Вчера подругам с большим трудом удалось отцепить Ирку от Посланца, которому она вознамерилась отдаться прямо там, в ресторане. К счастью для всех, сам Посланец оказался занят каким-то разговором. Но вначале он так милостиво кивнул Ирке, порывающейся лобызать его колени, и улыбался Посланец при этом столь многозначительно, что подруги уже решили, что дела у Ирки хана. Завтра очухается девка, а поздно будет.
Но тут раздался телефонный звонок. И дальше лобызания коленей дело у Ирки с новым Апостолом не пошло. Девушку отцепили те же охранники. Вывели вон и сдали с рук на руки ожидающей ее матери. Та быстро увела девушку.
Тем не менее подруги собирались прямо с утра поговорить с Ирой. И убедить ту, если она придет в себя, не есть и не пить ничего из того, что ей предложат добрые родственники и единоверцы.
— Пусть покупает продукты сама в городе. Там же пусть и питается. В конце концов, она же работает, значит, деньги у нее есть, — возмущалась Леся. — Лично я так и собираюсь поступать. Крошки тут в рот больше не возьму.
— Пошли к ней!
Подруги знали, что вчера вечером мать Иры не забрала с собой дочь домой. Нет, она привезла девушку в усадьбу старого Апостола, в которой теперь разместился штаб нового лидера, и оставила дочь там.
— Понятно, зачем привезла, — прошипела Леся. — Ну люди! Родную дочь!
Тем не менее ночь в доме Апостола прошла спокойно. Новый Посланец где-то пропадал. Помощь подруг Ирке не понадобилась. И, честно говоря, они были этому только рады. Чем бы они смогли помешать распутнику, вздумай он заявиться к Ирке в отведенную ей комнату на любовное свидание? Тем более что одурманенная зельем девушка не стала бы даже сопротивляться. А с радостью отдалась бы мерзавцу.
Но когда подруги, также переночевавшие в доме Апостола, утром пришли к Ире, в комнате, которую отвели девушке для сна, никого не оказалось. Возле окна стояла разобранная постель, где Ира спала сегодня ночью. Но ни ее самой, ни одежды тут уже не было. Неприятно удивившись, подруги обыскали весь дом сверху донизу. Побывали в саду, на заднем дворе, где мычали коровы и хрюкали розовые и пятнистые хавроньи и их многочисленное потомство. Но ни там, ни на кухне, ни на морковных и капустных грядках Иры не было.
Подруги пробовали расспросить остальных обитателей дома, куда делась Ира. Но на их настойчивые вопросы люди лишь изумленно раскрывали глаза, делая вид, что просто не понимают, о ком идет речь.
— Они тут все одна банда! Сговорились!
— Но надо же что-то делать.
— Что тут поделаешь? Проспали мы с тобой Ирку!
— Не понимаю, как это могло случиться! Мы караулили ее всю ночь.
— А под утро заснули.
— Но она тоже спала.
— Видать, не так крепко. Как только рассвело, встала и ушла.
— Ушла? Ничего не сказав нам с тобой?
— Ну и что? Набралась храбрости и ушла. Молодец!
— Ничего она не молодец! Могла бы хоть нам записку оставить. И вообще, куда она могла пойти? У нее же за пределами общины нет никого.
И, покачав головой, Леся твердо сказала:
— Нет, нет и еще раз нет! Я уверена, вздумай Ирка бежать, она бы в первую очередь обратилась за помощью к нам.
— Почему к нам? Она нас едва знает.
— Зато она знает про нас главное, что мы тут не для того, чтобы стать свихнувшимися фанатичками, а для того, чтобы найти убийцу ее сестры. То есть самые независимые от воли нового Апостола люди. Она должна была прийти за помощью именно к нам.
Кира спорить не стала. Тем более что и ей самой казалось точно так же.
— Должна была, но не пришла. И какой из этого следует вывод?
— Какой?
— Не успела. Другими словами, ее похитили. Воспользовавшись тем, что она была не в себе. И не смогла поднять шум и вообще оказать сопротивления.
Леся замерла на месте, глядя на подругу широко раскрытыми глазами.
— Точно! — прошептала она. — А кто?
— Наш Посланец постарался. Или кто-то из его людей.
На всякий случай подруги позвонили Ире домой. Трубку снял ее старший брат. И коротко рявкнул:
— Иры нет!
А когда подруги попытались уточнить, где его сестра, когда вернется и вернется ли вообще, он просто бросил трубку.
— Какой хам! — возмутилась Леся.
— Он так себя ведет, потому что ему есть что скрывать.
Леся тем временем углубилась в размышления.
— Не понимаю, — произнесла она.
— Чего?
— Вчера вечером Ирка была готова на все ради нового Апостола. Чуть ли не сама к нему в постель лезла.
— Ну и?..
— И зачем в таком случае было ее похищать?
— Как это зачем? — произнесла Кира и осеклась.
А в самом деле, зачем было похищать Иру отсюда? Это был дом общины. Новому Апостолу по его званию полагалось тут жить. Одурманенная наркотиками девушка была согласна осчастливить его, став любовницей (как это тут называлось — «апостольской невестой»). К чему тогда ее похищать? Увозить в другое место, возможно, далеко не столь комфортное? Или Посланец опасался, что действие наркотика закончится и его жертва начнет яростно сопротивляться? Кошмар!
У Киры даже мурашки по спине пробежали, когда она представила себе Иру, которая приходит в себя и первое, что видит, — это надвигающийся на нее сверкающий черными глазами Посланец с его крючковатым носом. С него еще станет и голым к ней заявиться, но в полной боевой готовности. А такое зрелище не для наивных девушек, воспитанных в условиях, очень далеких от настоящей жизни.
Что же, вполне возможно, что мог Посланец увезти Иру на первый раз подальше. Чтобы никто не услышал ее криков и не помешал бы ему. Но с другой стороны, мог бы еще раз дать ей дозу дурмана. Или ему нравится, когда жертва сопротивляется? От этой мысли Кире стало совсем худо. И она приказала себе не думать о плохом.
А если не думать и если Иру никто не похищал, то где в таком случае она сейчас? На работе? Но почему ее телефон молчит, а приятный женский голос раз за разом повторяет, что он выключен или находится так далеко, что сеть не берет.
Нет, что-то в этой истории не складывалось. И Кира поклялась, что треснет, но обязательно разберется в ней до конца.
— Предлагаю действовать испытанным способом, — сказала она Лесе, когда они снова уединились в своей комнате.
Слово Мити еще имело вес в общине. Правда, было ясно, что теперь он таял с каждым днем. Но пока что он еще смог устроить подруг в доме так, что никто не стал задавать девушкам вопросов, какого черта они тут делают. И долго ли собираются столоваться, ничего не давая общине взамен.
— Так вот, мне кажется, что нам нужно войти в контакт с Посланцем.
Леся сдавленно закашлялась.
— Войти в контакт? Что ты под этим подразумеваешь?
— То самое. И с этим Посланцем легче всего будет договориться, если он подумает, что мы в него влюблены.
— Как это? — возмутилась Леся, наконец почуяв, куда ветер дует. — Но я не испытываю к этому страшному типу никаких добрых чувств!
— Достаточно, если он будет так считать.
— Он мне неприятен!
— Скрывай это!
— Но мы…
— Мы его очаруем, а потом обманем. Как всегда. Ну что? Согласна?
Леся посмотрела на подругу.
— Всегда получалось, — напомнила ей Кира.
Леся в ответ тяжело вздохнула. И кивнула. А что еще ей оставалось, бедной? Не могла же она бросить свою полоумную подругу на растерзание Посланцу и всей общине фанатиков?
В середине дня вернулся Посланец. Подруги с пристрастием рассмотрели его и пришли к выводу, что исчезновение Ирки для него не новость, но при этом он сам не выглядит счастливым новобрачным. Следовательно, Ира пока что держит оборону. Но надолго ли ее хватит, вот в чем вопрос. Нет, нельзя было терять ни дня, ни минуты.
— Очень удачно, что у него сегодня ночью с Иркой явно ничего не получилось, — прошептала страшно довольная Кира. — Будет легче его убедить в том, что мы обе в него втюрились по полной программе.
И подруги принялись реализовывать свой план. Очень скоро стало ясно, что Леся является наиболее реальной фавориткой в данном забеге. Несколько мимолетных улыбок, залп глазками, легкое прикосновение, якобы случайное, и все! Посланец был готов. Он расцвел, засиял, словно двухсотваттная электрическая лампочка, и принялся ухаживать за Лесей. А за ужином даже усадил ее возле себя.
Впрочем, на Киру он посматривал тоже весьма благосклонно. Явно прикидывая, как, покончив с Лесей, примется за свою вторую жертву. В общем, мужчина буквально купался в обожании подруг, даже не подозревая, насколько эти чувства были фальшивыми.
— Более мерзкой рожи в жизни не приходилось терпеть возле себя! — простонала Леся, ненадолго вырвавшись на волю. — Представляешь, от него воняет козлом! Хоть бы помылся, прежде чем начинать ухаживать!
— Возьми мои духи, — сочувственно предложила ей Кира.
— Зачем мне? Вряд ли Посланец разрешит мне ими себя опрыскать.
— Сама обольешься.
— А мне зачем? От меня ничем таким ужасным не пахнет. Я душ только что принимала.
— Я тебе «Кензо» даю, — теряя терпение, сказала Кира, — а значит, всегда стойкий аромат. Побрызгайся, будешь пахнуть ванилью. А через этот запах другие уже не слышишь.
И чтобы не тратить больше времени на уговоры, сама обильно пшикнула на Лесю.
— Класс! — втянула та ноздрями воздух. — О-о-о! Восторг! В самом деле кругом одна ваниль и ничего больше. Я пахну, как большое вкусное пирожное с кремом!
— В себя веришь?
— Верю!
— Цель видишь?
— Вижу!
— Тогда вперед! На штурм вражеской крепости!
— Есть!
И Леся помчалась назад. Посланец ее новый аромат учуял. И, поведя своим длинным крючковатым носом, отвесил Лесе какой-то комплимент, от которого она залилась ярким румянцем. И украдкой взглянув в сторону Киры, подняла большой палец. Мол, все идет отлично. Клиент дозревает. Скоро будет готов.
И тут только Кира спохватилась. Прекрасно! Стратег из нее просто гениальный! Посланец дозреет, сейчас позовет Леську с собой, ясное дело, она согласится, как и было между подругами условлено. А дальше-то что? Если Иркин телефон замолчал, вовсе не факт, что Леся сумеет давать подруге подробный отчет о своем местонахождении. А терять подругу из вида в планы Киры никак не входило.