– Думаешь, база террористов? – спросила Светлана, когда они покинули квартиру Ольгиных родителей, договорившись о встрече на завтра.
– Признаться, думаю: загородный публичный дом. Элитный. Или просто элитная база отдыха. Зачем там бассейн и теннисные корты? Для подготовки террористов? И тогда где они все были? Сидели по домам? Должны быть часовые, вышки, какая-то охрана, которая бы следила за приближением незваных гостей. Ладно, завтра сами съездим и посмотрим.
Юлю привезли в Россию – в сопровождении двух американцев, которых она уже хорошо обработала. Они у нее были как шелковые. Какие они все-таки глупые! И как боятся своего начальства. И боятся, что она – несовершеннолетняя. А если кто-то в их глупой Америке узнает…
С нашими ушлыми комитетчиками было сложнее. Американцы им в подметки не годились. А на одного старого дядьку Юлины чары никак не подействовали. Он, похоже, был у них самым главным. Дядька велел остальным выйти из кабинета. Юля уже улыбалась про себя. Дядька чем-то напоминал ей Доктора.
Но не тут-то было. Дядька снял ремень, скрутил Юлю в бараний рог, сунул голову себе между ног и хорошенько поработал над Юлиной задницей. По-отечески.
После этого у них состоялась конструктивная беседа. Такой язык Юля тоже очень хорошо понимала. Она согласилась работать на дядьку – и поняла, что с ним не забалуешь. Но, с другой стороны, хорошо иметь такого защитника.
И мужик, который на нее не позарился, вызывал у нее уважение – после всех остальных, которые не смогли устоять.
Сергею позвонили с базы и сообщили, что в окрестностях появлялись арабы и какой-то сумасшедший дедок. Спрашивали указаний.
Алена бродила ночь по лесу. Очень замерзла. Боялась, что потерялась. Но к дороге все-таки вышла. Под утро. Может, не стоило бежать? Куда она теперь пойдет? И ведь денег у нее нет. Согласится ли кто-то довезти ее до Питера? Она ведь даже не знает, в какой стороне город…
Глава 23
На следующий день в школу прибежал взмыленный Трушин-старший – искал драгоценного сына Васю. Вася исчез два дня назад.
– А раньше что вы думали? – невозмутимо спросила у него Александра, в спортзал к которой он заскочил. Детки навострили уши. Они давно поняли, что в их школе очень интересно учиться, гораздо интереснее, чем в других. Даже предположить невозможно, что выкинет кто-то из учеников или учителей.
– Раньше я его искал! – заорал Трушин-старший.
– И что дальше?
– Теперь решил подключить вас!
– Лично меня? Я не занимаюсь поисками пропавших учеников. Обращайтесь в милицию. Это их прямая обязанность.
– Когда вы в последний раз видели Васю? – продолжал орать Трушин-старший.
Александра задумалась:
– В последний раз я видела его фотографию в какой-то газетке из «желтых». Он там лобызался со стриптизершами. По-моему, с тремя сразу. Очень был доволен происходящим.
– А лично вы его когда видели?
– В стриптиз-клубе, где мы все приятно провели время. Кстати, как там ваш зад? После протыкания вилкой швы накладывают или нет? Это я для общего развития интересуюсь, – добавила Александра в качестве пояснения.
– Я вас привлеку за оскорбление личности! – завопил Трушин-старший.
– Какое оскорбление я вам нанесла? – удивилась Александра.
– Вы публично интересовались состоянием моего зада!
Весь 9-й «А» полным составом разразился диким хохотом, потом детки стали по отдельности интересоваться тем же самым и просили показать – они сами еще не видели зад Васиного папы и вообще задницы, проткнутые вилками. Детки также громко обсуждали, подойдут ли для протыкания задниц вилки из школьной столовой, и приходили к выводу, что нет: тупые. За нужными вилками, видимо, придется обратиться в ночной клуб. Или попросить ночной клуб выступить спонсором школы – поставщиком вилок.
Александра быстро поняла, почему детки с таким интересом обсуждают эту тему. Коля Харитонов, будущая звезда питерского криминального мира, уже тихонечко подбирался к Трушину-старшему сзади. Что-то блеснуло у него в руке. Трушин-старший продолжал орать, не замечая происходящего за спиной. Коля Харитонов быстро сделал какое-то черное дело и вернулся к группе товарищей.
Трушин-старший еще немного покричал, потом спортзал покинул. Видимо, отправился искать Васю по кабинетам. Когда он повернулся спиной к спортзалу, все визуально получили ответ на вопрос Александры Игоревны. След от вилки – три дырочки – остался, правда, был не очень заметен. А от приложения рук Коли Харитонова осталась дырка овальной формы.
Александра вела физкультуру уже в следующем классе, когда в спортзал снова ворвался Трушин-старший. За ним следовала Тучка.
– Вы за это ответите, Александра Игоревна! – заорал Трушин-старший.
– Да-да, Александра Игоревна! – подтвердила Тучка.
– А о чем, собственно говоря, речь? – уточнила Александра.
– Вы обнажили мне зад! – воскликнул Трушин-старший.
– Меня ваш зад совершенно не интересует, – заметила Александра. – У меня несколько другой вкус в мужчинах, и вообще, я их оцениваю не по этой части организма. Если бы мне захотелось оценить вас, то я постаралась бы обнажить вас не сзади, а спереди.
Поскольку занятия на этот раз проходили в 7-м «Б», который славился в школе и районе не меньше 9-го «А», детки стали отпускать ехидные замечания относительно того, чьим задом могут интересоваться определенные категории граждан, и обсуждать, передается ли это по наследству. Трушин-старший быстро сообразил, к чему клонят детки, и поспешил ретироваться. Правда, по пути столкнулся с представителем ФСБ Анатолием Степановичем, прибывшим вместе с представителем прокуратуры Юрочкой. Они-то успели заметить оголенный зад посетителя.
Юрочка тут же обвинил Трушина-старшего в попытке совращения несовершеннолетних. Несовершеннолетние почти хором заявили, что попытка была неудачной, так как в их классе у всех нормальная сексуальная ориентация. Слышать подобное от семиклассников было весьма любопытно. В их возрасте ни Александра, ни Юрочка, ни тем более Анатолий Степанович с ориентацией еще не определились, а в молодые годы Анатолия Степановича народ еще вообще не освоил главного значения голубого цвета.
При виде представителей ФСБ и прокуратуры директриса заулыбалась и чуть ли не делала реверансы, однако постаралась побыстрее ретироваться, чтобы Александра сама разбиралась с органами.
Поскольку у Александры и 7-го «Б» это был последний урок, она отпустила деток пораньше, а сама удалилась в тренерскую с Анатолием Степановичем и Юрочкой.
Анатолий Степанович сообщил, что завтра Юлю Чугунову доставят в Москву.
– А почему в Москву, а не к нам? Она же из Питера и всю жизнь здесь прожила.
– Видимо, самое большое начальство желает ее видеть, – пожал плечами фээсбэшник. – Да и им со второй неудавшейся террористкой, пойманной в Москве при содействии вашей подруги Светланы, очную ставку будут делать.
– Та-то хоть что-нибудь вспомнила?
– Ничего. С ней гипнологи сейчас работают. Она, кстати, была не на наркотиках. Может, конечно, ей что-то и давали, но легкое. С ее башкой хорошо поработали. Вероятно, как и с Юлей Чугуновой. Но у той или психика оказалась крепче, или работали меньше. Юля-то Чугунова уже довольно много вспомнила. Эта же девчонка фактически овощ.
Юрочка тем временем поведал Александре про исчезновение еще нескольких девочек в их районе – с концами. Прокуратура проводит расследование. Александра, правда, не стала спрашивать про этап, на котором находится расследование, чтобы не смущать Юрочку.
Юрочка жаждал еще раз взглянуть на классные журналы прошлых лет и вскоре покинул тренерскую. В тренерской появилась Светлана, которую также желал видеть Анатолий Степанович. Когда они остались втроем, он извлек из старого портфельчика пакет с фотографиями, выложил перед подругами и попросил посмотреть, не увидят ли они кого-то знакомого – или вдруг чье-то лицо наведет на какую-то мысль.
Это были фотографии площади перед ЗАГСом, в котором Светлана вступала в свой второй неудачный законный брак. По всей вероятности, их сделали репортеры различных средств массовой информации – брали так называемую «панорамку». Потом фотографии увеличили, чтобы лица в толпе смотрелись лучше.
Александра со Светланой принялись за изучение снимков. Узнали охранников Пьянчугина и Горыныча, нескольких гостей, потом пошли фотографии толпы.
– Журналисточке повезло, что она к тебе прицепилась, – заметила Светлана. – Она ведь всегда лезет в первый ряд. Ее бы точно разнесло, если бы отправилась снимать последнюю речь Горыныча. А она от нас хотела эксклюзив получить.
На одной из фотографий журналисточка лезла к машине, которую только что взорвали. Люди бросались то в одну, то в другую сторону. Кто-то хотел побыстрее покинуть место взрыва, кто-то, наоборот, – посмотреть результат. Такие всегда находятся.
Внезапно Светлана застыла со снимком в руке.
– Узнали кого-то? – тут же подался вперед Анатолий Степанович.
Светлана не рассказывала про парня, следовавшего за девчонкой со взрывчаткой к «Макдоналдсу», о чем знала Александра. Теперь Светлана решила сказать, что узнала его на фото.
– Саша, посмотри. Вроде бы он у нас учился. Но школу точно закончил.
Александра взглянула и узнала парня, о котором говорила Светлана. Именно в него была влюблена Ольга. Она тогда только пришла преподавать в школу и влюбилась в ученика, рано проявившего способности к компьютерам. Но ученику биология была до фонаря, как и учительница. Его интересовали только компьютеры.
– Наш, – сказала Александра. – Как звали – не помню. Надо у других учителей поспрашивать. Или посмотреть их выпускной альбом. У нас в школе хранятся за все годы.
Для начала они обратились к Тучке, которая выпускника признала, но имени тоже не помнила, однако, посмотрев альбомы, выяснили, что парня звали Сергеем Арсеньевым. Затем подняли документы, нашли адрес и телефон. Хотя, конечно, все могло измениться.