставками пра– , что раньше на него просто не будет времени. Вы будете жить долго и счастливо и умрете в один день. Во сне.
– И кто же будет моим мужем? Я его знаю? – Катерина потупила взор.
– Катюша, твой будущий муж подойдет к тебе в день своего шестнадцатилетия и прочитает следующее стихотворение:
Ну почему ко мне ты равнодушна,
Ну почему ты смотришь свысока?
Пусть я сейчас не Аполлон наружно,
Зато душой я Крез наверняка!
– Первые две строчки будут идти вразрез с реальным положением дел, но зато последние две – правдивы до безобразия.
– Ты хочешь сказать, что… – Катерина смотрела на Наана как зачарованная.
– Что твой будущий муж – это я.
Наан со всей присущей ему серьезностью смотрел на Катерину. Катерина столь же серьезно смотрела на Наана. Борис с Еленой стояли, взявшись за руки, мешая движению, посреди улицы и глядели друг другу в глаза.
– Еще никто не предлагал мне выйти за него замуж, – засмеявшись сказала Елена.
– Кто-то же должен быть первым. Пусть им буду я. Первым, а заодно и единственным, – стараясь выглядеть серьезным, ответил Борис.
– И ты действительно собираешься совершить все эти открытия и стать Нобелевским лауреатом?
– Ага.
– А зачем тебе это надо?
– А есть ли другой жизненный путь у человека, который с четырех лет мечтал стать академиком? Кое-что в этой жизни предопределено, не все конечно… Человек при рождении равновероятен в своем развитии, все его будущее зависит только от родителей и от окружающей обстановки.
– И ты думаешь, что сможешь достичь всего, что наметил?
– Уже почти достиг. Мне бы только узнать, что за восклицательные знаки стоят в некоторых формулах. Вряд ли они обозначают восторг от простоты записи.
– Ну это просто. Это факториалы.
– И ты знаешь, что они обозначают? – сразу заинтересовался Борька.
– Да. Это…
– К черту математику! – В Борьке снова проснулся Натаниэль. – Я знал, что мы созданы друг для друга! Я включу тебя в соавторы! Но это потом, а сейчас… неужели нам больше не о чем поговорить, кроме как о сухих цифрах? Мне столько всего надо о себе рассказать и столько всего узнать о тебе!
– А как же твой провидческий дар? Ты же говорил, что и так все обо мне знаешь?
– Я ж не провидец, я только учусь. Мне же надо получить подтверждения из первых уст. И желательно с датами. Начнем с меня. Завтра я получу паспорт, – Борька светился от гордости. – И буду иметь возможность каждые пять минут вставать в позу и декламировать, совершая соответствующие жесты: “Я достаю из широких штанин…” И пусть СССР уже давно в прошлом, рожденные в нем будут жить вечно, – Наан ударил себя кулаком в грудь.
Шумели деревья, разговаривали и проходили мимо люди, проносились машины, цвели цветы, развевались флаги, возносились в небо упущенные воздушные шары. Весна навалилась на город, погружая его в свои цвета и ароматы, праздничные хлопоты, веселье и прочую беззаботность.
Борис и Елена Катерина и Натаниэль
бродили по улицам, взявшись за руки и беспрестанно разговаривая.
Через пять лет Борис Рудольфович защитил докторскую диссертацию, получил кафедру, сбросил семнадцать килограммов живого веса и смирился с лысиной. Он стал больше внимания уделять жене и детям, покупая кому цветы, кому мороженое, вытаскивая их в театры, цирки и прочие зоопарки. Жизнь Бориса Рудольфовича изменилась к лучшему. Он стал уважаемым человеком, справедливым начальником, любимым мужем и отцом.
Еще через пять лет у Бориса Рудольфовича и Елены Александровны родилась первая внучка. Они настояли, чтобы родители назвали ее Екатериной. Деды снова окунулись в молодые годы, пеленки и сюсюканья.