Она запнулась, несколько секунд хлопала глазами, глядя на него с недоумением, а потом, очнувшись, кивнула.
— Хорошо, без проблем. Так вот, у нас с Алисой есть предложение. В прошлый раз мы с вами утвердили меню без её участия, но я думаю, что она имеет право высказать своё мнение и пожелания. Давайте сегодня после обеда, когда я приду к вам с новым списком на следующую неделю, пригласим для обсуждений и Алису?
Глеба подмывало сказать, что в таком случае следует пригласить и Альбину, но… смысл? Ради того, чтобы племянница начала дуть губы? Это будет единственный эффект, ведь Альбина, несомненно, не согласится принимать участие в подобном «мероприятии», если в нём будет участвовать Алиса.
— Согласен, — Глеб кивнул и улыбнулся, заметив, как обрадовалась племянница. — Во сколько вас ждать, Зоя?
— Часа в четыре — полпятого.
— Договорились.
38
Зоя
Честно говоря, когда Хозяин предложил называть его по имени, я растерялась. Безусловно, ничего нет в этом страшного или неприличного, та же Генриетта Максимовна называла нашего работодателя просто по имени, и ничего, молнии не сверкали и потолок не обваливался. Но она знала Глеба с детства, ей простительно. А я? Чем я отличаюсь от горничных или того же Николая? Они используют в том числе и отчество. Как-то это… странно.
Был и ещё один нюанс, который меня весьма беспокоил. И касался он… да-да, моей симпатии к Хозяину. Я никогда не была дурой в том, что касалось чувств, поэтому сразу безошибочно распознала лёгкое волнение, которое испытывала каждый раз, когда разговаривала с Глебом. Или просто видела его — даже издалека.
Раньше такое случалось со мной лишь однажды. В той давней истории с Маратом. Она была банальна до зубовного скрежета, на подобную тему снято уже множество фильмов и написана целая куча книг. Богатый парень и простая девушка… Только там всё наоборот: он влюбляется, она сначала нос воротит, потом тоже влюбляется. Простите, но это полная хрень! На самом деле богатые мажорные мальчики вообще не умеют любить — влюбляется простая девушка. Потому что наивная дура в розовых очках с толстыми стёклами. Смотрит на своего мажорика, открыв рот и вытаращив глаза, а он сразу понимает, что к чему, и думает — ну, раз само в руки плывёт, чего бы не попользоваться? И да, пользуется. Всем, что щедро даёт ему простая девушка. Хорошим отношением, возможностью списывать домашние задания, интимом в любое время и в любом месте. Простая девушка счастлива, мажорик… наверное, тоже. Ему-то с чего быть несчастным?
Вот только проходит время — и ему всё это надоедает. Да и потом, это только в кино и книжках любовь превыше всего, а в жизни многое решают деньги и возможности. Мажорик собирался поступать в институт, изучать ресторанное дело — его папаша был владельцем целой сети отелей и ресторанов по всей стране, — и ему не нужна была под боком простая девушка, для которой потолок — кулинарный техникум и парочка заграничных курсов. Потому что ни времени, ни денег, ни возможностей. Зачем мажорику такая ерунда? Что, других девчонок вокруг мало? Да навалом!
Вот так всё и закончилось. «Извини, Зая, нам надо расстаться, ты мне не подходишь». Сколько девушек уже пострадало подобным образом за последние пару сотен лет? Думаю, что больше чем пара тысяч. Но разве на чужих ошибках можно научиться? Только на своих. Вот я и научилась. Не влюбляться, не доверять парням, особенно богатеньким, не держать душу нараспашку, чтобы туда ненароком не плюнули.
И симпатия к Глебу была мне абсолютно не нужна. Однако… кто же меня спрашивал? И она просто родилась. Кажется, в самый первый миг нашего знакомства. И я очень надеялась, что дальше простой симпатии это чувство не разрастётся. Иначе моя жизнь станет воистину печальной. Один богатенький Буратина у меня уже был, второй ни к чему. Хотя Глеб не производит впечатление такого же морального урода, каким был — и наверняка до сих пор является — Марат, но кто его там знает? Поначалу я, юная и влюблённая, вообще не замечала в своём молодом человеке никаких недостатков, оправдывала любые закидоны. Оказалось, что любовь не столько зла, сколько слепа, глуха и бестолкова…
39
Зоя
В моём предложении Глебу (а до этого и Алисе) учитывать вкусы его племянницы были как плюсы, так и минусы. Плюс, несомненно, состоял в том, что мне не придётся готовить девочке то, чего нет в меню, рискуя нарваться на выговор или увольнение. А минус, и весьма существенный, был в том, что обсуждение этого самого меню растягивалось почти до бесконечности. Мало того, что Алиса, в отличие от Глеба, не разбиралась в блюдах и ей приходилось объяснять каждую строчку, так она ещё и билась за свои убеждения до последнего. В конце обсуждения — спустя целых два часа! — Глеб с усмешкой назвал всё это «битвой за кашу».
— Не совсем так, — уточнила я, вздохнув. — Скорее, против каши.
Но главное, что все в итоге остались довольны. И вечером у меня образовалось всё же время для отдыха, которое я провела, купаясь в бассейне с разрешения Хозяина. Накануне девчонки сказали, что Глеб не против эксплуатации своего бассейна, если не злоупотреблять — раз-два в неделю максимум — и не тащиться туда, когда там купается сам Глеб или Альбина. Мне повезло — никого не было, и я от души оттянулась, плавая или просто лёжа на воде.
Впереди было воскресенье, а значит — полноценный выходной, и я заранее радовалась, что смогу наконец целый день не подходить к плите…
Ага, щаз! Нет нам, Золушкам, покоя — ни днём, ни ночью, ни ранним утром, когда хочется подольше понежиться в постели, благо не нужно делать вообще ничего. Ну, это я так думала, что ничего. А оказалось…
На часах было восемь утра, когда в дверь вдруг начали стучать. Поначалу, пока я спала очень крепко, этот звук просто ворвался в мой сон, сделав его менее ярким, а потом картинки пошли рябью, как круги по воде от брошенного камня, и я сквозь полудрёму осознала — кто-то тарабанит в дверь.
Приподнялась на постели, продрала глаза и с недоумением огляделась. Может, пожар? Или потоп? Или кто-нибудь таки заболел ковидом, и теперь за мной пришли, чтобы в очередной раз взять мазок?
Да если бы!
— Зой, это я, — раздался за дверью негромкий голос Алисы. — Откроешь? Дело есть!
Очень хотелось ответить, что у меня тоже есть «дело» — я, блин блинский, сплю! Но кто же в здравом уме хамит племяннице работодателя? Сейчас Алиса меня любит, а если я отвечу подобным образом, вполне может разлюбить, и вот тогда мало мне не покажется. Это Альбине Глеб, судя по всему, прощает любые косяки, поскольку любит и вообще она красивая. Но ко мне это не относится.
Я тяжело вздохнула, поднялась с кровати, посмотрелась в зеркало на двери гардероба — видок у меня был как у любого человека, который только что проснулся и не успел ни умыться, ни даже пригладить волосы ладонью, — и поплелась открывать Алисе.
Только щёлкнула замком, как в комнату будто шквальный ветер влетел. Причём ладно если бы этим ветром была одна Алиса…
— Блин… — ругнулась я, когда по мне стремглав пробежалась её белая крыса, чтобы с важным видом усесться на плечо. — Ты с гостьей, оказывается…
— Ага, — девочка плюхнулась на разобранную кровать и заболтала ногами. Впрочем, не только ногами — языком тоже. — Ты ведь не на кухне, поэтому я решила, что можно и с Фисой. Хотела спросить, что ты сегодня делать собираешься?
Я подошла к кровати и села рядом, а потом аккуратно, почти не дыша, сняла крысу с плеча и отдала её Алисе, стараясь не кривиться.
Всё-таки грызуны — это не моё. Лучше рыбки. Плавают себе в водичке и молчат. Красота!
— Ничего не собираюсь, — ответила я честно. — Отдыхать буду. Бездельничать.
— Вот! — Алиса так вздохнула, будто я поведала ей какую-то страшную тайну. — Вот именно! А дядя Глеб опять работает, представляешь? Я к нему сейчас заходила, хотела предложить устроить пикник в саду. А он уже не в своей комнате, а в кабинете! Сидит, с кем-то по видеосвязи разговаривает. На английском!
На английском… Круто. Всё-таки это не мужик, а мечта. Он ещё и английский знает! Мои познания ограничивались элементарным разговорным — я могла спросить, как пройти в библиотеку в три часа ночи и куда ушла бабуля. Ну и кулинарные термины я помнила хорошо, хотя со времён моих последних иностранных курсов прошло года два, не меньше.
Стоп-стоп… А при чём тут вообще Глеб?..
— Да, — ответила я осторожно, пытаясь понять своим не до конца проснувшимся мозгом, что Алисе может быть нужно от меня. — Твой дядя трудоголик.
— Но так же нельзя! — почти воскликнула девочка. — Надо ведь отдыхать!
— Конечно. — Я, не выдержав, широко зевнула. — Но, Лис, ты никак не можешь заставить…
— Одна я не смогу, да. А с тобой — получится!
Чего-чего-чего?..
40
Зоя
Несколько секунд я просто сидела и смотрела на Алису, хлопая глазами и думая, что мне всё послышалось. Всё-всё! А желательно, ещё и привиделось.
Хочу закрыть глаза — и вновь оказаться в темноте под одеялом. И чтобы никаких рядом девочек, их крыс и странных предложений, связанных с человеком, с которым мне лучше видеться как можно реже. Раз в неделю, при утверждении меню на следующие семь дней, — идеальный вариант.
— Я ничего не поняла, Лис.
— Всё просто! — Ребёнок с энтузиазмом махнул рукой, едва не бацнув мне по носу. — Ой, прости. Так вот! Чем больше людей уговаривает, тем сложнее им противостоять.
Ух ты! Как глубокомысленно. А я-то думаю: и почему, когда на меня с двух сторон наседают мачеха и Эллочка, сразу хочется сдаться? А оно вона как.
— Лис, — я кашлянула. Боже, дай мне терпения. Хотя нет, как раз терпения у меня завались — дай мне способности к проведению переговоров. Так, чтобы Алиса впечатлилась и вняла сказанному. Учитывая её танкообразные наклонности переть напролом, невзирая на препятствия, вряд ли у меня получится хоть что-то путное. — Как я могу уговаривать твоего дядю, сама подумай? Он же мой работодатель. Он платит мне деньги за то, чтобы я готовила еду. А я приду к нему в кабинет и стану доказывать, что он мало отдыхает и слишком много работает? Так, что ли? Он же меня уволит.