– Я понимаю, что у нас слишком много животных. Но он умрет без нас. Там остальные мертвы. А этот боец, живой. И совсем кроха. Повезем его утром к ветеринару.
Утром мы со Светой вызвали такси и отправились к ветеринару. Миша ничего не знал о котенке. Когда я притащила его в дом, он еще спал, а уехали к ветеринару до того, как он проснулся. Мишу угнетало, что в нашей ситуации у нас дома целый зоопарк, и он твердо говорил, что больше никаких животных не потерпит. Это было разумно, и я его понимала.
Мы со Светой решили пока не беспокоить Мишу и узнать, что с котенком. Я собиралась сказать Мише, что беру на себя ответственность за котика, и мы отдадим его в добрые руки. А пока мы ищем ему хозяев, он поживет у нас.
По пути к ветеринару мы увидели недалеко от дома труп сбитой автомобилем большой черной кошки. Видимо, это была мама этого котенка.
Ветеринар сказал, что котенок здоровый, нужно только промывать ему глаза и нос. Что ему еще нет даже месяца и нужна специальная смесь, чтобы кормить его по часам. Мы купили все, что нужно, и поехали домой.
Я очень боялась, что скажет Миша, и понимала, что его злость была бы справедливой. Но его реакция меня ошарашила. Миша до беспамятства влюбился в котенка. Постоянно носил его на плечах, сам кормил, спал с ним и заявил, что теперь это его кот, дав ему кличку Дракула. Потому что он черный и с белыми острыми клыками. Правда, потом выяснится, что это не кот, а кошка. Но кличка останется той же, потому что, во-первых, все равно ей подходит, во-вторых, потому что гендерно нейтральная. Так в нашем зоопарке появилась третья кошка – Дракула.
Двадцать пятого мая я осталась сидеть с Дракулой, а Миша и Света уехали в супермаркет. Когда они вернулись, на Мише не было лица. Он вел Свету под руку. Света, еле ступая, добралась до дивана.
Я спросила, что случилось. Миша ответил:
– Я не видел. Был в магазине. Но Света ушла поговорить по телефону и рухнула в обморок. Вернулась вся грязная и сказала, что, пока она лежала в отключке, у нее украли кошелек. Мы не купили продукты, сразу вернулись.
– А телефон? – забеспокоилась я.
Телефон для Светы был самым важным предметом. Она не расставалась с ним ни на секунду. Вообще никогда. И впадала в истерику, если я брала его в руки, даже чтобы просто ей его принести.
Однажды я пойму, чего она так боялась. Но сейчас я просто надеялась, что не будет новой причины для трагедии. Достаточно уже обморока и ограбления.
– Телефон с ней. Она на него упала, – успокоил Миша.
– Ясно, – ответила я и обратилась к Свете: – А ты уверена, что украли, а не что ты его просто выронила?
– Уверена. Его не было рядом, – плакала Света.
– Там были камеры?
– Нет. Я зашла за магазин.
– Ну, может, были. Надо посмотреть.
– Таня, я двигаться почти не могу. Давай без полиции, пожалуйста, – взмолилась Света. – Украли и украли. Надеюсь, им нужнее. Я не знаю, почему в обморок падаю. И опять недержание! Я боюсь худшего.
Меня будто окатили холодной водой. Я вспомнила, что и в Петербурге, на встрече с моей мамой, Света тоже падала в обморок. И в Ереване тоже так было несколько раз. Но и я, и Света списывали это на ослабший после агрессивного лечения организм. Но обмороки участились. О нет. Только не это. Опять? Опять рак? Света в этот раз точно умрет.
– Завтра же едем к врачу, – сказала я.
– Я поеду сама! – ответила Света. – Сиди с котенком, его по часам надо кормить.
– Значит, Миша поедет! – настаивала я.
Я не хотела отпускать Свету куда-то одну.
– Миша завтра работает. Он не сможет, – отмахнулась Света.
– Господи. Много хоть денег в том кошельке было? Может, стоит обратиться в полицию и найти его? – попробовала спросить еще раз я.
– Нет. Какие-то копейки. Забудь. Все хорошо, – с этими словами Света улыбнулась, доковыляла до ванной и легла спать.
Утром следующего дня Света поехала к врачу. Вернулась только под вечер и радостно сказала, что все хорошо. Просто простудила почку – она же теперь у нее только одна. А в обмороки падает из-за повреждений в мозге после отеков. Что так будет теперь почти всегда и надо просто быть аккуратнее. Для кого-то это может звучать страшно, но я была счастлива, что это не рак, а такие пустяки.
Тридцатого мая Гарик Оганисян позвонил мне и сказал, что готов приехать в гости, увидеться, поболтать и забрать долг. Я с радостью его ждала. Когда он приехал, то долго играл с Дракулой. Та сидела у него на плече, а потом уснула. Это была одна из самых милых картин, что я видела в жизни.
Когда чай был выпит, я обратилась к Свете:
– Ты же сняла наличку. Отдай Гарику деньги, которые мы брали на визовый сбор.
– Да, конечно! – ответила Света и побежала к сумке.
Вернулась она дико виноватой и без денег.
– Кажется, деньги лежали в том кошельке! Который украли!
– Ты же сказала, что там копейки! Девяносто тысяч рублей – это копейки?! – воскликнула я.
Света виновато опустила глаза в пол:
– Нет, я думала, что эти деньги в отдельном кармане другой сумки! Оказывается, я их положила в кошелек. Черт, мне так стыдно!
Гарик спросил:
– Подожди, в смысле украли? Когда, как?
Света села за стол, не поднимая головы, готовая провалиться под землю от стыда. Я ответила за нее:
– Света упала в обморок у супермаркета SAS. Вот у нее кошелек и вытащили.
У Гарика расширились глаза:
– Ужас какой! Поехали, я помогу. Нужно посмотреть камеры. Так. Помните, какого числа это было?
– Я помню. Поехали, – сказала я.
– Нет, – возразила Света. – Ни в коем случае. Я сниму еще и отдам! Я не хочу в полицию. Я так устала, не хочу этим всем заниматься, возиться в этой грязи. Честно! Я недавно ездила в Россию, помогала больнице, заработала хорошую сумму, нужно только снять с карты. Гарик, мне так сильно неловко! Давай обменяемся контактами, я тебе все отдам.
Гарик пожал плечами, но вошел в положение и обменялся контактами со Светой. Через пару недель Света сообщила мне, что все вернула Гарику и долгов больше нет.
Арест
16 июня 2022 года было обычным утром. Миша еще спал, я покормила Дракулу и готовила завтрак. Света сидела за компьютером и разбиралась с документами. Сегодня она наконец обещала показать нам с Мишей все документы, связанные с Грецией. Мы уже несколько раз спрашивали, как продвигаются дела, но Света убеждала нас, что не хочет показывать, пока все не будет готово, – мол, не хочет сглазить.
Наконец мы добились своего, Света пообещала все показать этим же вечером. Я уже готовилась к долгому и муторному изучению документации, как вдруг Свете позвонили. Она с кем-то поговорила, потом положила трубку и сказала:
– Странно, меня вызывают в местный отдел полиции.
– Что?! – изумленно переспросила я.
Животный страх вновь подступил к горлу. Какая полиция? Что они хотят? Может, меня ищут. Да нет, бред какой-то. Они же Свете позвонили. Хотя зачем армянской полиции Света? Что вообще происходит?
Вопросы со скоростью света пролетали у меня в голове один за одним, не находя на себя ответы.
– Сама ничего не поняла, – пожала плечами Света. – Сказали, что это срочно и надо подъехать.
Я отвлеклась от готовки и пристально посмотрела на Свету:
– Не едь, – рявкнула я.
Мне совсем не нравилась эта ситуация. Сердце бешено колотилось. Полиция просто звонит по телефону? Может, это розыгрыш?
– Почему? – наивно поинтересовалась Света.
– Тебя полицейские просят подъехать в отдел по телефону? Какая-то мутная история. Пусть присылают документ, почему, за что, чего хотят.
Я начала перебирать в голове законы и правила общения с полицией. Вряд ли армянские законы сильно отличаются от российских, подумалось мне.
– Да я съезжу, узнаю, – беспечно ответила Света.
– Не надо. Так не делается. Пусть присылают бумагу, – еще раз настояла я.
– Да успокойся, мы же не в России, – с этими словами Света собралась и уехала.
Вскоре проснулся Миша, пришел на кухню, и я положила ему завтрак.
– А где Света? – спросил он.
– Поехала в отдел полиции. Что-то там от нее хотят. Вряд ли что-то серьезное.
– Чего?! – напрягся Миша. – Мне это не нравится.
Мне это тоже не нравилось, но просто сидеть и паниковать мне не хотелось. К тому же мы в другой стране. Все должно быть хорошо.
– Да не паникуй ты! Что может случиться? – успокоила я Мишу.
Мы с Мишей позавтракали и сели смотреть фильм. Вдруг мне пришло сообщение от Светы: «Меня заперли. Найди мне адвоката. Они ищут тебя».
Я скинула Свете адвоката, которого нашла по первой ссылке в гугле. И вдруг у меня сработал звонок в голове: «Бежать!» Я рассказала все Мише.
Выходит, до меня добрались.
Мы не могли бежать вместе – дома оставалась куча животных. И ведь полиции же нужна я, а не Миша. Так что я быстро оделась, взяла зарядку, поцеловала Мишу и вышла. В телефоне у меня есть интернет, а контакты адвоката я скинула Свете. Все будет хорошо.
Я выскочила из дома, спустилась ниже по тропе от дома и увидела, как к нашему дому подъехала обычная белая машина. Не полицейская. Без опознавательных знаков. Я спряталась за огромным тутовником, растущим поодаль от нашего дома. Трое человек в штатском подошли к нашей двери и начали что-то кричать, стуча в двери. Миша выглянул из окна. После недолгого диалога, который я не могла расслышать, Миша впустил их в дом. Через несколько минут я увидела, как эти мужчины выволакивают его из дома и пытаются запихнуть в машину.
Соседи начали выглядывать и увидели меня. Я бросилась бежать со всех ног. Убежала вниз на несколько улиц и остановилась отдышаться. В этот момент я услышала Мишины крики.
Это было самое страшное утро в моей жизни. Я бросилась бежать дальше и добежала до парка с озером у подножия холма района Саритах. Сюда мы спускались гулять с Пепегой, и я хорошо знала эти улицы. Поймала машину и попросила увезти меня за город, отдав водителю почти все свои деньги. Света перестала выходить на связь, Миша тоже. Я поняла, что у них отобрали телефоны. Интересно, законн