- Леди, но вы же… - выдохнула пунцовая, словно спелый помидор, блондинка.
- Такие платья принято носить без белья, - отмахнулась я.
В этом была доля истины, ибо того, что действительно носят под такое платье, на Витаре и в помине не было. А на Земле многие самые смелые дамы вполне могут себе позволить не надевать белья под вечерний прикид.
А я смелая?
Прислушалась.
Внутри все дрожало еще сильнее. Хотелось не просто шокировать эльфа и выбить у него почву из-под ног, мне хотелось ему понравиться, чтобы в наполненных колючими льдинками глазах поселилась теплота и нежность.
Дура ты, Бронька! О чем только думаешь? Где та нежность? И где его наглейшество магистр Салмелдир?
Тогда… Тогда… Тогда пусть он сто раз пожалеет, что придумал проверку! Тоже мне, вливание в коллектив!
Платье обтянуло, как перчатка. Лиф, расшитый тесьмой, переливался и делал мой недостаток зрительно объемнее. Оптическая иллюзия местного разлива, но мне идея понравилась. Несмотря на довольно узкую юбку, движений она не сковывала, благодаря глубокому разрезу. Он при ходьбе приоткрывал ногу почти до того места, где, собственно, бедро кончается и начинается уже отсутствие белья. Смело? Да! Но и страшно тоже! А еще капельку неуютно. Все же мне никогда не приходилось обнажаться перед мужчинами, даже на сцене.
Глаза сияли, щеки розовели, грудь вздымалась. В общем, в бой! Нечего раздумывать и копаться в себе! Решила – действуй!
И я пошла.
И девушки пошли. Следом.
Конечно, шапито во все времена зевак собирало. Людям, кроме хлеба, еще зрелища подавай! Пусть смотрят, пока бесплатно. А то с портнихи станется! Еще начнет билеты продавать.
Стоило мне войти, как Микаэлла и Друлаван, до этого мило беседовавшие, разом обернулись. И, могу поспорить, ее мерзкая, похотливая, практически беспринципная и развратная рука лезла туда, куда ей не следовало! В конце концов, на работе следует соблюдать субординацию!
Я шагнула. Потом еще. И еще. Разрез обнажил ногу. Где-то позади шокировано охнул хор девушек.
Мило улыбающийся Салмелдир вмиг стал серьезным, весь как-то напрягся и подался вперед, сбросив, между прочим, приставучую конечность горе-кутюрье. Так тебе и надо, мерзавка легкодоступная!
Эльф задышал. Нет, он и до этого дышал, но, глядя на меня в упор, задышал Друл глубоко и часто. Аритмия у него, что ли? Инфаркт с миокардом? Может, ему половинку валидола под язык? Есть на Витаре аналог? Или сразу искусственное дыхание рот-в-рот?
У эльфа нервно дергался глаз, трепетали крылья ровного красивого носа, а на скулах перекатывались желваки. Нет, ему не плохо! Жаль!
Бесится! А вот это уже славно!
- Это как понимать?.. - зловещим шепотом спросил опекун.
- Что? – я наивно и робко улыбнулась. Да, дурочки мне всегда удавались. Их, собственно, и играть почти не надо было. Достаточно просто оставаться самой собой.
- Во что ты, ради Малха, вырядилась? – гаркнул Салмелдир.
О, я и не знала, что он так умеет. Усилим эффект! Мне пришлось надуть густо накрашенные подобием помады губы.
- А я не ради него, а для себя исключительно! – показательные обиды мы еще на первом курсе проходили. Легкотня!
- Что?.. – на этот раз переспросил эльф.
Мне, в общем-то, не сложно повторить и даже разжевать информацию для особо одаренных. Я решила подойти ближе. Вдруг он еще и слышит неважно? Разрез при ходьбе, разумеется, снова разошелся, и в зале послышалось отчетливое рычание.
- Зверушек диких держите? – поинтересовалась у почему-то притихшей Микаэллы. Хозяйка сейчас напоминала королевскую кобру, готовящуюся к рывку с уже раздутым капюшоном. Ну-ну! – Зря! Опасная живность пугает клиентов, падают доходность и рейтинг магазина.
И пока брюнетка хлопала жабрами, подошла к опекуну довольно близко, но так, чтобы дотянуться при желании до меня он все же не смог. В том, что подобное желание у него может возникнуть, почти не сомневалась.
- Я говорю, Малх к платью никакого отношения не имеет! – нарочито громко пояснила эльфу. Переборщила, ибо Салмелдир скривился и потер ближайшее ко мне ухо. Ага! Слышит, все-таки! Но продолжила разговор в той же тональности, четко выделяя каждое слово: - Платье я сама выбирала! Не Малх! Говорю, не Малх выбирал, а я! Из предложенного! Правда, немного переделать пришлось!
На этом месте изящно покрутилась. Почти изящно. От чего обнажились уже обе мои ноги по… По конец ботфортов примерно.
- Нравится? – громко спросила я.
- Нет! – тоже зачем-то крикнул Салмелдир. На его щеках проступили красные пятна. Переживает, бедолага. Разволновался. А нефиг было земным оленям глупые проверки устраивать! Получи, киллер, контрольный в голову!
- Как же так? – выдохнула с досадой. – Ты же сам сказал, что можно выбрать любой наряд! Я подумала, что лучше взять платье скромное, однотонное, без камней, золотой вышивки и прочих излишеств. Все же не на бал собираюсь, а учиться!
При этом не забыла кокетливо прикрыть разъехавшийся разрез, тем самым еще раз акцентируя на нем внимание эльфа, и стыдливо опустить глаза.
- Скромное? – прогремел он. – Без излишеств? Снимай ЭТО немедленно!
- Как скажешь, - покладисто ответила я и нагнулась, чтобы задрать подол.
Конечно, ни за какие сокровища мира, я бы не обнажилась здесь, но расчет оправдался, и эльф снова заорал:
- Прекратить!
- Сам бы определился, что тебе надо? – проворчала я, демонстративно оправляя юбку. – То разденься! То оденься! Сатрап!
- Кто? – удивленно выдохнул Друл.
Не знаю, чем бы закончилась наша перепалка! Я так далеко вперед не умею пакости планировать. Но в зале снова послышались неприятные, даже мерзкие звуки. На этот раз визг. Истеричный. Женский. Пронзительный такой. От него закладывало уши, а эльф кривился еще больше, чем от моих объяснений.
Визжала хозяйка. Проникновенно, с отдачей, закрыв глаза.
- Элла, ты не могла бы заткнуться, - тихо произнес опекун, и брюнетку выключили.
Жаль ненадолго. Вернее, выключилась она как-то не совсем правильно. Визг ушел, а крик нет.
- Она! – и в меня тыкнули ухоженным пальцем. Фи, как некультурно! – Она испортила мою лучшую модель!
- Напротив, - спокойно возразила я. – Благодаря моим новаторским преобразованиям фасон приобрел лоск и усилил свою привлекательность. Предлагаю, срочно запатентовать дизайн, а прибыль честно поделить. Уверяю, увидев даму в таком платье, кавалер уже никогда ее не забудет. Да хоть на магистра посмотрите! Он от такой красоты едва дара речи не лишился.
Магистр речи не лишился, но молчал, ибо в этот момент закипал как чайник. Бьюсь об заклад, его не привлекало общество двух дам, выясняющих отношения друг с другом. Он вообще выносил лишь довольных, молчаливых и лояльно настроенных женщин. Это я уже просекла. Попал ты, дружок! Надолго попал. Примерно, до конца моего обучения.
Портниха же старалась перевести мою речь на родной язык, но, видимо, слова «дизайн» и «запатентовать» были ей чужды, поэтому она перешла в наступление.
- Да ты знаешь, сколько стоило это платье? – натурально зашипела Микаэлла, и на ее висках проступила ржаво-зеленая чешуя. Не самое приятное зрелище. – Я вызываю стражу Совета! Пусть они с тобой разбираются!
Вот змея завистливая! А все из-за того, что у меня прикид гламурнее, чем у нее, получился! Женщины! Коварство – ваше имя!
- Какая разница? Наряд мне нравится, значит, вам его оплатят, не так ли? – и я перевела вопросительный взгляд на Салмелдира.
Мы смотрели друг на друга минуту. Гневно. Пылко. Даже страстно. А потом гад ушастый расхохотался. Взял и рассмеялся! А где обморок, душевные терзания, признания в том, как он был не прав?
- Ладно, твоя взяла, - отмахнулся Салмелдир. – Иди, переоденься. Элла, я беру это платье.
- Сто золотых форселей, - тут же любезно откликнулась портниха. Такой палец в рот не суй. Оттяпает по локоть!
- Сколько? – поразился ее наглости эльф. – За такие деньги весь подол можно было бы самоцветами расшить!
- Я их срезала, - любезно подлила маслица в костер, собственно, я и улыбнулась. Невинно и неискушенно! Абсолютно.
- Сто десять золотых форселей, - подытожила Микаэлла, кивнув на меня. Разумеется! Кто ж еще виноват в ее алчности?
- А десять-то за что? – усмехнулся Салмелдир, но полез за кошельком.
- За причиненное беспокойство!
А что? Вполне справедливо.
Ситуация разрешилась, но наш разговор вовсе не закончился. Это стало понятно и по хитрой улыбке, и по взгляду, брошенному на меня, и даже по безупречной осанке эльфа. Ну, что ж, поговорим, раз надо.
Я собиралась топать переодеваться снова в форму боевиков, но тут в зал ворвался…
Мужчина. А за ним крайне взволнованная Ани, которая бежала следом и вещала:
- Постойте! Послушайте же! Сюда нельзя! Нельзя, я вам говорю!
- В чем дело? – холодно, в своей манере поинтересовался Друлаван.
- Госпожа, я ему говорила, что вы заняты, - расстроено произнесла помощница вмиг побледневшей и вяло опустившейся обратно в кресло Микаэллы.
- Лонноан… - выдохнула она. Визит гостя явно не пришелся кстати.
- Дорогая! – воскликнул тот самый эльф, который вчера перед обедом пытался пошутить над Салмелдиром, но увидев самого Друлавана, застыл в замешательстве.
В столовой он ретировался, но сейчас мужчина судорожно размышлял, что же предпринять и, видимо, пришел к каким-то выводам. Долговязый держал в руках пышный букет и именно его, словно шпагу, выставил вперед. Похоже, этот Лонноан приготовился к сражению.
Забавно.
Так вот какую даму не поделили ушастые!..
Глава 12
Самое любопытное, что глаза долговязого сияли совсем как у Друлавана в парке, но только при взгляде на Микаэллу, когда же он смотрел на Салмелдира, становились обычными. Ну, такими, самыми обычными эльфийскими зелененькими зенками, которыми он испуганно лупал, но, к его чести, так и продолжал защищаться пышным букетом, несмотря на то, что отчаянно трусил.