– Ты веришь мне?
– Верю, – кивает незамедлительно.
– Не сбежишь больше?
– Н-нет…
– Не сбегай, Кристина! Я тоже не из болтливых, но прошу тебя открыто говорить мне то, о чем ты думаешь? – проговариваю, не переставая на нее поглядывать.
– Хорошо, мне проще промолчать, но… я буду стараться.
– Если я тебя чем-то обидел – говори сразу в глаза. Не надо сводить меня с ума своим молчанием.
– Но ты тоже никогда не говорил о чувствах, – усмехается тихо.
– Не говорил.
– Почему ты все это время молчал и не рассказывал о том, что тебе не давало покоя?
– Был уверен, что справлюсь сам.
– Вот видишь… надо было раньше все это проговорить, – кусает губы, – если тебя еще что-то интересует, спрашивай сейчас.
– Что ты хочешь?
Крис непонимающе хмурится, а затем смотрит на меня с вопросом в глазах.
– Ты о чем?
– Что ты хочешь прямо сейчас?
Она распрямляет плечи, садится ровно, проводит ладонями по острым коленкам.
– Не вообще?.. Сейчас?..
– Да.
Я так боюсь, что она снова забьется в свою раковину, что готов разговаривать с ней без устали обо всем на Свете.
– Сейчас я хочу… – начинает она, и я весь обращаюсь в слух, вдруг понимая, что никогда раньше этих слов от нее не слышал, – я хочу приехать… домой…
– Дальше.
– Принять нормальный душ, – вздыхает прерывисто, – там… я просто не смогла промыть волосы… там ужасная вода…
– А после душа?..
– Честно? – хмыкает смущенно, – я голодная… не отказалась бы от ужина…
– Я тоже. Не ел сегодня.
– Почему?..
Торможу на перекрестке перед светофором и открываю приложение доставки еды. Протягиваю телефон Кристине.
– Закажи, что хочешь…
Она берет телефон из моих рук, смотрит на меня долгим взглядом. А затем начинает листать меню и заполнять корзину.
– Что еще?..
– Еще?.. – отзывается еле слышно, – после ужина?..
– Да.
Облизывает нижнюю губу, втягивает ее в рот, прикусывает зубами.
И пздц. Отток крови из мозга в штаны лишает меня ориентации в пространстве. Мотнув головой, смотрю на дорогу, но поздно, процесс запущен.
– Я бы хотела… – быстрый взгляд на мое лицо, – забраться на твои колени…
Замолкает, шумно сглатывая.
– И?..
– Обнимать тебя… целовать… нюхать… – произносит шепотом.
Вцепившись руками в руль, смотрю вперед, не моргая. Нутро скручивает похоть, а в груди терпкое пьянящее чувство разливается – осознание, что это теперь мое навсегда.
– Еще…
– Снять с тебя футболку… трогать тебя… – шепчет на грани слышимости, – пробовать тебя… языком… – шумный вздох, – о, Боже!..
Воздух в салоне становится разгоряченным. Я каким-то чудом еще веду машину. Член ноет от максимального напряжения.
– Твоя очередь! – восклицает Кристина приглушенно.
Моя?.. Да мы так до дома не доедем.
Но киваю и пытаюсь изобразить улыбку.
– Спрашивай.
– Вопрос тот же. Что ты хочешь?
Ерзает на сидении, что ей вообще не свойственно. Хочет казаться расслабленной и легкомысленной. Но я буквально кожей чувствую ее смятение. Она сейчас в таком же шоке, что и я. Мы как два ребенка, попробовавшие новую игру.
– Я тоже голоден, и не отказался бы сходить в душ вместе с тобой.
Крис понимает намек – мы не раз уже принимали душ вместе, и ни разу не смогли помыться нормально.
Отворачивается к окну не надолго. Проводит пальцем по стеклу горизонтальную линию. Заправляет за ухо прядь волос.
– А потом?..
Мы, наконец, выбираемся из пробки. Я сворачиваю в сторону нашего жилого комплекса, перестраиваюсь в левую полосу и давлю на газ.
– Потом я хочу смотреть на тебя…
– Смотреть?..
– Смотреть, Кристина. Со всех, бл*дь, ракурсов…
– Пфф…
– И целовать… каждый миллиметр твоего тела… всю с головы до пят…
Кристина замирает, вижу только, как высоко вздымается ее грудь. Как сплетаются в нервном жесте пальцы лежащих на ее коленях рук.
– Не надо…
– Каждый миллиметр, Крис…
К счастью, мы уже почти приехали. Нырнув под поднимающийся шлагбаум, въезжаю в подземный гараж, занимаю свое место, глушу мотор и сразу выхожу из машины. Забираю с заднего сидения сумки Крис, слышу, как хлопает ее дверь.
– Давай, я одну возьму…
– Идем.
Заходим в лифт, я бросаю ношу на пол и заключаю Кристину в объятия. Без поцелуев и тисканий, просто убедиться, что она рядом, почувствовать мягкость, податливость и теплоту ее тела.
Она обвивает мою шею руками и жарко дышит в ухо.
– Прости меня…
– За что?
– За то, что искал меня…
– Не исчезай больше, – прошу в который раз.
– Не исчезну.
Быстро раздевшись в прихожей, сразу же идем в душ. Молча скидываем одежду и заходим в душевую кабину. Я не могу перестать трогать ее. Сам намыливаю волосы, смываю пену теплой водой.
Кристина немного напряжена, украдкой внимательно поглядывает на меня. Замирает, когда касаюсь груди и продолжительно выдыхает, когда скручиваю пальцами соски.
– Фили-и-ипп… поцелуй меня…
Обнимает мои плечи, льнет всем телом и подставляет губы.
Меня колотит от желания раздвинуть ее ноги и засадить сразу по яйца. Но ее желания в приоритете. Сцепив пальцы на ее затылке, целую, вылизывая, каждый уголок ее рта. Как и обещал, каждый миллиметр. Глажу язык, выманиваю его наружу, чтобы вовлечь в порочную пляску.
Второй рукой терзаю мягкую грудь и вдруг чувствую, как горячая ладошка смыкается на моем гудящем от напряжения члене. Инстинктивно толкаюсь в ее руку.
– Крис… – отрываюсь от сладких губ и впиваюсь в тонкую кожу шеи.
Она гортанно стонет, сильнее сжимает меня.
Я с шею переключаюсь на ключицы, целую яремную впадину, ласкаю языком затвердевшие соски и, наконец, опускаюсь на колени.
– Филипп!!! – вскрикивает испуганно, когда я начинаю зацеловывать ее живот, – не надо, пожалуйста!
– Я сам хочу…
Глава 64
Меня колотит от желания, но в голове проносится мысль, что я не смогу расслабиться и получить удовольствие. Он говорил, что никогда этим не занимался.
– Филипп… не надо, пожалуйста!..
– Я сам хочу, – бормочет хрипло, поднимая на меня взгляд.
И я верю. Его трясет не меньше моего. В глазах хищнический блеск, кончик языка пробегает по полным влажным губам.
Меня смывает горячей волной. Припав спиной к кафелю, прикрываю глаза.
– Просто расслабься… – просит он, целуя низ живота.
Молнии одна за другой бьют в то место, где меня касаются его губы и пальцы. Внизу все набухает, ноет, выделяя одну за другой порции влаги.
– Фи-и-ил…
Размягченные колени подгибаются, горло пересыхает.
Чувствую его пальцы на бедрах, жесткую щетину на коже, горячие жадные губы.
– Ногу на плечо мне закинь.
– Боже мой…
Не дождавшись от меня ничего вразумительного, Филипп делает это сам. Поддевает под коленом и кладет на ее свое плечо.
Я смотрю на него сверху вниз и просто уплываю. Большой сильный хищник у моих ног. Бугрящиеся мышцы спины и плеч, темная макушка и губы, все ближе подбирающиеся к моему естеству.
Целует внутреннюю поверхность бедра, запуская под кожу поток теплых вибраций и, наконец, касается губами лобка.
Я дергаюсь как от удара током. Никогда не испытывала таких острых ощущений.
– Тшш… расслабься… – шепчет он и проводит кончиком языка вдоль половых губ.
– Я не могу…
Раскрыв складки пальцами, он припадает ртом к чувствительному бугорку, обнимает его губами, облизывает языком.
И я начинаю падать. Какое-то бесконечное падение в пучину сладкого наслаждения. Весь мир исчезает для меня. Разум отключается. Остаются лишь мои чувственность, настроенные на Фила рецепторы и его язык, вытворяющий со мной невероятные вещи.
– Говори, если не так, – просачивается в сознание его далекий голос.
– Черт… все так… – выдыхаю дробно.
Накал ощущений нарастает, я хватаю воздух урывками, в беспамятстве дергаю волосы на его голове и, кажется, сама двигаюсь навстречу горячему языку.
По бедрам идут первые предоргазменные судороги, низ живота мелко подрагивает, крестец нагревается, и в какой-то момент меня разрывает на ошметки.
Резко выгибаюсь, ударяюсь затылком о кафель и сползаю вниз прямиком в объятия Филиппа.
Бережно обняв, целует, наполняя рот моим же вкусом.
Постепенно я начинаю приходить в себя. В ноги и руки возвращается подвижность, глаза снова видят. Перед ними лицо Эйне, по которому стекают капли воды. Скатываются по длинным ресницам, падают на скулы и разбиваются о щетину.
– Я тебя люблю, – шепчу беззвучно.
Губы Фила, вздрогнув, изгибаются в улыбке.
– Знал бы, что на тебя так киннилингус действует, давно бы отлизал.
– Я люблю тебя, – повторяю громче.
Улыбка с его лица стекает вместе с водой, взгляд становится серьезным и проникновенным.
– Я тоже, Кристина… тоже тебя люблю.
– Это не ответная вежливость, надеюсь, – издаю полувсхлип – полухмык.
– Я бы не стал врать, Крис.
Закусив губы, чтобы не позволить себе снова разреветься, упираюсь лбом в его плечо и чувствую, как он гладит мои мокрые волосы.
Он все еще сильно возбужден. Эрегированный член стоит строго вертикально и касается головкой живота.
Я спускаю руку вниз, поддеваю ладонью мошонку, а затем сжимаю ствол пальцами.
– Идем… сейчас еду привезут, – шепчет в ухо, – потом сядешь на колени, как хотела.
– Но ты же хочешь…
– Пи*децки хочу, Крис… но я потерплю… ты ж голодная.
Действительно, как только мы выходим из ванной, в прихожей раздается трель домофона.
Сидя на стуле в кухне, Филипп неотрывно наблюдает, как я сервирую стол. Я же не могу смотреть, не краснея, как топорщатся его трико.
Как девочка – целочка с ним. Все как в первый раз.
– Хотел с матерью тебя познакомить. Но она утром утром улетела.
– С твоей мамой?.. Я не готова! – вылетает изо рта быстрее, чем я успеваю подумать.