Дверь с золотым тиснением распахнулась, и я услышала приятный, ласкающий слух, женский голос:
- Дорогой, как я рада вас видеть!
Сомнения отпали сразу. Имеет! В смысле, даже не место, и уж точно не большее, ибо хозяйка салона, подтверждая мои догадки, оказалась дамой миниатюрной, изящной и очень привлекательной. А просто имеет! Мой эльф имеет госпожу Микаэллу. Причем, с завидной регулярностью.
Почему-то стало неприятно, а дама, несмотря на всю ее красоту, мне очень не понравилась.
- Госпожа Микаэлла, позвольте вам представить… - быстро сориентировался Друлаван, пока хозяйка местного бутика на нем не повисла.
Во избежание. Так сказать. Но дамочка дурой не была. Она быстро оценила обстановку. И хотя приветливая улыбка с губ не пропала, взгляд по-кошачьи зеленых глаз стал колючим. На мгновение мне показалось, что даже зрачок вытянулся. Неужто, тоже кукурузник? А я-то, грешным делом, полагала, что у эльфа моего дракононепереносимость. Но, видимо, ящериц он не переносил весьма избирательно.
В целом, выглядела пассия ушастого хорошо. Что сказать? Вкус у него был. Шейка, плечики, грудь – не чета моей. У Микаэллы из выреза выпрыгивает, а мне и бегать не мешает. Талия тонкая. Темные, почти черные волосы уложены в высокую прическу, волосок к волоску. Ног я оценить не могла, под длинной бордовой бархатной юбкой, поэтому нафантазировать получилось многое: от изящной кривизны до толстых щиколоток. Должен же в ней хоть один изъян быть?
Наряд Микаэлла выбрала практичный, неброский и с виду скромный. Но ткань, пошив, фурнитура были отменными, а фасон продуман до мелочей, чтобы выгодно подчеркнуть все достоинства внешности женщины. А вот это уже кое-что! Если подчеркивают прелести, значит, есть все же недостатки! Есть! Нужно хорошо присмотреться.
Впрочем, какое мне дело? Опекун – это не муж, не брат и даже не любовник. А губы у магистра красивые, несмотря на то, что он все время искривляет их в ехидной усмешке. Дурная привычка, но к ней вполне можно привыкнуть. Интересно, а как он целуется? Не то, чтобы у меня совсем не было опыта по этой части, но… Да, опыта не было! С тем, кто действительно нравится – не было!
И не нравился мне никто до этого времени…
Стоп! А ушастый, значит, нравится? Интересный мужчина, но товар залежалый и хорошо использованный другими покупательницами. Образец со скидкой или пробник. Ох, так до чего угодно договориться можно! И, вообще, не стоит о нем думать, в его ангаре уже время от времени паркуется один брюнетистый кукурузник. А быть может, и не один.
Пассии я тоже не понравилась. Очень. Едва наши взгляды пересеклись, зеленые глаза заледенели, а улыбка на миг сползла с пухлых, умело накрашенных, губ, но потом засветилась вновь. Хорошо играет, не подкопаешься! Когда Микаэлла увидела на мне многострадальный плащ Салмелдира, она едва не позеленела от злости, а лица не потеряла.
Прошли буквально секунды, которые для нас показались вечностью. По крайней мере, две противницы успели оценить друг друга и составить представление о сопернице. Разумеется, нелестное. Тьфу ты! Какое мне дело до его любовниц? Пусть скажет, зачем мы здесь.
- … мою подопечную, прибывшую из иного мира. Ее имя Бронис, - после недолгой паузы закончил свою фразу эльф и принялся представлять мне хозяйку заведения.
Честно признаться, я его не слушала. Гораздо занимательнее было наблюдать, как улыбка на лице эльфийского кукурузника становится шире и искреннее. Очевидно, подопечные конкуренции не составляли. В нашем мире отношения преподавателя и студентки тоже моветон, если, конечно, нет иных причин радоваться. С их разноплановыми обычаями и традициями всякое может произойти.
- Добрый день, Бронис, - пропела госпожа Микаэлла, совершенно на меня не глядя, ибо все свое внимание она дарила Друлавану. – Так вы здесь по долгу службы?
- Вряд ли речь идет о долге, - улыбнулся ей эльф. Без сарказма, без ехидства. Умеет же! Почему не мне? – Скорее, речь идет о долгосрочном кредите. Бронис требуется одежда.
- Что именно ей требуется? – вот теперь на меня снова взглянули с интересом и в зеленых глазах защелкали цифры. Кукурузник подсчитывал барыши. А именно, на сколько можно нагреть эльфа без ущерба отношениям.
Сам кошелек об этом не догадывался или изначально все знал, но готов был оплатить все выставленные счета. Он даже ухом не повел, но ответил:
- Ей потребуется все.
-О-о-о… - выдохнула дама восхищенно. И в этот раз ни алчности, ни жажды наживы ей скрыть не удалось. Монетки в зрачках продолжали плясать.
Так и запишем: «При звоне монет теряет волю»!
- Пройдемте! – решительно произнесла она, приглашая нас следовать за нею. – И вы увидите, что модный дом госпожи Микаэллы готов предложить вам все самое лучшее, что есть на Витаре.
Лучшее? Не уверена, что лучшее, а что самое дорогое – факт. Но, прежде, чем отказываться, товар всегда следует посмотреть. Тем более, судя по скучающей холеной физиономии, опекун настроен философски и благостно.
И я поплелась вслед за ним и щебечущей хозяйкой, которая села на своего любимого конька по охмурению не только эльфа, но и клиента в его лице, что, согласитесь, вдвойне приятнее.
В большом зале, в котором не то что показы, бал устроить не зазорно, стоял диван, пара удобных кресел с высокими резными спинками и стол с напитками. Думаю, прохладительными. Для ожидающих дам мужчин. А для очень ожидающих, в арсенале Микаэллы наверняка нашлось бы что-нибудь покрепче.
Эльф приглашения не ждал. Он прошел сразу к столу, что-то там себе набулькал в изящный бокал и только потом опустился в одно из кресел, приняв довольно вальяжную позу и безмерно скучающий вид. Опыт. Несомненно, опыт! В каждом жесте, в каждом движении. Значит, бывал, одевал и ожидал.
Где-то внутри шевельнулся червячок недовольства. С другой стороны, будь он девственником и капай слюнями на наборный паркет из редких пород дерева при виде хорошеньких женщин, он бы не производил эффекта монументальности, надежности и чертовской привлекательности.
Стоп! Снова меня не в ту степь понесло. Не понимаю я своей одержимости ушастым опекуном. Вокруг не мир, а ярмарка красивых мужчин, с выбором спешить не стоит. Нужно абстрагироваться или представить Друлавана в непотребном виде. Лягушкой, например…
Бурное воображение тут же подкинуло картинку, как я смачно лобызаю миленькое зеленое земноводное. У него удлиняются лапки, отрастают ушки и не только, и вот уже… Черт! Это невозможно! Снова он! Даже в мечтах девичьих от него не скроешься!
- Начнем с показа моделей, затем выбор тканей и снятие мерок, - щебетала хозяйка, чувствуя себя, словно рыба в воде. Она обернулась, посмотрела на так и оставшуюся стоять посреди зала меня и едва заметно скривилась. – Присядьте пока.
Я не возражала. Пусть покомандует. Вряд ли Микаэлла знает закон мира, который меня взрастил и вскормил: клиент всегда прав. А я и есть этот клиент.
Присев на диванчик, загрустила. Смотреть на то, как копошатся с охапками платьев помощницы хозяйки, было откровенно невесело. Кстати, от меня не ускользнула одна крошечная, но весьма мудрая деталь – любовница Салмелдира подбирала довольно симпатичных, аккуратных сотрудниц, но не красавиц. Да, если выстроить швей в ряд, то на их фоне Микаэлла выгодно преобразится. Любопытный ход. Пожалуй, он говорил о том, что, кроме алчности, у дамы имелись комплексы. Что-то в своей внешности ей явно не нравилось.
Мода Витары ничем особенным не отличалась. Сплошная вышивка и кружева. Пожалуй, Земля этот этап прошла еще в самом начале девятнадцатого века. Правда, там дамы предпочитали тона пастельные, здесь же отдавалось предпочтение ярким краскам: алый, огненный, лазурный… И пуговицы! Они были везде. Рядами, узорами, орнаментом. На мой взгляд, зря. Нельзя увлекаться количеством пуговиц на одежде. Расстегивая их, мужчина вполне может забыть, зачем он это делает. Особенно, возрастной контингент.
И я снова посмотрела на опекуна. Да что ж такое!
Как на зло, именно в этот момент наши взгляды встретились.
Ушастый взирал на меня странно. С одной стороны – серьезно, на красивых губах не было и намека на улыбку. С другой же – в синих глазах плясали если не черти, то кто-то на них очень похожий, но уже из этого мира. Неужели проверка? Или притирка? В любом случае стоило поразмыслить.
Что я успела увидеть в академии? Народ одевался довольно скромно, при этом просто и удобно. Форма, которую мне выдали, так же не отличалась таким обилием фурнитуры и прочих изысков. Хочешь узнать, насколько у оленей развита интуиция в купе со способностью соображать? Тогда… Тогда мне стоит проверить, а так ли безупречен моральный облик опекуна?
Роковая красотка для мужчины всегда намного привлекательнее насквозь промерзшего оленя. А вкус у меня есть, как и чувство стиля. И по гриму в универе «отлично» получила заслуженно.
- Мы готовы! – объявила госпожа Микаэлла и присела в соседнее с эльфийским кресло. При этом ладонь она изящно и ненавязчиво опустила на его подлокотник. Фу, как не тонко!
- Я могу выбрать любое платье? – на всякий случай уточнила у опекуна. Ему соседство руки портнихи не нравилось, красивый рот слегка кривился, а в синих глазах застыли кристаллики льда. Причем, я понимала, что холод, он не для меня.
- Абсолютно, - совершенно аморфно ответил ушастый.
Вот и чудненько. Я едва не засветилась улыбкой, чем, скорее всего, выдала бы себя с головой. Спасла меня сама госпожа Микаэлла.
- Начали, девочки! – крикнула она.
И в зал одна за другой стали впархивать манекенщицы. Вот тебе и раз! Показ для одного клиента! Почувствуй себя королевой!
И что это был за показ! Юдашкин бы умер от зависти. Парча блестела, атлас переливался, органза и шифон серебрились. А вот «вешалки» на Витаре имели стандартные, средние пропорции. Ни тебе ног от ушей, ни пресловутых девяносто-шестьдесят-девяносто, ни высокого роста. Вполне себе обычные девушки. Рядом с такими клиентка с изъянами во внешности не станет чувствовать себя ущербной, зато сможет точно оценить достоинства наряда. Пожалуй, умно.