– А вы что скажете, мистер Эванс? – довольно резко повторил вопрос Армстронг. Майкл, повернувший стул, на котором сидела Геро, спинкой к распростертому на земле телу и мягко приподняв, поглаживал ее руку, не обращая внимания ни на публику, ни на суперинтенданта.
Он рассеянно поднял голову, дернул плечом и ответил:
– Я? Я стоял вон там.
– Нельзя ли поточнее, сэр?
– Я же показываю. Там, рядом с Симсом.
– Так оно и было, суперинтендант. В конце последнего розыгрыша он стоял рядом со мной, – подтвердил Симс, довольный тем, что ему выпал случай попасть под свет рампы.
– А потом?
– Потом? А-а, понимаю. Н-ну, а п-потом, к-когда игра в-возобновилась, я уж ни на что не обращал в-внимания, – заикаясь, вымолвил Симс.
Армстронг жестом велел собравшимся, которых любопытство как магнитом притягивало к главным действующим лицам, отойти подальше. Сам же он приблизился к миссис Вэйл. Она посмотрела на него взглядом, в котором все еще явственно угадывался ужас.
– А теперь, мадам, мне придется побеспокоить вас. Мне очень жаль, но вы ведь сами понимаете, что чем быстрее в моем распоряжении окажутся все факты, тем быстрее мы найдем… убийцу вашего мужа. – При этих словах суперинтендант чуть повысил голос и внимательно огляделся. Все лица были напряжены и бледны, неподвижны от пережитого потрясения. Подобно ветерку, прошелестевшему над ржаным полем и замершему вдали, слово «убийца» задело собравшихся, заставив их вздрогнуть и долетев даже до тех, кто застыл в ожидании на противоположной стороне площадки.
Геро облизнула бескровные губы.
– Даже не знаю, что и сказать. Муж заговорил со мной прямо перед началом раунда. А когда игра была выиграна, я снова повернулась к нему, и мне показалось, что он заснул. Я встряхнула его, он сполз с места, и я увидела… – Голос ее задрожал и сорвался.
– Вы уверены, что больше ничего не видели и не слышали? Прошу прощения, миссис Вэйл, но я должен задать вам этот вопрос. Совсем ничего, даже никакой мелочи?
– Когда бэтсмен сорвался с места, я, помнится, сказала: «Не получится» или нечто в этом роде, а муж что-то проворчал в ответ. Только… о боже мой, это был не ответ, это был… – Геро говорила напряженным шепотом, но вокруг стояла такая сосредоточенная тишина, что до присутствующих долетало каждое ее слово. Геро выпрямилась, но тут же снова обмякла в руках Майкла. Он тесно прижал ее к себе, поглаживая золотистые волосы.
Армстронг поднес ко рту мегафон и громко проговорил:
– Если кто-либо из присутствующих заметил что-то необычное после начала заключительного раунда, прошу немедленно подойти ко мне.
Публика снова зашевелилась, послышалось тяжелое дыхание, но все остались на своих местах.
– Кто-нибудь прикасался к телу до нашего с суперинтендантом появления? – повернулся Найджел к тем, кто стоял к нему ближе других. Наступило непродолжительное молчание, которое оборвал Симс:
– Мы с Тивертоном перевернули его, чтобы посмотреть… – Голос его осел.
– А кто из вас был первым?
– Тивертон. Я – с-сразу следом за ним.
– А зачем вы – или он – взяли оружие? – отрывисто бросил суперинтендант. – Разве вы не знаете, что этого нельзя делать ни при каких…
– Да ничего мы не брали. Правда не брали, – не дал ему договорить Симс. – То есть, я хочу сказать, не было там никакого оружия, – смущенно поправился он.
Суперинтендант загадочно улыбнулся Найджелу и снова обратился к Эвансу:
– Будьте любезны, попросите, пожалуйста, миссис Вэйл сказать, не видела ли она какого-нибудь оружия, когда тело ее мужа сползло на землю?
Найджел обратил внимание на то, что, хотя Армстронг изо всех сил демонстрировал такт и сочувствие вдове, вслушивался он в негромкий разговор между Майклом и Геро с предельным напряжением.
– Она говорит, что оружия никакого не было, это абсолютно точно, – сообщил наконец Майкл и, не скрывая возмущения, добавил: – Если это все, то, быть может, довольно мучить ее, пусть идет к себе, где на нее не будет глазеть это человекообразное стадо.
– Никто не уйдет с поля, пока не будет обыскан. Если угодно, можете проводить ее в палатку.
Провожаемый двумя сотнями глаз, Майкл отнес Геро в палатку. Он видел и слышал только одно: ее несчастный взгляд и сдавленные рыдания. В палатке было пусто, все, что осталось от чаепития, убрали минут тридцать назад. Геро приникла к Майклу, как ребенок; через ее плечо ему была видна часть публики – все были бледны, все молча ждали развития событий. Суперинтенданта он видеть не мог – тот стоял вплотную к палатке с противоположной стороны – вслушивался.
Что бы там Армстронг ни хотел услышать, времени у него на это оказалось немного: появился доктор Мэддокс, отказавшийся, сообразно событию, от своей обычной расхлябанной походки в пользу более строгого шага. Он кивнул Армстронгу и склонился над останками Персиваля Вэйла.
– Он мертв. Смерть наступила мгновенно.
– Перенести его можно?
– Да, теперь это не имеет значения. Господа, не поможет ли мне кто-нибудь перенести тело за палатку?
То, что осталось от Персиваля Вэйла, было поднято, затем вновь опущено на землю. Доктор Мэддокс склонился над телом. Через минуту-другую он распрямился и стряхнул с колен землю.
– Итак, сэр? – нетерпеливо спросил Армстронг.
– Его закололи. Каким-то тонким орудием, возможно, стилетом. Острие вошло в тело под левой лопаткой и попало прямо в сердце. Думаю, удар был нанесен немного слева, точнее скажу после вскрытия. Смерть, повторяю, наступила мгновенно. Крови вытекло очень мало.
Найджел посмотрел на суперинтенданта. Нетрудно было представить, в каком направлении текут мысли последнего.
Геро сидела слева от мужа. Армстронг подошел поближе и тщательно осмотрел стул, на котором сидел Вэйл. Обитая тканью спинка была проколота сзади, прямо под перекладиной. Неподалеку собралась группа учителей, разговаривали они вполголоса.
– О господи, – вздохнул Гэтсби, – фантастика какая-то, поверить невозможно. Убить человека на глазах у всех – нет, так не бывает.
– Оказывается, бывает, – возразил Рэнч. – Думаю, убийце сейчас тоже не по себе.
– О чем это ты? – не понял Симс.
– Полиция собирается обыскать всех и каждого. А ведь этот кинжал с окровавленным лезвием, скорее всего, спрятан у него где-нибудь в складках нижнего белья.
– Право, Рэнч, – прервал его Гэтсби, – сейчас не лучшее время для твоих цинических шуточек.
– Не лучшее время и место для убийства, – огрызнулся Рэнч. – На глазах у родителей.
Вскоре из Стевертона прибыла полиция: сержант Пирсон, несколько констеблей, женщина-полицейский, а также явно не находивший себе места главный констебль. Армстронг сразу же подошел к нему, отдал честь и быстро заговорил. Найджел незаметно приблизился; он успел уловить только обрывок фразы, но и того было вполне достаточно.
– … ордер на обыск квартиры Эванса, сэр.
– А вы уверены, что в этом есть крайняя необходимость? Я хочу сказать…
– Сугубая необходимость, сэр, и чем быстрее, тем лучше.
– Ну что ж, Армстронг, тогда на том и порешим.
Суперинтендант послал констеблей снять с поста их коллегу в штатском и часовых-добровольцев.
Дождавшись появления первого, Армстронг прошептал ему на ухо:
– У мистера Эванса было что-нибудь в руках?
– Да, сэр, кувшин с водой.
– Не будь идиотом. Я имею в виду, когда он уходил с поля?
– Извините, сэр, не понял. Нет, как будто ничего.
Следующими Армстронг подозвал сержанта и женщину-полицейского. К ней он обратился первой:
– Мне надо, чтобы вы обыскали в палатке всех женщин. Начать можете с миссис Вэйл, она уже там. Ищете очень тонкое лезвие с острым наконечником. Помимо того – но это касается только миссис Вэйл, – вас интересуют пятна крови на одежде. – Суперинтендант повернулся к сержанту: – А ты, Пирсон, обыщешь участников матча – и взрослых, и школьников. Заранее могу сказать – ничего не найдешь, но сделать это надо. Устроишься в павильоне, в комнате для гостей. Остальными я займусь сам. – Армстронг направился к зрителям и передал через мегафон необходимые инструкции. Болельщики разделились на два потока – женщины двинулись к палатке, мужчины к павильону. Многие были слишком потрясены случившимся, чтобы возражать, но имелись в немалом количестве и такие, кто вставал на дыбы и устраивал сцены. Остававшийся в стороне главный констебль нервно пощипывал усы; он уже видел заголовки завтрашних газет. Армстронг, в свою очередь, рычал, как большая овчарка, метался из стороны в сторону, угрожая укусить, укрощал строптивых.
Один из констеблей остался пикетировать место преступления, а Армстронг приступил к обыскам.
– Мистер Эванс, прошу вас. – Майкл вошел. Найджел, не дожидаясь приглашения, последовал за ним. Вид у него был несколько озадаченный. – Прошу вас раздеться, сэр. – Майкл поднял брови, но повиновался; странным образом используется эта раздевалка, подумалось ему. Суперинтендант тщательно осматривал все предметы одежды, один за другим. Нельзя сказать, что под конец лицо его выражало радость.
– Ну что, так и не нашли пятен крови? – кротко осведомился Найджел. Армстронг метнул на него сердитый взгляд, раз-другой прошелся по комнате.
– Еще минуту, мистер Эванс, – остановил он пошедшего было к выходу Майкла. – Вы ведь довольно долго ходили за водой, не так ли?
– Ровно столько, сколько нужно.
– Хм. И где же налили кувшин?
– У себя дома.
– Вы что же, хотите сказать, что ближе крана не нашлось?
– Почему же, их там полно. Чего не скажешь о стаканах.
– А разве не было бы быстрее взять стакан на кухне?
– Не думаю; хотя, кто его знает, вполне может быть. Но где стоят стаканы у меня дома, я знаю, так что, естественно, туда и побежал.
– Что ж, пока это все. Должен, однако, попросить вас впредь до моего разрешения к себе не возвращаться.
Майкл вопросительно посмотрел на суперинтенданта. К чему вся эта возня? Впрочем, это только полезно для нервов. Едва он вышел из павильона, как Армстронг знаком подозвал одного из полицейских и велел ему впредь до особого распоряжения не отпускать Эванса с поля. После чего занялся рутиной – обыском мужчин. Начал он с учителей, стоявших ближе всего к жертве; на их одежде он тоже искал пятна крови, не забывая и об оружии. На протяжении всех этих операций Найджел стоял в неестественно неподвижной позе. Бессмысленно все это, думал он. Бог знает, куда преступник подевал свой стилет, или что там, но не настолько же он глуп, чтобы таскать орудие преступления с собой. И Найджел оказался прав. По истечении показавшегося бесконечно долгим отрезка времени был обыскан и отпущен с миром последний зритель. Ни дюйма металла, ни капли крови – ничего ни на ком не было обнаружено. Вскоре в павильон зашла женщина-полицейский и сообщила, что и она ничего не нашла.