Но, запахнув полы пальто и вжав голову в плечи, быстрым шагом иду к подъезду, тяну на себя тяжеленную дверь и слышу, как шелестят шины за моей спиной.
В кромешной тьме раздеваюсь, прохожу в ванную, где быстро чищу зубы, а потом, выпив полстакана кефира, на цыпочках пробираюсь в комнату и ныряю под одеяло.
Ежусь, ожидая, когда согреется постель, и вдруг замечаю, как включенный на беззвучный мой телефон светится входящим сообщением. Опасаясь разбудить Жанну, хватаю его и переворачиваю экраном вниз. И только, накрывшись одеялом с головой, открываю послание.
«Спокойной ночи, ежик. Сладких снов»
Чувствую, как глаза мои вылезают из орбит. Сердце разбухает, упирается в ребра и перекрывает доступ кислорода в легкие. Лицо заливает жаром.
Эйне сошел с ума?! Или у него украли телефон на заправке?..
И, очевидно, решив добить меня, следом присылает селфи. В полумраке лежит в кровати, той самой, из которой я заставила себя вылезти буквально час назад.
С какой скоростью он летел, если уже дома?.. Совсем ненормальный?..
«И тебе, дикобраз)))»
Ежик. Это не мо позиция, это мои темперамент и характер. Я никогда не была и не стану душкой. Артем тоже обижался и называл меня букой.
Я такая. Не нравится – проходите мимо.
Отворачиваюсь к стенке и жму пальцем по фото. Эйне лежит на спине, закинув руку за голову. Лицо безэмоциональное, взгляд мрачный, как упрек мне, что оставила его одного.
Облизав губы, закусываю их изнутри и, увеличив снимок, касаюсь касаюсь кончиком указательного пальца его лица, потом шеи и груди. Кожа вспыхивает и пускает через себя легкие электрические вибрации. В горле вырастают шипы.
Что мне делать с тобой, Филипп?.. Почему я каждый раз тебе проигрываю?
– Все о своем Киркорове думаешь? – доносится до меня приглушенный голос Жанны.
Вылезаю из-под одеяла и поворачиваюсь к ней лицом.
– Привет. Я тебя снова разбудила?..
– Я не спала. Не спится…
– Почему? Снова Макс?..
– Стрелы не переводи, – смеется тихо, – где была? С Киркоровым?..
– Да. В гостях у него…
– Я так сразу и поняла, – шепчет доверительно, – как только ты в комнату вошла.
– Почему?
– От тебя розовой свечение идет и ванилью пахнет.
Уткнувшись лицом в подушку, давлюсь смехом. Вот умеет она снизить градус напряжения.
– Не придумывай…
– Ох… хоть бы у тебя все получилось… – вздыхает тяжело.
– Да нет там перспектив, – отвечаю легкомысленно, – живем здесь и сейчас.
– Ты так не сможешь?..
– У меня никто не спрашивает, – поднимаюсь на локте и убираю телефон на подоконник, – так что с Максимом?
– Он про беременность узнал.
– Как?.. – ахаю я.
– Ему кто-то разболтал из наших.
– И?.. Как отреагировал?
– Чуть не убил.
Глава 48
Филипп.
– Ну, что? Не так страшен черт, как его малюют? – спрашиваю у ошалевшей немного Кристины.
Пытаюсь разрядить обстановку, потому что в кабинете Горшкова она сидела как на скамье подсудимых. Бледная, с огромными перепуганными глазами.
– Ты так считаешь? – хмыкает нервно, – мне кажется, проще Байдена под импичмент подвести, чем мне отсудить свое.
– Ничего сложного. Просто набраться терпения и немного подождать.
– Это же столько запросов надо сделать и столько документов собрать, – продолжает лепетать испуганно.
– Не тебе же собирать, – вношу уточнение, – за тебя все сделают.
Горшков этим и займется, Кристина подписала доверенность на его имя.
– А сколько все это будет стоить? – проговаривает, глядя перед собой и хмуря брови.
– Ты же оплатила доверенность…
– Я не про доверенность. Я про оплату услуг адвоката.
– Сейчас от тебя больше ничего не надо, – отвечаю, вынимая брелок из кармана и снимая машину с сигнализации, – не забивай голову.
– А потом?..
– Что потом? – открываю для нее дверь и делаю вид, что не замечаю полный тревоги взгляд.
Закрываю дверь, обхожу машину и сажусь за руль. Кристина продолжает пилить меня взглядом, ждет моего ответа.
– Филипп. Мне нужно точно знать, сколько это будет стоить. Хотя бы примерно.
– Не дорого…
– Не дорого – понятие растяжимое, – восклицает она, – то, что для тебя не дорого, для меня может оказаться неподъемной суммой. У меня нет безлимитной карты!
Бл*дь!..
Притягиваю Крис за воротник пальто и просто затыкаю поцелуем. Пихаю язык в ее рот, пока она не успела взбрыкнуть. Обхватив подбородок пальцами, вынуждаю расслабить челюсти и облизываю сладкий, но иногда невпопад говорливый язычок.
Сначала теряется, затем совершает вялую попытку к сопротивлению и, наконец, обвивает мою шею одной рукой и отвечает на поцелуй.
В этот момент мои планы на сегодняшний день кардинально меняются. Встреча с рекламным отделом глянцевого издания и поход в спортзал переносятся на завтра. Сегодня нарисовались неотложные дела.
С целью обезоружить Кристину и добиться согласия, втискиваю руку между плотно сжатых коленей и пробираюсь к кнопке отключения ее разума.
– Ммм… Фи-и-ил… ты что делаешь?.. Увидят!..
– Едем туда, где не увидят.
– К тебе? – догадывается сразу.
– Ко мне.
– Прямо сейчас? Днем?..
– Какая разница?
На красивом лице весь спектр эмоций – от смятения и сомнений до желания, несмотря ни на что, согласиться.
– Закажем обед из ресторана, – проговариваю вкрадчиво прямо в губы, – закроем шторы и отключим телефоны.
Глажу ладонью внутреннюю сторону ее бедра и чувствую, как колени ее расслабляются, изо рта вылетает слабый вздох, ресницы начинают трепетать.
Происходящее невероятно. Чтобы я, среди бела дня уламывал девчонку поехать ко мне… Целовал и гладил ее коленки, как сопляк – лишь бы согласилась… Приехали, бля…
– Едем?..
Быстрый язычок по губам, затуманенный взгляд мне в глаза, несмелый кивок, и мой член уже готов рыдать от счастья молочными слезами.
Пока стоим в пробках и на светофорах, заказываю доставку еды. До дома доезжаем на удивление быстро, и лифт в подземном гараже словно ждал только нас.
– У тебя так чисто и свежо, – прерывает наше затянувшееся молчание Кристина, – клининг?
– Да. Два раза в неделю…
– Я в прошлый раз не успела все посмотреть, – направляет взгляд в сторону гостиной, – можно?..
– Смотри.
Забираю из ее рук пальто, вешаю в шкаф, снимаю свою куртку и, наблюдая, как несмело она шагает вглубь квартиры, разуваюсь. Давая ей возможность самостоятельно все осмотреть, ухожу в ванную, а затем в кухню, чтобы запустить кофе – машину.
– Красиво, – доносится до меня ее голос, – очень стильно. Дизайнер постарался?
– Мама помогала.
– О!.. – осекается, отвернувшись, проводит рукой по спинке дивана, немного меняет дислокацию подушки, – твоя мама дизайнер?
– Почти, – усмехаюсь, двигаясь в ее сторону, – искусствовед… знаток живописи эпохи Ренессанса.
– Ого!.. Ты, наверное, тоже в искусстве разбираешься?..
– В пределах разумного, – пожимаю плечами, – мое детство прошло в музейных залах.
Вскинув брови, беззвучно хмыкает, словно делая для себя какие-то выводы.
– А отец?
– По образованию востоковед, – встаю ближе, пихаю руку под волосы на затылке и провожу подушечкой большого пальца по границе ворота ее блузки, – но сейчас живет в Мюнхене и владеет там сетью ресторанов.
– Ааа… так значит, это у вас семейное? – понижает голос и наклоняет голову вперед, упрощая мне задачу.
– Можно и так сказать…
Собираю светлые волосы и перекидываю их через плечо. В нос ударяет ее запах. Нить разговора потеряна, в черепной коробке туман, а вся кровь бахает в трусы.
Очертив большим пальцем выпирающие мелкие позвонки шеи, склоняюсь и прижимаюсь к ним губами. Кристина издает тихий стон.
С глухим рыком впетатываю ее в себя, но именно в этот момент в заднем кармане джинсов начинает звонить мой телефон.
– Пздц…
– Это, наверное, доставка. Ответь…
Действительно, привезли еду. Оставив Кристину в гостиной иду встречать курьера.
Вместе, в полной тишине, сервируем стол. Я на всякий случай завариваю чай, Крис раскладывает салфетки. Потом так же усаживаемся друг напротив друга, и я вдруг понимаю, что никто из нас не испытывает при этом неловкости.
Кристина смущается и мило краснеет, но вовсе не потому что не может подобрать тему для разговора. Молчание для нее, как я успел понять, обычное состояние. Она всегда мало говорит, но очень внимательно слушает и слишком много думает.
– Останешься сегодня у меня?.. – сразу озвучиваю намерения, не давая шанса надумать лишнего.
– До утра?..
– До утра.
– Не могу, – опустив глаза, мотает головой, – завтра моя смена…
– Тебе на работу к двенадцати, – не принимаю отмазку.
– Но мне нужно…
– Я отвезу тебя домой, чтобы ты переоделась.
Одновременно поднимаем головы и схлестываемся взглядами. В ее – недоумение и невысказанные обиды. В моем – наверное, растерянность.
Что, мать вашу, происходит?! Я ни хрена не понимаю! У меня нет ответов на ее незаданные вопросы.
Зачем мне это надо?! С каких, бл*дь, пор мне стало приятно видеть в своем жилище женщину?.. С хера ли я вдруг захотел проводить с кем-то вечера и спать в обнимку?.. Ждать, когда она соизволит улыбнуться и бредить ее поцелуями?!
Что это вообще?! Временно или теперь навсегда?
– Ты же сам сказал… – проговаривает севшим голосом, – сам сказал, что не готов…
Я помню, да. И сейчас тоже так считаю, потому что… не смогу этого забыть.
– Ты остаешься у меня, Кристина. Не обсуждается.
– Это отношения? – хочет казаться дерзкой, но подбородок дрожит слишком заметно.
– Пусть будут отношения.
Глава 49
На часах всего пять, а в зале почти полная посадка и гости продолжают прибывать. Перепоручив посетителей на официанта, спешу встретить вновь прибывших.