У нее было столько оргазмов, что я потерял счет, еще и ее горячая киска сжимает меня, требуя чтобы я кончил снова, прежде, чем выйду из нее.
— Твоя очередь, брат, — говорю я Форесту.
Он берет лицо Луны и целует ее очень страстно перед тем, как он и Финн меняются местами.
На этот раз Финн переворачивает Луну, и она утыкается лицом в его грудь, и он начинает шептать ей нежные словечки на ушко, когда я приподнимаю ее бедра с кровати.
— Держи ее для меня, — выкрикивает Форест, когда его массивное тело движется позади нее, и он толкается членом в этот рай.
Я обхватываю ее бедра и держу ее на месте, в то время ее ноги дрожат, и она готова упасть. Другой оргазм проходит через нее, и я наклоняюсь, прокладывая поцелуями дорожку на ее спине, пока Форест жестко ее трахает, как и мы перед ним.
Она стонет, затем наклоняется, целует Финна, затем откидывается назад и целует меня. На губах ощущается вкус ее киски, от того когда Финн придвинулся к ней и поцеловал. Этого крошечного вкуса на губах достаточно, чтобы мой волк проснулся и захотел большего.
Форест громко рычит, когда кончает в нее, а затем сильно толкается. Не скажу точно, но Форест перестает в нее толкаться от третьего или четвертого оргазма, который накрывает его.
Луна осыпает поцелуями грудь Финна, когда она протягивает ко мне руку.
— Ближе, Флинт, — шепчет она, когда ее язык скользит по длине члена Финна, а ее пальцы обвивают мой. Она дрочит мне, когда сосет его член, а Форест наполняет ее своим семенем.
Когда Форест выходит из нее, Луна скулит, но Финн сменяет его.
— Я снова нуждаюсь в ней, — говорит он, притягивая ее попку, и она садится ему на колени, когда он снова наполняет ее.
Я встаю перед ней, и ее рот тянется к моему члену, и она стонет, когда Форест заполняет ее руки.
Ее горячий маленький язык исследует головку моего члена, прежде чем она берет его глубоко в рот.
— Не заставляй меня кончать тебе в рот, — шиплю я, убирая волосы с ее потного лица.
— Просто скажи, когда будешь близко, — отвечает она, подмигивая мне, и я чувствую, как мои яйца напрягаются. Моя пара была рождена для нас троих.
Проходят часы, и я не могу посчитать, сколько раз мы втроем занимались с ней любовью. Никто из нас даже не думает о перерыве, она требует новый член, готовая к размножению. Луна не может перестать тянуться к нам, всегда желая быть наполненной. Ее маленькое тело жаждет спаривания, и наши три волка были рождены для этого.
Так или иначе, мы были обречены быть вместе, и это выше всего, к чему любой из нас был готов. Это самое глубокое желание, о котором я не подозревал, и вот оно передо мной. Мой волк довольно грохочет, когда Луна падает на кровать с улыбкой на лице.
— Так вы себе все это представляли? — спрашивает она, пытаясь отдышаться.
— Лучше, — говорим мы трое одновременно, и она смеется.
— Я хочу отвезти ее домой, — заявляет Финн, глядя на нас.
Форест и я киваем ему, соглашаясь, а затем я наблюдаю, как в глазах Фореста зарождается огонь.
— Третий этаж, — говорит он, и когда его слова доходят до меня, Финн и я улыбаемся.
— Что за третий этаж? — спрашивает Луна, поднимая бровь.
— Увидишь, — отвечаю я, заматывая ее в одеяло и направляясь к двери.
Глава 9
Форест
— Мы могли бы просто обернуться, — говорит Луна, пока Флинт проводит ее через дверь и поднимается по лестнице.
— Зачем тебе это делать, когда мы можем тебя отнести? — задаю я встречный вопрос, и она улыбается мне.
— Думаю, я бы не вставал на пути у трех оборотней, идущих в метель с очень возбужденными членами.
— Это твоя вина, — говорит Финн, подмигивая ей.
Когда мы все добираемся до третьего этажа, Флинт относит ее на огромную кровать и усаживает там.
— Что это за место? — спрашивает она, оглядываясь по сторонам.
— Это наш дом, — отвечаю я, стоя на коленях перед ней. — И теперь это и твой дом тоже. Как наша пара, наша работа теперь — защищать тебя и заботиться о твоих потребностях.
— А также помочь заботиться о нашем потомстве, — добавляет Финн, и мы киваем ему в ответ.
— Когда мы нашли хижину, мы отстроили ее так, чтобы она подходила нам на то время. Это была самая большая комната с ванной, но когда члены нашей семьи начали спариваться со своими парами, эта комната осталась неиспользованной, — рассказывает Флинт, садясь рядом с ней.
— Эта кровать просто огромная, — говорит она с удивлением, широко раскрыв глаза и сияя от счастья.
— Достаточно большая для четырех, — соглашается Финн, садясь по другую сторону от нее. — Чтобы я мог спать своей головой между твоих ножек.
Луна краснеет, когда мы все втроем глубоко втягиваем воздух, ощущая ее нужду. Она накрывает словно волна, и мы чувствуем, как горячка возвращается.
— Как долго это продлится? — ее вопрос слетает со стоном, когда я раздвигаю ее бедра и поцелуями прокладываю путь к ее киске.
— Пока наш кролик нуждается в этом, — отвечает Финн, пока Луна ложиться на кровать.
Я поднимаю глаза и вижу, как два моих брата накинулись на ее груди, а затем раздвинули ее ножки для меня.
Ее киска на вкус как сладкие сливки и весенняя пора. Я стону от вкуса, желая большего. Мой волк рычит, требуя, чтобы я с ней спарился, но я жду, пока она кончит, прежде чем проникнуть в нее.
Флинт отрывается от соска и смотрит на меня пылающим взглядом.
— Возьми ее.
Поднявшись, я обхватываю ее бедра и крепко держу ее. Она хнычет от удовольствия, когда я в нее проникаю, и ее скользкая киска заглатывает мой член.
— Сильнее, — стонет она.
Рука Финна скользит между нами, прижимаясь к губкам ее киски, пока пальцы Флинта скользят по ее клитору, потирая сильно и быстро. Мы трое работаем вместе, чтобы привести ее к эйфории, когда оргазм за оргазмом накрывают ее.
Я никогда не ожидал, что в первый раз смогу так много кончить с моей парой, но я снова следую за ней через край, пораженный тем, как она умело управляется с моим членом.
Я меняюсь с Флинтом, и он не тратит время впустую, резко проникая внутрь, и быстро помечает ее. Наши волки требуют, чтобы мы размножались, а наши пары были созданы именно для этого. Они требуют этого, как и мы, чтобы дать сильное потомство. Я беспокоился, что наш маленький кролик будет слишком нежна для этого. Флинт не сдерживает себя, а ее стоны сплошное удовольствие.
— Как долго она будет такой? — спрашивает Финн, и я качаю головой в ответ, потому что не знаю ответа.
— Разве вы никогда не слышали выражения «трахаться как кролики»? — спрашивает Луна, снова кончая.
Я раздраженно рычу в ответ от того, что она когда-либо будет с другим мужчиной своего вида.
— Ты наша, — отвечаю я сквозь стиснутые зубы.
Она закатывает глаза и хихикает, но когда Флинт глубоко толкается в нее, ей уже не до смеха. Ее смех превращается в просьбу сделать это снова, прежде чем она снова оборачивается ко мне.
— Это просто означает, что наш вид очень возбужденный. Из того, что я слышала, спаривание никогда не прекращается.
Я смотрю на Финна, у которого дьявольское выражение на лице, когда она улыбается и дрочит его член.
— Не удивительно, что ты спарилась с нами тремя, — говорю я, переворачивая ее, когда приходит очередь Финна, и Луна принимается сосать мой член.
— Черт побери, она наша, — Флинт прокладывает дорожку поцелуев по ее спине и убирает волосы, пока она отсасывает у меня. — Пара.
Я закатываю глаза, когда ее рот сосет мою головку, и она снова продолжает сосать. Черт, я собираюсь провести остаток своей жизни со свинцовой трубой в штанах, пугая этой штукой жильцов Грей Ридж. Но до тех пор, пока моя пара счастлива, мне пофиг.
Глава 10
Луна
Гвен смотрит на меня сверху вниз из-за прилавка в пекарни.
— От тебя разит беременностью.
Я улыбаюсь, зная, что она права.
Она смотрит мимо меня, за окном витрины, в поисках моих теней.
— Где твои мальчики?
Я не шокирована, все знают, кому я принадлежу. Я уверена, эти трое уже всем поведали. Это первый раз, когда я вышла в город с тех пор, как мы спарились, и я здесь только потому, что сбежала. Не говоря уже о том, что я полностью пропиталась их запахом, но, слава Богу, Гвен это не узнает.
— Я выжала из них все соки, — отвечаю гордо и приподнимаюсь на носочках.
Это заняло всю ночь, но я это сделала. Боже, я люблю этих мужчин. Я краснею от того, что могу справиться с ними тремя.
Гвен усмехается и качает головой.
— Твои мальчики уже сделали заказ для тебя, — она подходит к холодильник и достает коробочки, а затем ставит их на прилавок. Я облизываю губы, зная, что коробка наполнена разнообразной морковью и сливочным сыром.
— Боже, пахнет отлично, — говорю ей, мой рот уже наполнился слюной.
Гвен вздыхает, а затем наклоняет голову в сторону.
— Я чувствую запах новых оборотней.
Я оборачиваюсь и вижу, как несколько мужчин входят в пекарню, когда их запах доносится до меня. В панике я несусь мимо них, нуждаясь в том, чтобы уйти. Рычания наполняют мои уши, когда я быстро толкаю двери, оставляя свои коробки позади. Я слышу, как Гвен зовет меня по имени, но я продолжаю двигаться, желая как можно быстрее вернуться к трем моим самцам.
Прежде чем я могу пройти более чем несколько шагов, я врезаюсь в стену — стену, также известную как Финн. Он рычит громче, чем я когда-либо слышала в своей жизни, когда Форест и Флинт присоединяются к нему с обеих сторон.
— Почему ты пахнешь страхом? — спрашивает он, когда все трое оглядываются вокруг, и их глаза загораются от тревоги.
— Это они, — заикаюсь я.
Я рассказала своим мужьям о своем страхе перед волками, что из-за того, что случилось, когда я была моложе, я всегда боюсь оборотней.
Их лица меняются от злости до ярости, и я чувствую защитную связь моих самцов, окружающих меня.
— Мы искали тебя, — слышу я за спиной, и холод пробегает по моему позвоночнику.