Третий - не лишний! Книга 2 — страница 44 из 54

- Папа, похоже, экономит на уборке, - чихнула я. - Кстати, почему заброшенный?

- Культ Хаоса сейчас не особо популярен, - сообщил Эмилио. - Его последователи преследуются законом.

- Почему? - недоумевала я. - Он же вроде как главный? Нет?

- Так повелось, - не стал вдаваться в объяснения Филлипэ, что-то внимательно рассматривая на стенах.

- Ну помочь-то он нам может? - не сдавалась я в своих заблуждениях.

Эмо тут же вылил на меня ушат холодной воды словами:

- Вряд ли... До сих пор никому еще тут не помогал, - и опять многозначительный взгляд Филу глаза в глаза.

- И мы отсюда... - Филлипэ указал значки на стенах и камни в углах комнаты. - Без магического ключа не выйдем. Он есть только у отца. Мой мы в прошлый раз уже использовали.

Мужчины еще больше помрачнели. Фил сгорбился:

- И кто-то совсем недавно обновил защиту...

- То есть нас этот кто-то ждал? - не поняла я и решила на всякий случай уточнить. Лучше всего встречать опасность с широко открытыми глазами. Иначе рискуешь остаться совсем без глаз.

- Вероятно, - осторожно ответил Эмо, присаживаясь на корточки рядом с Филом и начиная изучать стену. - Символы защиты от любого вторжения извне. Говоря другими словами, - кинул он на меня косой взгляд. - Сюда никто не может попасть без приглашения...

- А выйти? - я встала на колени и впялилась в загадочные символы, начинающие складываться в предложение.

- Тем более, - сжал зубы синеглазый, двигаясь по цепочке знаков. Казалось, звуки вытекают из него, словно капли крови. - Все... очень хитро... устроено. Работал большой профессионал... И я даже догадываюсь, кто бы это мог быть...

- Ты думаешь?.. - уставился на него друг. - Не верю!

Не может быть!

- Может - не может, - пробурчал Филлипэ. - Ты знаешь еще кого-то в нашем мире, кому подвластны такие возможности?

Их разговор я слушала краем уха, потому что фраза, написанная затейливыми символами, обрывалась, скрытая чем-то вроде грязи. Она гласила:

«Путник, преклони свои колени здесь. Если хочешь победить, подумай о своих слабостях и преврати их в силу. Когда твоя сила станет равной мужеству, вспомни, что выход...»

- Интересно, - фыркнула я и протянула руку, чтобы очистить остаток предложения.

- Не трогай!!! - метнулся ко мне Эмилио. - Не запускай!!!

Но было уже поздно. Надпись вспыхнула огнем и начала тускло мерцать от начала к концу, каждый раз захватывая на один символ больше.

- Сейчас опять начнется, - удрученно сказал Филлипэ.

- Что? - не поняла я, переводя встревоженный взгляд с одного угрюмого лица на другое. - Что начнется?

- Перенос, - скрипнул зубами Эмилио, вскакивая и начиная гонять по храму. За ним следовал Фил.

Мужчины, не сговариваясь, похватали железные предметы, хоть отдаленно напоминающие оружие: Фил вырвал из стены держатель подсвечника, напоминающий кинжал, лезвия которого скручены из двух металлических полос.

Эмо припрятал за пазуху витой шнур из-под штор и зажал в левой тяжелый канделябр.

Наблюдая за ними, я попробовала внести свою лепту и поорать папочке Хаосу - и расслышала что-то глухое типа «доча, держись!» вдалеке, потом все хрюкнуло и затихло - видно, мобильник дефектный попался. Или сеть вне досягаемости. Или деньги на счету закончились. Скряга!

Пока я мысленно надрывалась, пытаясь задействовать родственные связи, мужья приблизились ко мне.

- Маруся, - замялся Эмо, почему-то пряча глаза. - Ты бы не могла...

- Хотя бы один раз, - точно так же начал мямлить синеглазый. - Потому что... вероятнее всего...

- Короче! - рявкнула я сердцах, испытывая смесь неуверенности, страха и вины за то, что опять доставила неприятности. - Что я должна мочь один раз из теории вероятности?!!

- Ты бы могла, - повторил Эмо и поднял на меня свои удивительные глаза, в которых сейчас светилась... любовь? - Поцеловать нас... сама... по своей воле... так, как ты тогда говорила...

У меня защемило в груди. Почему-то ледяной рукой сжало сердце и пришло понимание: это конец! Не сказочный, нет! Здесь принц не будет пытать Золушку парой модельной обуви. И не поднимет зомби страстным поцелуем. Не сегодня-завтра мы, скорей всего, умрем, и они хотят хоть раз в своей короткой жизни испытать то, от чего до этого дня отмахивались, как от ненужного и несущественного.

Я не стала ничего говорить, просто подошла к замершему в ожидании мужчине, заключила дорогое лицо в свои ладони и припала к его губам, отдавая всю нежность и любовь. Губы Эмо дрогнули и открылись, пропуская меня в рай, где главенствовала любовь.

Рядом судорожно вздохнул Филлипэ. Я с трудом оторвалась от Эмилио и шагнула с своему неприступному, вспыльчивому, неуживчивому синеглазому чуду, принося в дар ему свое беззаветное чувство губами и душой.

Снова что-то тренькнуло, как порвавшаяся от непосильной нагрузки струна. Только в этот раз меня пронзило сильной болью, пробежавшей по телу и сосредоточившейся в руке, в районе печати.

- Ой! - отпрыгнула я от Фила, тряся кистью. - Больно!

Судя по их лицам, их посетило такое же «счастье», только вопить и скакать они постеснялись.

Вместо этого мужчины переглянулись и по очереди торжественно поцеловали меня в лоб, словно клялись. Видно, дело совсем плохо. После чего встали по обеим сторонам от меня. Эмо, словно играя или лаская, положил руку мне на шею.

Фил побледнел и отрицательно покачал головой. Шепнул:

- Нет, Эмо. Пока нет.

Со вздохом облегчения Мило отнял ладонь, цепляясь за мою, как за спасательную веревку. Его рука меленько дрожала:

- Я бы все равно не смог, - хрипло сказал он другу. - Это превыше моих возможностей. Кого угодно, только не ее.

Я с пониманием посмотрела на них. Они, скорей всего, точно знали, что меня ждет впереди и хотели избавить от этого единственно доступным им способом. Смертью. Легкой и безболезненной.

- Может, попробуете стать астральными? - предложила нм, пряча мокрые от слез глаза.

- Все наши силы заблокированы, - взял меня за руку Эмилио. - Так же, как и твои способности. Здесь нет места магии. Любой, кроме хозяина.

Я кивнула, не поднимая головы:

- Понятно, - судорожно вздохнула и шмыгнула носом.

- Родная, - позвал меня Филлипэ, поднимая мой подбородок и встречаясь со мной глазами, полными боли и любви. - Чтобы не случилось с нами потом... - Он сделал паузу, но все же смог договорить: - Помни и никогда не сомневайся в одном. Я люблю тебя. Люблю больше жизни, больше чести и больше родины.

Рядом с ним, плечом к плечу встал Эмилио, не выпуская моей руки:

- Вся моя жизнь отдана тебе, Маруся. Ты и дети - все, что я когда-либо хотел, и если мне будет суждено умереть, я умру счастливым, зная, что в моей жизни была ты.

-Я... - горло сжало от нахлынувших чувств. Я прокашлялась, но вернуть признание мне не удалось.

Клятая надпись дошла до последних символов, ярко мигнула напоследок, высветив: «Путник, преклони свои колени здесь. Если хочешь победить, подумай о своих слабостях и преврати их в силу. Когда твоя сила станет равной мужеству, вспомни, что выход есть там, где его нет!» - и пропала.

И тут же у нас под ногами начал открываться портал. Нас медленно засасывало в пол, как в зыбучие пески, а Фил и Эмо смотрели на погружение с таким ужасом, словно так и есть, сжимая мои ладони до синяков и онемения.

Все, что я услышала напоследок, перед тем, как мы снова ухнули в никуда, был слаженный крик:

- Люблю!

Выплюнуло нас сразу в камеру. Да причем такую, по сравнению с которой казематы магистра казались санаторием!

Вода тут не капала. Крысы не шастали - наверное, всех давно съели. Движение воздуха отсутствовало даже в помине. Мы валялись рядышком обездвиженными и слабо дышали, как рыбы, выброшенные из воды.

Я с громадным трудом соскребла все свои составляющие с холодного пола и приподняла руку, весившую сейчас не меньше пары тонн. На побледневшей печати вилась надпись: «Долог путь до Тирири. Девиз путешествия - помоги себе сам!».

- Пипец! - выругалась я. садясь с помощью Эмилио. - Он мне телеграммы телетайпом отправляет! Весь мир уже знает, что есть интернет, а Хаос запутался во всемирной паутине!

- Молчи! - шепнул мне аметистовоглазый. - Скорей всего, каждое твое слово услышат...

Зря он это сказал! Ой, зря! Я тут же припомнила весь свой лексический запас мата и начал обстреливать подслушивающего краткими, но емкими пулеметными очередями.

До того загнула в сравнительных характеристиках, что мужья сначала заслушались, а потом покраснели, смутившись. Что-то общее нашли?

Между выдачей всем похитителям по заслугам и полным матом, я схватила за руку Эмо и проверила его штамп брачной регистрации.

Печать была уже заполнена на пять шестых и предупреждала: «Конец бывает разный: красивый и безобразный!»

После чего я уже перешла на конкретные личности и уже склоняла их в разных позах. И заметьте, ни разу не повторилась!

- Магдалена! - одернул меня синеглазый, прикладывая к губам палец. - Это неприлично!

- Зато приятно, - фыркнула я в ответ, но заткнулась.

После чего молча наблюдала, как Фил мрачно меряет наш загончик... хотела сказать «для скота», но потом решила не оскорблять быт животных. Им и так уже, бедным, от меня досталось при описывании совокупления со всякими неприятными личностями.

К тому же пыталась отвлечься от панического страха, трясущего поджилки и превращающего ноги в желе. Чему очень способствовала атмосфера средневековой неволи, наводившая воспоминания о прикованных скелетах.

Самое главное, было совершенно непонятно, с какой стати нас так подло предали новоявленные «родственнички» в лице приемного отца Хаоса и братика Игори. Вот не верю я, что без их ведома могли нас похитить! Не верю - и точка.

Эмо, в отличие от Филлипэ, спокойно уселся на каменной скамье у стены и словно придремал. Сидел, не шевелясь, и даже глаза прикрыл.

- А... - хотела я внести предложение. Но Эмо приоткрыл левый глаз и показал знаком «молчи», после чего опять погрузился в псевдодрему.