– Нет. Пошел он…
– Но скоро он сам все поймет.
Опустив глаза, Жанна сама смотрит на него какое-то время, а потом, положив на него ладонь, начинает нежно поглаживать.
– Знаешь, Кристин… я подумала… – прерывисто вздыхает, – я, наверное, домой уеду…
– На Новый год?
– Насовсем. Возьму академ, а там… посмотрим…
Мне, если честно, это кажется лучшей идеей, чем остаться здесь и поднимать ребенка одной, без работы, образования и жилья. Я не представляю, как она собирается с этим справляться.
Я бы на ее месте так и сделала.
– Ты рассказала уже родителям?..
– Нет, – смеется, мотая головой, – подарочек на Новый год будет.
Разговор наш с Жанной не веселый, но мне все равно становится легче. Обсуждение ее бед отвлекает от собственных. Мы пьем чай, и она рассказывает, как в торговом центре случайно увидела невесту своего Макса, она гуляла там со своими подругами. Потом показывает мне ее страницу в соцсетях с требованием, чтобы я честно оценила ее внешность.
Девушка красивая, правда, но я не вижу в ней индивидуальности, коей полно в Жанне. Длинные прямые волосы, густые искусственные ресницы, подкачанные губы. Она такая, каких в Москве тысячи.
– Ты лучше, – выношу вердикт, возвращая телефон подруге.
– Ах-ха!.. У тебя со зрением проблем нет?
– Стопроцентное. Ты ярче и интереснее. Тебя хочется разглядывать.
– Ну, да… – машет на меня ладонью, – у меня как минимум пять лишних килограммов!
– Скажи это своему Максу.
Выражение ее лица тут же меняется. Улыбка тает, взгляд становится жестким, губы поджимаются.
– Пошел он к черту! Ненавижу!..
Позже, когда она уходит принять душ перед сном, я набираюсь смелости позвонить тому, кого вот так послать к черту, к сожалению, не могу. Филипп отвечает сразу, словно держал телефон в руках.
– Привет, – проговариваю негромко, – я спросить хотела…
– Привет… спрашивай.
Низкий тихий голос мгновенно запускает во мне механизмы нервного реагирования. По телу проносится дрожь, кожа покрывается россыпью мурашек, в ушах нарастает гул, а в животе ощущается чувствительный толчок.
Судорожно вздохнув, быстро облизываю губы.
– Мне… мне на работу завтра выходить?
Отвечает не сразу. Я успеваю взмокнуть и начать задыхаться от ужаса.
– Странный вопрос, Кристина.
– Почему странный? Вдруг ты не захочешь больше меня…
– Захочу, – перебивает решительно, двусмысленностью ответа, загоняя меня в ступор.
Молчим оба несколько секунд. У меня уважительная причина – я онемела, а Фил?..
– Без фокусов, Крис, ладно?.. Ты по-прежнему моя хостес.
Глава 38
– Добрый день! Рады вас видеть! – улыбаюсь приветливо, – у вас заказан столик?
– Да, – отвечает мужчина снисходительным тоном, – на Николаева.
Держа под руку ухоженную женщину средних лет, он проходится по мне оценивающим взглядом и чуть заметно подмигивает. Кажется, его спутница не замечает, и я делаю вид, что тоже.
Подхватив со стойки два меню и две винные карты, проверяю бронь и провожаю посетителей до нужного столика.
– Как будете готовы сделать заказ, к вам подойдет официант, – проговариваю нараспев и, еще раз улыбнувшись, походкой от бедра удаляюсь на свое место.
Сегодня на мне узкое платье цвета кофе с молоком и туфли – лодочки. Волосы собраны на затылке деревянными палочками. Должно быть, я выгляжу неплохо, и по мне не видно, как сильно я нервничаю.
Эйне должен приехать с минуты на минуту. Встречи с ним я боюсь почти так же, как и встречи с Соней, поэтому каждую свободную минуту молюсь, чтобы сегодня она не вздумала сюда приехать.
Приняв входящий вызов на рабочий телефон, открываю в планшете таблицу бронирования столиков и вдруг чувствую, как открытые участки моего тела обдает жаром. Воздух становится тяжелым, густым и никак не дает насытиться кислородом. Сердце ударяется о ребра.
Приехал.
На автомате делая пометки в планшете, вижу периферийным зрением, как он идет мимо. Поднимаю глаза, и мы пересекаемся взглядами.
Короткий официальный кивок, мое вежливое приветствие – и он, развернувшись, выходит из зала.
Ничего не изменилось, да. Я по-прежнему его хостес.
От боли и обиды начинают трястись подбородок и дрожать губы.
– Всего доброго. Ждем вас завтра, – говорю в трубку и отключаюсь.
А чего я ждала?.. Что улыбнется?.. Или подойдет, спросить как дела?.. Раньше такого не было, а сейчас не будет тем более.
Как там говорят?.. Мои ожидания – только мои проблемы?
Сосредоточившись на работе, усилием воли блокирую все мысли о Филиппе и даже искренне радуюсь приходу Димы. Он писал мне предыдущие два дня, но я отвечала односложно, потому что варилась в котле собственных сожаления, раскаяния и угрызений совести. Не до него было.
– Привет, – здороваюсь тихо, убедившись, что нас никто не слышит, потому что на рабочем месте дружеская болтовня не приветствуется, – я думала, ты позвонишь.
– Зачем? Я же знаю, что сегодня твоя смена.
Закусив обе губы, пытаюсь сохранить невозмутимое выражение лица. Приятно все-таки, когда к тебе проявляют внимание, как к девушке. Ко мне и раньше клеились, но впервые парень, делающий это, не вызывает раздражение.
И потом, он симпатичный. И с чувством юмора у него полный порядок. А еще он друг Эйне, но это, разумеется, ничего не значит.
– У бара сядешь?
Окинув взглядом зал, он отрицательно качает головой.
– Главный на месте? – интересуется, понизив голос.
– Филипп Стефанович?..
– Ага, он самый, – смеется чуть громче, чем следовало бы.
– Да, у себя.
– Тогда я к нему, – отвечает Дима и придвигается ко мне ближе, – может послезавтра, когда у тебя будет выходной, сходим куда-нибудь? В ресторан не приглашаю, – тут же добавляет со смешком.
– Послезавтра? – теряюсь от неожиданного предложения и не сразу соображаю, как отказать так, чтобы он не обиделся, – не получится, наверное, у меня планы.
– Может, еще поменяются?.. – понижает голос до интимного, – твои планы?..
От необходимости отвечать очень удачно спасают новые посетители. Отвлекшись на них, с облегчением замечаю, как Дима исчезает из зала.
Свидание?.. Нет, нет и еще раз нет!.. Я еще на виртуальное общение с ним не до конца готова, не говоря уже о флирте и совместных выходах.
Нет, не пойду.
Свидание с парнем через три дня после секса с его другом – аморально даже для меня.
То, чего я боялась сегодня весь день, не происходит. Соня в ресторане так и не появляется. Фил тоже не снисходит до выхода к простым смертным в зал. И это задевает неожиданно сильно.
Через час Дима возвращается. Подходит, чтобы переброситься со мной парой слов и, пообещав написать или позвонить, уезжает.
Я стойко держусь до окончания моей смены, но мысленно поторапливаю время. В какой-то момент понимаю, что не хочу и боюсь разговора с ним. Он может обидеть еще сильнее. Лучше пережить это самостоятельно и сделать вид, будто ничего не произошло.
«Я отвезу тебя» – вдруг всплывает диалоговое окно на экране рабочего планшета.
Да неужели?! Дождалась внимания от самого барина? Уже можно хлопать в ладоши и прыгать до потолка?..
Усмехнувшись, сворачиваю чат и заказываю для себя такси. После чего еще раз обхожу опустевшие залы, отпускаю официантов и, дождавшись, когда они переоденутся, тоже иду в гардероб.
Быстро, пока Эйне не схватился меня, вылезаю из платья, натягиваю джинсы и свитер и скидываю в рюкзак зарядку от телефона, косметичку и шапку.
Надевая куртку, слышу, как приложение извещает о том, что такси подъехало. Влетаю в утепленные высокие ботинки и шагаю к выходу.
Погода к ночи успела испортиться еще сильнее, и теперь к холодному ветру добавился первый снег. Белые хлопья, кружась в вихревом потоке, ложатся на асфальт и сразу тают. Жаль. Я люблю снег.
Запахнув полы куртки и накинув капюшон на голову, добегаю до желтого седана с шашечками и, распахнув заднюю дверь, ныряю в прогретый салон.
– Здравствуйте.
– Здрасти, – кивает с переднего кресла мужчина.
Я ставлю рюкзак на сидение рядом с собой и снимаю с головы капюшон, но в этот момент дверь распахивается, и меня буквально выдергивают наружу. Меня, а следом и мой рюкзак.
Не успеваю ничего ни сообразить, ни возразить. Ошарашенно хлопая глазами, наблюдая, как Эйне сообщает водителю, что заказ отменяется.
Тот, недовольно на нас глянув, поднимает стекло и бьет по газам. А Филипп, держа в одной руке мою ладонь, а в другой – мою сумку, стремительно шагает к своей машине и засовывает в нее нас обеих. Затем молча садится рядом и трогается с места.
– Характер показываешь? – спрашивает не менее чем через десять минут пути.
Я все еще в шоке, но сквозь него уже начинает пробиваться первые ростки ярости.
С чего он решил, что имеет право так обращаться со мной?! Я что, вещь его?..
– А по-моему, это ты мне! – выпаливаю резко, – если я выбрала такси, значит, не хочу ехать с тобой!
Он, шумно выдохнув, будто расслабляется. Может, мне и кажется, но энергетика его мгновенно становится мягче и теплее.
– Кому пи*дишь?.. – усмехается тихо.
С ним невозможно разговаривать. Сносным собеседником он становится только, когда его самого что-то очень сильно интересует. Тогда он и вопросы конкретные задает, и ответы внимательно слушает.
– Что тебе надо? Поговорить хотел?.. – спрашиваю с вызовом, – говори.
– Сейчас доедем и поговорим.
Сказано это таким тоном, что у меня от странного предчувствия внутри все сжимается. Сердце сбивает с ритма и захлебывается кровью, во рту пересыхает, а в самом низу живота ощутимо тяжелеет.
Глава 39
Филипп.
Злится на меня. И вполне заслуженно, учитывая, что два дня мариновал ее. Хотя бы позвонить надо было.
Ведя машину, незаметно на нее поглядываю. Курносый профиль, нахмуренные брови и обиженно поджатые губы складывается в образ, что достает до самого нутра.