– А он не рассказывал вам об этой женщине?
– Даже имя не назвал. Сказал только, что более открытого и приятного в общении человека раньше не видел. И еще что есть женщины, которых никак не портит ни красота, ни деньги.
– Она была его клиенткой?
– Кажется, да, но я не помню точно. Леха говорил, что они познакомились в Праге, так что, скорее всего, вы правы.
Махов выбросил окурок и замолчал. Лена сделала пару пометок в ежедневнике и спросила:
– И что, к этой женщине он поехал?
– Да. Сказал, что должен поговорить с ней и определиться. Если она ответит ему взаимностью – он все бросит, женится на ней, уйдет из фирмы и увезет ее в Прагу. У него ведь есть вид на жительство. В смысле, был…
– Выходит, отношения у них все-таки как-то развивались?
– Насколько я знаю, это был такой роман в письмах. Они переписывались, но не созванивались. Вроде она такое условие выдвинула.
– Странно. Может, она замужем?
– Не знаю. Хотя мне это тоже в голову пришло, когда Леха сказал, что даже голос услышать не может. Зачем бы такие сложности, если оба свободны?
– Полосин был не абсолютно свободен. Как же его роман с Лесовской?
– С Кристиной? Как вам сказать… Этого я тоже никак не мог понять. Что вам мешает жить вместе, если у вас какие-то отношения? Хотя тоже на расстоянии все. Как часто они могли друг к другу прилетать? У нее тут хлопот полно, у него – там. И потом – она ведь старше его почти на девять лет. Леха выглядел старше, она тоже вполне ничего сохранилась, в глаза разница не бросалась, но все-таки. Кристине нужна была определенность, семья, дети, в конце концов, годы-то уходят. А он, как я думаю, не спешил с этим.
– А вы с ней знакомы?
– Да, виделись несколько раз.
«Интересно, почему она не сказала мне об этом? – подумала Лена. – Зачем хотела скрыть?»
– Лехе не нравилось, что она его начальница, в этом было что-то такое… Знаете, вроде как альфонс нашел небедную женщину постарше.
– Но ведь он и сам неплохо зарабатывал?
– Но не так, как она. Его это тяготило. Думаю, он потому и оттягивал постоянно момент, когда придется сказать «да» или «нет». Не хотел ее обижать, но оказаться в полной зависимости не хотел еще сильнее.
– Это можно понять.
– Знаете, а ведь я мог бы помочь, – вдруг произнес Махов после паузы, словно решившись на какой-то шаг.
– Каким образом?
– У меня остался Лехин ноутбук. Там что-то полетело, и он попросил отнести нашим спецам в конторе, я его починил и забрал. Если это как-то поможет…
– Конечно! – вскрикнул Петр и тут же прикрыл рот рукой. – Извините.
– Ничего. – Лена тоже возликовала в душе: это была редкая удача.
– Если нужно, я после работы могу привезти его куда скажете. Пароли все я знаю, – вздохнул Махов. – Никогда бы такого себе не позволил, но тут такая ситуация… Думаю, Леха бы меня простил.
– Вы нам очень поможете, Сергей Васильевич, – сказала Лена. – Возможно, его переписка откроет что-то новое.
– Тогда… – Махов бросил взгляд на наручные часы. – Я заканчиваю в пять, живу тут неподалеку. Куда привезти?
– А давайте я сам к вам подъеду, отвезу вас домой и возьму ноутбук? – предложил Петр.
– Если вам удобно, сделайте одолжение.
– Тогда мы так и поступим. Петр вас встретит и привезет постановление об изъятии. Ноутбук пойдет как вещественное доказательство. Спасибо вам, Сергей Васильевич, извините, что отняли время.
– Да что там, – махнул рукой Махов, открывая дверку машины. – Время… Леху не вернешь, а рабочее время и завтра будет, и через месяц.
Он попрощался и побрел в сторону здания, ссутулив плечи.
– Вот это да! – возбужденно заговорил Петр, проводив его взглядом до входа.
– Повезло нам, Петр. Если в переписке найдутся письма этой женщины, то половина дела сделана. И это все благодаря вам. Не найди вы Махова – и все.
– Вы меня так перехвалите.
– Ничего, вы не из тех, у кого голова от похвал закружится.
– Елена Денисовна, а можно к вам в город перевестись работать? – неожиданно спросил Петр, выезжая с парковки.
– В каком смысле? – не поняла Лена.
– После окончания стажировки нельзя попросить перевод в ваш город?
– Не понимаю, зачем вам, коренному москвичу, такие сложности.
– Мне понравилось с вами работать. Вы вообще первая, кто на меня всерьез внимание обратил, пусть и вынужденно.
– Петр, при чем здесь вынужденно? Мне вас дали в помощь, и помощь эта оказалась вполне к месту. Но ведь это не повод уезжать на периферию.
– А если мне так хочется? Если я готов уехать отсюда и работать в другом месте? – упорствовал он. – Ведь люди переезжают ради работы. Почему бы мне не переехать?
– А не заскучаете после столичной-то суеты в нашем захолустье? – улыбнулась Лена.
– Ой, да бросьте! Я человек не тусовочный. И потом, всюду люди живут, найдется и компания, было бы желание ее найти. Да и народа у вас явно меньше, чем в столице.
– А как же ваша девушка? Не хотите посоветоваться?
– Если она меня любит, то поедет со мной, – твердо сказал Петр. – Специальность у нее есть, она английский преподает, в ваших школах наверняка можно найти место.
– Что ж, если решите, думаю, мое начальство не будет возражать.
– Вы меня поддержите, если что? – воодушевился Петр, обгоняя еле плетущуюся по свободной полосе машину.
– Поддержу. Но имейте в виду: по блату в прокуратуре и на следствии не работают. Нужно хотеть и делать.
– А я хочу. И делать буду все что нужно. У меня диплом с двумя четверками – по философии и по английскому. А спецпредметы все на «отлично».
– Хорошо, хорошо, Петр, я поняла. Пробуйте. Заканчивайте стажировку, просите направление, на месте порешаем.
– Спасибо, Елена Денисовна! – горячо сказал стажер, дотянувшись до ее руки и пожимая ее. – Я вас не подведу, увидите!
– На дорогу смотрите, Петр, а то не успеете направление получить.
– Виноват, обрадовался.
Получив санкцию на изъятие ноутбука, Петр отвез Лену в гостиницу, а сам поехал встречать Махова – время близилось к пяти. Лена хотела ехать с ним, но молодой человек настоял на том, чтобы она немного отдохнула – по пробкам в пасмурной духоте будет некомфортно, и она согласилась.
– Тогда вы мне сразу позвоните, когда вернетесь, я спущусь и проведу вас к себе в номер, здесь все и посмотрим.
– Да, конечно. Я постараюсь быстрее, самому не терпится.
– Внимательнее на дороге, Петр, спешка никогда не доводит до добра.
Сказав это, Лена вдруг почувствовала себя старой курицей-наседкой, учащей цыпленка переходить дорогу, и устыдилась. Но Петр, кажется, не заметил этого, помахал ей рукой и быстро выехал с парковки.
Лена поднялась к себе, сбросила туфли, которые вдруг начали нещадно сдавливать ступни, и легла на кровать прямо в одежде. «Интересно, этот мальчик всерьез сказал о переводе или хочет в моих глазах плюсиков заработать? Вообще он производит впечатление толкового парня, если не пошутил, то я бы его смело порекомендовала своему шефу. При правильном подходе из него выйдет хороший следователь. Посмотрим, как пойдет».
Незаметно она задремала, свернувшись клубком, и даже увидела сон, в котором шла по берегу моря и нашла большую раковину, которую никак не могла вытащить из песка. Чем старательнее она пыталась откопать находку, тем сильнее та уходила в песочную воронку. Лена проснулась от боли в пальцах и пару секунд, хлопая глазами, смотрела на руки, пытаясь понять, в чем дело. Проснувшись окончательно, она поняла, что это был всего лишь сон, потрясла головой, чтобы прийти в себя, и оглядела смятое покрывало и одежду:
– Однако.
Бросив взгляд на часы, она ужаснулась: время близилось к восьми, уже должен был подъехать Петр и наверняка звонил, а она не услышала. Схватила телефон, обнаружила, что звонков не было.
– Видно, стоит где-то в пробке. Хорошо, есть время привести себя в порядок.
Вынув джинсы и футболку с рукавами из шкафа, Лена наскоро переоделась и причесала растрепавшиеся волосы, поправила макияж и, прихватив ежедневник, села в кресло у окна. Пробежав записи по делу, она подумала, что, возможно, разгадка кроется в письмах Полосина и его загадочной незнакомки, ничего другого в голову не приходило. Хорошо, что активный стажер догадался взять распечатку разговоров и нашел этого Махова.
– Странно, что я сама это упустила. Надо больше думать о деле, а не отвлекаться на собственные душевные терзания, – пробормотала она.
Она не ждала звонков от Кольцова – Никита знал, что она в командировке не всегда сможет ответить, однако Лену обижало, что он даже не написал ей маленького сообщения за эти дни. Впрочем, Никита никогда не отличался излишней заботливостью и не нарушал собственного правила, согласно которому звонил Лене не чаще трех раз в неделю. Она привыкла оправдывать это его занятостью и отсутствием потребности в постоянном контакте, но порой хотелось все-таки чуть больше внимания. Но звонить сама тоже не стала – если отвлечь Никиту от работы, ничего, кроме раздражения, в ответ не получишь.
Петр позвонил около девяти, когда Лена уже начала испытывать спазмы в желудке от голода.
– Извините, Елена Денисовна, тут какой-то кошмар, еле доехал, – зачастил он, едва Лена сняла трубку. – Я в холле.
– Хорошо, я сейчас спущусь, и пойдем в кафе.
– Тогда я пока пойду займу столик, а вы спускайтесь.
В кафе при гостинице было малолюдно – цены кусались, но Лену это даже обрадовало: они смогут спокойно совместить ужин и просмотр почты Полосина. Петр сидел в дальнем углу, ноутбук лежал на краю стола, и стажер то и дело бросал на него жадные взгляды. Лена, подойдя ближе, рассмеялась:
– Не терпится?
– Не то слово. Всю дорогу мучился от соблазна, но без вас не решился.
– Давайте что-нибудь закажем и, пока ждем, попробуем посмотреть.
Быстро продиктовав подошедшему официанту заказ, они открыли ноутбук и в ожидании уставились на экран, ожидая, пока появится возможность войти в почту. Петр ввел пароль, написанный на листке Маховым, и начал вслух читать список отправителей во входящих сообщениях. Дойдя до адресата с именем «Дашутка», Петр вопросительно посмотрел на Лену: