— И что?
— И страдает, дуреха, теперь. И чтобы лучше разобраться в самой себе, пошла на те же курсы, что и я. Нас Петя обеих на них отправил.
— Там вы с ней и познакомились! — радостно закончила Кира. — Видишь, я все помню, что ты мне рассказывала.
Ласка хмыкнула:
— В общем, говори мне: да или нет. Ждать вас в пятницу на даче или как?
— Что за «или как»? — возмутилась Кира. — Я тебе уже сказала! Разумеется, мы приедем!
Всеслава моментально повеселела. И призналась Кире, что на самом деле очень им с Лесей будет благодарна, если они поедут. Потому что в натуре трусит, собираясь знакомиться с семьей своего любимого мужчины. Вдруг она им не понравится? Или они начнут обсуждать ее? Или еще чего?
— А главное, — поделилась Ласка своей тревогой, — вдруг они запретят Пете встречаться со мной? Или начнут вставлять нам палки в колеса?
Но как показало будущее, Всеславе следовало бояться совсем не этого.
В пятницу вечером на даче собралось общество вполне демократичное. Сам Петя — он же хозяин вечеринки по случаю представления невесты (Всеслава уже считалась его невестой!) родным и знакомым. Впрочем, из родных на даче присутствовала только его сестра. А с ней Всеслава успела познакомиться раньше.
Старшее поколение семьи Пироговых было представлено весьма умеренно — престарелым дедулей, который был глух, как тетерев, и рано отправился на покой, оставив молодежь веселиться, как им захочется.
Таким образом, у мангала с шашлыком собралось восемь человек: Петя с Лаской, Кира и Леся, сестра Пети Маруся и еще одна девушка — Алена. Прекрасно понимая, что четверым девушкам будет скучно без кавалеров, Петя предусмотрительно пригласил двух своих друзей.
— Маловато на нас четверых, — высказалась Кира, обращаясь почему-то к Лесе.
— Но все лучше, чем совсем никого!
Впрочем, вскоре выяснилось, что Маруся и Алена в брачном марафоне не участвуют.
— Ну, Маруся — понятно, она у нас дама замужняя, хоть с мужем и в ссоре. А ты почему с нашими мужчинами даже словечком перекинуться не хочешь? — приставала к Алене Кира.
— Мне нельзя, — отводя глаза, бормотала Алена.
— Боишься?
— Нельзя мне! Я тоже замужем!
— Ого! — восхитилась Кира. — Похоже, вокруг нас все замужем.
Но Леся не торопилась с выводами.
— А где же твой муж? — спросила она у Алены.
Этот простой вопрос вызвал в девушке бурю неадекватных эмоций. Она покраснела. Потом из ее глаз брызнули слезы, и она опрометью помчалась в дом.
— Что это с ней? — оторопела Кира.
— Зря вы у Аленки про ее мужа начали спрашивать, — озабоченно произнесла Маруся. — Ой зря! Теперь она весь вечер проплачет!
— Да что с ней?
— Это все я виновата! — убивалась Маруся. — Должна ведь была вас предупредить. Но раз так получилось, хотя бы сейчас скажу. В общем, муж у Аленки умер. Погиб. Недавно погиб. Месяца еще не прошло.
— Как — погиб?
— Ужасная смерть, он словно в мясорубке побывал, — не слишком охотно призналась Маруся. — И Алена поэтому сейчас ужасно переживает.
— Ехала бы домой переживать, — буркнул Петя, тоже наблюдавший эту сцену.
Он немного выпил и стал несдержан.
— Что ты говоришь?! — набросилась на него сестра. — Ты же знаешь, что она не может туда вернуться! Ей некуда идти!
— Это еще не основание, чтобы жить тут! Скорбь ходячая! Глаза бы мои на нее не глядели!
— Как ты можешь так говорить? — еле сдерживалась Маруся. — Она моя подруга! И, между прочим, она не у тебя живет, а у меня. Вспомни, этот дом наполовину принадлежит мне!
— Только содержу его я один и почему-то целиком.
— Ты меня куском хлеба вздумал попрекать? — покраснела Маруся.
— Лично тебя — нет! Ты моя сестра, и я просто обязан заботиться о тебе, коли твой муж оказался на это не способен. Но только о тебе одной! А твоя Алена явилась и спокойно уселась на мою шею. И еще все веселье моим гостям портит!
— Мне кажется, — процедила сквозь зубы Маруся, — веселье тут портит совсем даже кто-то другой!
Но Петя уже закусил удила. Утащив Марусю в сторону, он еще долго продолжал бубнить. До подруг доносились только обрывки фраз:
— Может быть, у них так и принято, а я не согласен! Пусть убирается! Мне лишние, да еще чужие проблемы не нужны!
Кира неодобрительно покачала головой:
— А этот Петя вовсе не так хорош, как мне показалось вначале.
— Главное, что нашу Ласку его поведение совсем не расстраивает.
Всеслава и в самом деле не принимала Петиных слов близко к сердцу. Она вертелась возле мангала и горячо обсуждала с Виктором и Данилой, как лучше приготовить мясо. Вопросы кулинарии были одной из очень немногих тем (еще воспитание детей, организация семейных праздников и культовые обряды), где Всеслава позволяла себе высказать собственное мнение в разговоре с мужчинами. И даже принималась отстаивать его с тем большей горячностью, что делать ей это приходилось нечасто, а как всякая женщина, она обожала настаивать на своем.
— Эй! — встревожилась Кира. — Пока мы тут судачим, эта невеста наших кавалеров заграбастает. Ишь, как охаживает их, сердешных.
И подруги взялись отгонять разошедшуюся Всеславу от мангала и мужчин.
— Иди, иди отсюда! А то там твой Петя того и гляди с сестрой вконец рассорится! Мы слышали, они уже дом делить стали.
Всеслава была девушкой очень практичной. И прекрасно понимая, что жених, имеющий в качестве приданого целый дом, гораздо лучше жениха только с половиной дома, немедленно помчалась разнимать брата с сестрой.
Освободившись от докучливого общества брата, Маруся пошла успокаивать Алену. А Всеслава что-то такое интересное напела Пете на ухо, потому что он повеселел и выразил желание продолжить вечеринку. Алена тоже вскоре спустилась. Но продолжала оставаться мрачной. И когда шашлык был готов, отказалась его есть, снова разрыдалась и умчалась к себе наверх. Да еще перед этим с такой силой оттолкнула предложенную ей тарелку, что та отлетела в сторону. А аппетитные кусочки хорошо промариновавшейся свиной шейки упали на землю.
— Это уже не лезет ни в какие рамки! — возмутилась теперь и Кира. — Что на этот-то раз случилось? Чем ей шашлык не угодил?
Маруся поджала губы. И промолчала. Петя угрюмо жевал мясо. На этот раз даже усилий Всеславы не хватило, чтобы привести его в бодрое состояние. Петя был страшно зол. Выпитая водка ударила ему в голову. И поведение Алены он воспринял как личное оскорбление. Так что пятничные посиделки пришлось свернуть. Настроение у всех было испорчено. Да и друзья Пети оказались совсем некомпанейскими ребятами. Отпахав по четырнадцать, а то и шестнадцать часов в день, парни после выпитых под шашлычок ста граммов захотели поспать. Ухаживать за девушками они были просто не в силах.
— Простите, девчонки, — заплетающимся языком пробормотал Виктор. — Завтра мы сможем вас развлечь. А сегодня ни на что не годимся. Даже анекдот рассказать сил нет.
Данила уже давно дремал, так что его с трудом удалось растолкать, чтобы отвести в комнату. Видя, что его приятели удаляются, Петя помрачнел окончательно. У него даже вырвалось глухое проклятие в адрес некоторых чумовых дамочек, которые сначала доводят своих мужиков до могилы, а потом льют по ним слезы. Вид у него при этом был такой злобный, что подруги почувствовали себя весьма неуютно.
— Вы не беспокойтесь, за ночь я его взбодрю, — прошептала на ухо подругам Всеслава. — Завтра будет как огурчик. Милый и приветливый. Вы увидите, каким он может быть забавным!
Подруги вежливо промолчали и пошли спать. Им Петя забавным вовсе не показался.
Глава 2
Зато следующее субботнее утро оказалось выше всяких похвал. Подруг разбудили крики соседских детей за окнами. А потом к ним на второй этаж донесся аромат свежего, только что сваренного кофе. И, выбравшись из постелей, они пошли на него, словно два зомби на зов бубна колдуна.
На кухне они обнаружили хозяйничающую Алену. Она испуганно оглянулась, но, увидев, что это всего лишь девушки, расслабилась. И повеселела.
— Хотите кофе? — предложила она. — Прямо с плитки. Еще дымится.
— Затем и пришли.
— Я еще булочки испекла. Будете?
Не успели подруги и глазом моргнуть, как перед ними оказались чашки с ароматным напитком и изумительные булочки, из разлома которых поднимался пахнущий корицей, орехами и изюмом пар и стекало растаявшее сливочное масло.
— Ты сама их испекла? — удивилась Кира, пробуя сдобу и находя ее великолепной.
— А что такого? Мини-пекарня работает. Печь в ней одно удовольствие.
Кухня на даче у Пети и в самом деле была оборудована отменно — стиральная машина-автомат, посудомоечная машина и прочие блага цивилизации. Хотя Петин дом, как он им рассказал, был построен родителями тридцать лет назад, прошлым летом Петя модернизировал его.
Снаружи деревянный дом был обложен декоративным кирпичом, отчего сразу повеселел и помолодел.
Туалет на улице отошел в область страшилок. Баня осталась просто потому, что это баня. Но вообще-то для обычного омовения имелся душ с горячей водой. Напор в нем был вполне приличный, так как вода для технических нужд шла от расположенного неподалеку Шлиссельбурга. А для питья пробурена скважина с отличной питьевой водой. Вкусной и кристально чистой.
— Коли все условия есть, так почему бы и не приготовить на завтрак свежую выпечку, — произнесла Алена и, задумчиво уставившись на булочку, добавила: — Я всегда пекла мужу на завтрак. Он любил сдобу.
Подруги испугались, что Алена, вспомнив о погибшем супруге, сейчас снова начнет рыдать. Но вместо этого она сказала:
— Иногда я думаю, как могло так получиться? Почему именно он погиб? Ведь там в машине было еще четыре человека. И все они остались живы. Погиб только он.
Перебивать Алену подруги не решились. Они жевали выпечку и слушали, как молодая вдова изливает им накопившуюся у нее на душе горечь. Оказалось, что муж Алены занимался бизнесом. У него была сеть небольших продуктовых магазинов. Все дела муж Алены держал в своих руках. Компаньонов у него не было.