Может, зря я отказалась от помощи Филиппа? Может, самой ему позвонить и согласиться хотя бы на консультацию юриста?
Ммм… Нет…
При мысли о том, что я это делаю, бросает в жар. У меня на него нездоровая реакция. Я ни за что не позвоню ему первая.
Утром следующего дня, воспользовавшись сухой и теплой для конца ноября погодой, я еду к родителям на кладбище. Везу им цветы и провожу там два часа. Мысленно общаясь с ними, рассказываю, как я сдавала лабораторные, про новую работу и про то, как повезло с соседкой по комнате.
Про то, что ушла из бара и про причины, вынудившие меня это сделать, умалчиваю. Неосознанно делаю так же, как когда-то папа. Болтаю обо всем на свете, трусливо утаивая самое главное.
И как о таком говорить с родителями? С Жанной, например, легко. А маму и папу я тревожить не хочу.
С кладбища сразу отправляюсь на работу, а ночью после смены, когда, переодевшись, достаю свой телефон из рюкзака, обнаруживаю в нем пропущенный от Эйне.
На мгновение теряю ориентацию в пространстве, и, кажется, что мир вокруг меня кружится. Но это не сюр, он действительно звонил полчаса назад, и прежде, чем я успеваю решить, что мне делать с его пропущенным, телефон в моей руке начинает вибрировать.
Окатывает жаром с головы до пят. Быстро оглянувшись, принимаю вызов.
– Привет, – раздается в трубке низкий голос Филиппа.
– Эмм… привет… – облизываю губы и опускаюсь на скамейку.
– Ты закончила? Я отвезу тебя до дома.
Мысли в моей голове разлетаются в разные стороны как стайка перепуганных птах. Глупо моргая, пялюсь в отделанную пластиковыми панелями стену перед собой.
– Зачем?
– Выходи, Крис… я на стоянке.
Пихаю шапку в сумку, накидываю куртку и, надев ботинки, выхожу из бара. Машина Эйне стоит ровно на том же месте, что и в прошлый раз – прямо напротив центрального входа.
Остановившись перед капотом, жду, когда он заметит меня. Холодный ветер бросает в лицо пряди волос, и от волнения все внутри застывает.
Наконец, он вскидывает взгляд и ударяет в меня потоком своей энергетики. Передернув плечами, тяжело сглатываю.
Удерживая мой взгляд пару секунд, он указывает головой на сидение рядом с собой. Я шагаю к двери, не чувствуя ног, открываю ее и опускаюсь на теплое сидение.
Тяжелая аура тут же обволакивает и обжигает кожу.
– Снова разговор? – начинаю первой.
– Типа того…
Всего два слова, а у меня по телу сотни мурашек разбегаются. Это магия какая-то и колдовство, но я, кажется, реально схожу по нему с ума.
Да, именно так.
Зажмурившись на миг, вдруг вижу всю картинку целиком.
Я влюбилась.
Глава 24
– О чем?
– Предложение для тебя есть, – отвечает, поворачивая ко мне голову.
Настолько неожиданно, что, закусив губы изнутри, я просто пожимаю плечами. Если бы это был не Эйне, я бы ответила, что не планировала выходить замуж так рано, или что-то подобное. Но это Фил. Рядом с ним, прежде чем заговорить, я тщательно обдумываю каждое слово.
– Какое, интересно?..
– Деловое, – отзывается серьезно, – я ресторан открываю, мне помощь твоя нужна.
Чувствую, как брови мои ползут вверх. Неверие, шок и постыдная радость разом ударяют в голову. Мысли несутся далеко вперед, но я торможу их усилием воли.
– Конкретнее?.. Помощь в организации барной зоны?
– Не только, – включает фары и, глядя в зеркала, трогает машину с места, – мне нужен человек, который знает ресторанный бизнес изнутри.
Он прикалывается? Где я и где ресторанный бизнес?
– Я не разбираюсь, – мотаю головой.
– Сможешь завтра подъехать? Я тебе адрес скину сообщением.
– Я не специалист, Филипп!
Услышав свое имя, он резко поворачивается ко мне, а я инстинктивно вжимаюсь спиной в сидение. Лицо опаляет жаром, по ногам растекается слабость.
Господи… он тоже помнит?..
– Просто посмотришь, – проговаривает негромко, – интересно твое мнение. Ну и… барная зона там тоже планируется.
– Хорошо, скинь адрес, – соглашаюсь после недолгих раздумий, – во сколько мне приехать?
– Во сколько сможешь.
– Ты все время там?
– Завтра да, – кивает Эйне.
– Мне набрать тебя, когда я поеду?
– Набери.
Снова закусив обе губы, отворачиваюсь к окну.
Что происходит?.. Что ему от меня надо? Не поверю, что у человека, собравшегося открывать ресторан в столице, нет денег на грамотного управляющего. Зачем ему понадобилась именно я?
Или…
Стоп.
Или Артем в этом замешан? Только каким образом?.. И зачем это Филиппу?
– Ты рассказал обо мне Тёме?
– Нет.
– Точно?..
Ловлю на себе его хмурый взгляд и пытаюсь усмехнуться. Кажется, он искренне удивлен, что кто-то не верит ему на слово.
– Точно. Меня ваши отношения не касаются. Посчитаешь нужным – сообщишь сама, – отвечает ровно, но мне слышится в голосе его чуть заметное раздражение.
– Да… мы сами разберемся.
На этом наш содержательный диалог прерывается. Фил, удерживая руль одной рукой, молча ведет машину, я же сижу как на углях. Неуютно так, что хочется выпрыгнуть из нее на ходу.
– Не знала, что ты решил ресторанным бизнесом заняться, – набираюсь духу, чтобы прервать паузу, – думала, тебя больше бары интересуют.
– Одно другому не мешает, – отзывается Эйне, – у отца в Мюнхене сеть ресторанов.
– О… теперь понятно… У моих родителей тоже был ресторан.
– Я знаю.
Тёма, значит, разболтал? Он, когда выпьет, несет все подряд.
– Ты, кстати, сообщи ему, что жива и здорова, – хмыкает он вдруг, – а то он собирается в розыск тебя подать.
– Блин… – вырывается у меня, – серьезно?
Я, кстати, все чаще сама об этом задумываюсь. Наверняка, он успел успокоиться и смириться с моим уходом за этот месяц. Возможно, у нас получится спокойно поговорить и даже обсудить вопрос с моей частью наследства.
Однако как только я собираюсь набрать его, от страха потеют ладони, и сводит живот.
– Вполне.
– Ладно… напишу ему, – вздыхаю с улыбкой, убирая от лица пряди волос, – как у него дела, кстати?.. Бар еще не закрылся?
– Нет еще… он новых сотрудников нанял.
– Правда? – вырывается у меня, – давно пора! Нам и бухгалтер нужен был, и официантов не хватало, и сменной посудомойщицы…
– Видишь, как много у вас общих тем для разговоров, – перебивает сухо, – позвони ему.
Я осекаюсь на полуслове и замолкаю. Вынув телефон из кармана, открываю новостной канал и не произношу ни слова, пока машина не въезжает во двор моего дома.
Неожиданно сильно душит обида, причины которой сидят у меня где-то глубоко в подсознании.
– Спасибо, – буркаю тихо, открывая дверь, когда седан останавливает напротив моего подъезда.
– Приедешь завтра?.. Или уже передумала?
Двумя глубокими вдохами разгоняю стеснение в груди. Оборачиваюсь.
– Приеду. Адрес скинь.
– Скину.
Выхожу и, закрыв дверь, быстро шагаю до подъезда и, только оказавшись внутри, позволяю себе минутку слабости. Висну на перилах и прикрываю глаза. После каждой с ним встречи чувствую себя обессиленной.
Вампир, блин…
После горячего душа и полстакана йогурта, неслышно пробираюсь в комнату и ныряю под одеяло. Меня еще потряхивает, и я чувствую, что усну нескоро. К стрессу, коим оборачивается каждый наш разговор, добавляются волнение и страх разочаровать Эйне. Боюсь, что у него слишком завышенные ожидания относительно моих навыков.
Вспоминаю, что он обещал прислать адрес своего ресторана, и тяну руку к подоконнику, на котором обычно ночует мой телефон. Пусто. Наверное, отправит завтра.
Не сдержав вздох разочарования, возвращаю гаджет на место.
– Что ты там стонешь?.. – раздается в тишине заспанный голос Жанны, – давление?.. Радикулит?..
– Разбудила? Прости, – шепчу в ответ, – все спи, я больше не шелохнусь.
– Что случилось-то? Опять твой Киркоров приезжал?
Прижав руку ко рту, прыскаю со смеху. Только сейчас понимая, что впервые за долгое время появилось желание смеяться. Это моя женская сущность, вопреки комплексам и страхам, вдруг поднимает голову.
– Почему Киркоров, Жан?..
– Ну, ты же сама говорила – высокий брюнет с дьявольскими глазами, зовут Филиппом, – проговаривает замедленно, – я сразу Киркорова и представила. Так, что, я угадала? От тебя за километр ванилью несет…
– Да… приезжал, – шепчу, кутаясь в одеяло, – до дома довез.
– Что говорит? В два часа ночи мимо проезжал?
– Нет. Не поверишь, – перевожу дыхание, – хочет, чтобы я ему помогла с открытием ресторана. Он ресторан свой открывает, представляешь?..
– Ого! Богатый Буратино, да?.. Тоже мажор, как мой Максимка?..
– Нееет…
Артем, да, его мажором можно назвать. Он любит произвести впечатление на людей. А Эйне – нет. Его поведение, привычки, манера одеваться – все говорит о том, что он абсолютно не зависит от мнения окружающих. Но в то же время, Фил настолько загадочен и притягателен, что, вероятно, поклонниц у него куда больше, чем у Бурковского.
– Нет, – повторяю со скрытой темнотой улыбкой, – он вообще не такой…
– Ну да… все они сначала не такие, а потом выясняется, что еще хуже.
Я молчу, а Жанне моего ответа и не требуется. Она сильно разочарована, и иногда горечь ее обид прорывается наружу. Меня не напрягает, но я знаю, что с такими моментами она справляется сама.
– Так что там с рестораном? На работу тебя зовет?
– Я пока не знаю, сама не поняла ничего. Попросил завтра приехать, чтобы обсудить все на месте.
– Поедешь? – спрашивает после секундной паузы.
– Поеду.
Глава 25
Филипп.
– Я по голосу слышу, что разбудила тебя, – бодро смеется в трубку мама.
– Есть немного…
Бросаю взгляд через плечо на спящую Соню и, спустив ноги с кровати, поднимаю с пола трусы.
– Поздно лег?
– В три, – понижаю голос и, поднявшись, тихо выхожу из комнаты, – у тебя нормально все?