— Да как ты смеешь! То же мне красавица писаная выискалась!
— Больше злись, Оксана, больше морщин будет.
— Я убью эту тварь! — взбеленилась Глава Культа, едва не выпрыгнув из-за стола в порыве вырвать сопернице космы.
— Прекратите орать вы обе. — остановил её хмурый колдун. — Ты, Василиса, будь добра не хамить старшим по рангу. А ты Оксана прекрати её задирать. Повелитель доволен работой Василисы, мы должны с этим смириться.
— Рано или поздно эта лгунья ещё проявит себя, помяни моё слово!
— Ежели Василиса предаст, Повелитель с ней мигом расправится, и не посмотрит, что девка лицом вышла.
— Мне нет дела до твоих предрассудков, Оксана, думай себе, что хочешь.
Василиса откинула русую косу за спину и поднялась из-за стола.
— Благодарствую за ужин. Да будет веками править Повелитель.
— Да будет веками править Повелитель. — вторил ей рой голосов.
Она поспешила покинуть залу, но вместо того, чтобы сразу пойти к себе, решила немного пройтись по окрестностям Царьграда. Духа Кощея в тереме Василиса не чувствовала, давеча он покинул его, отправившись в неизвестном направлении. Лишь едва заметный след его тёмной магии, указал верную дорогу.
— Луна в это время года похожа на большое золотое блюдо.
Он даже не обернулся в её сторону, восседая на мягкой зелёной траве, глядя на отражение небесного светила в водах Девичьего пруда. Василиса остановилась рядом, прислонившись к раскидистой яблоне, словно боясь подойти ближе и спугнуть юркнувшую прямо в руки удачу. Кощей оставил корону и богатый кафтан в тереме, теперь походя на обычного колдуна в своём чёрном одеянии.
— Или наливное яблоко.
— Где ты видала такие яблоки?
— В моём дворе когда-то росла такая яблоня, к осени она была усыпана золотыми плодами, а вкус у них был точно мёд.
Кощей повернул к ней голову, глядя на девушку нечитаемым взглядом, а затем похлопал рукой по траве рядом с собой, приглашая занять место подле себя. Василиса с опаской подошла и опустилась на мягкую траву, ощущая, как замирает всё внутри от близости к величайшему злу Тридевятого царства.
— Мне бы пригодилась такая яблоня в моём золотом саду.
Василиса подавила удивлённый вздох, сам Бессмертный сидел и беззаботно болтал с ней поздним вечером о яблоках… Кому расскажешь, ни за что не поверит!
— Золотой сад… Звучит как в сказке.
— Жизнь не сказка, Василиса, посему я стараюсь сам создать её.
Василиса кивнула и замолкла, боясь ненароком спросить лишнего и вызвать гнев у чародея. Оба молча смотрели на полную Луну, лишь ветер шелестел листвой в ветвях раскидистой яблони, напевая свою едва уловимую мелодию.
— Ты меня боишься. — утвердительно сказал Кощей, переведя на неё взгляд. — И правильно делаешь.
— Я до конца не ведаю, что мне дозволено делать, а что нет. Посему опасаюсь…
Кощей усмехнулся, облокотившись на колено, подперев голову рукой, он не сводил с собеседницы пронзительных тёмных глаз.
— Ты довольно дерзко разговариваешь с Оксаной.
— Если Повелитель прикажет…
— Это меня забавляет.
— Тогда я буду дразнить её чаще вам на потеху.
— Сообразительная. Сделаешь всё, что только прикажу? А, Василиса?
— Всё, что только прикажете.
— Ты не дурна собой. Как насчёт разделить со мной ложе?
— При всём уважении, Повелитель, но разве вы хотите любить кого попало? Вам не престало растрачивать пыл на своих служек.
Кощей помрачнел, сдвинув брови, и подался вперёд, не отрывая от неё холодного взгляда.
— Я сам решу, что мне пристало делать. Если не хочешь быть моей сукой, можешь проваливать.
— Я хочу быть вашей ученицей, хочу перенять вашу мудрость и прикоснуться к неведанной силе. Разве вы предпочтёте подстилку преданному последователю?
Он сжал пальцами её подбородок, приподняв голову так, что их губы едва соприкасались. Василиса едва заметно дрожала, сдерживая рвущийся наружу страх, холод наполнил её тело, а в голове мелькала лишь одна мысль: «Какая я дура, надо было соглашаться… Теперь он точно убьёт меня»
Но на удивление, Кощей внезапно отпустил её и расхохотался, вызывая ещё большее недоумение у напуганной колдуньи.
— Повелитель?..
— Если бы ты согласилась лечь под меня, я бы убил тебя на месте. — внезапно заметил он, скосив на неё взгляд.
— Но я не понимаю…
— Сёстры сделают всё, что угодно дабы избавиться от меня. Подослать красную девку, дабы я ослабил бдительность — запросто. Думаешь, я настолько наивен?
Внутри всё сжалось. Неужели, он знал всё с самого начала?.. План Главы с треском провалился, едва ли начавшись. Это и есть её конец?..
— Но мне было любопытно, как далеко ты сможешь зайти.
Василиса молчала. Отпираться не имело смысла, это могло лишь разозлить Кощея, и тогда она точно не жилец.
— Эй, Василиса. Будешь мне врать, я тебя закопаю. — пригрозил он, коснувшись её светлой косы, сжимая русые волосы между пальцами.
— Вы не убьёте меня?..
— Ты забавная. А я оставляю такие вещи подле себя.
— Тогда чего вы хотите от меня? Теперь, когда… Всё знаете.
— Играй свою роль дальше.
Василиса удивлённо смотрела на юношу перед собой, совершенно не зная, чего ей ожидать. Читать замыслы Кощея Бессмертного было подобно ловле рыбы в мутном пруду, где она давно издохла — не ясно, что он выкинет в следующий момент.
— Но моя роль закончилась, когда вы узнали правду.
Кощей пожал плечами, отпустив её косу.
— Она и не начиналась. Думаешь, я бы купился на смазливую светленькую колдунью? Твоя так называемая Глава, отправила тебя на верную смерть. Подумай об этом на досуге.
— Я жива лишь потому, что показалась вам забавной?
— Сообразительная.
— Тогда мне стоит продолжить в том же духе.
— Мы можем больше друг другу не лгать. Это по истине чудо найти искреннего человека в этом мире, не находишь?
— В таком случае я могу честно высказывать своё мнение?
— Попробуй.
— Я вас ненавижу. Но не всем сердцем, конечно, потому что в итоге вы проявили ко мне милосердие.
— Как великодушно с твоей стороны. — он усмехнулся. — Живи с этой ненавистью, Василиса, и дальше радуй меня своими выходками.
— Как вы можете так спокойно находиться в присутствие недруга?
— Год назад я прикончил избранного, которому было суждено убить меня. Думаешь, осталось ли на этом свете то, чего я мог бы бояться?
Колдунья покачала головой, ловя каждое движение лица напротив, будь то простое моргание, лёгкий изгиб бровей или ухмылка. Она помнила тот день, когда по терему Сестёр прокатилась волна скорби, вызванная смертью очередного избранного. Его пытались защитить и укрыть от взора Кощея, но тот был быстрее. Он всегда находил помеченных Чернобогом людей и расправлялся с ними, какие бы титанические силы не прикладывали для его защиты. В тот раз избранным была обычная крестьянская девица, чистая душой и открытая сердцем. Голову так и не нашли.
— А давеча мы уничтожили ваш оплот в Тридевятом. Сёстры ослаблены, да, и что вы можете сделать? А до сбежавшей царской семьи мне дела нет. Никто не посмеет пойти супротив меня.
Василиса понятливо кивнула. Она продолжает жить лишь потому, что для Кощея является лишь забавной вещицей, за которой интересно наблюдать.
— Я не против взять тебя в свои ученицы.
— В чём смысл?..
«Да как вообще можно понять, что творится у него в голове?» — пронеслось в мыслях у девушки, мотивы поведения Бессмертного были для неё настоящей загадкой.
— Будет забавно посмотреть, как меняется твоя светлая магия.
Он поднялся, взглянув на неё сверху вниз, и протянул руку, предлагая встать.
— Идём, покажу, как покойника оживлять.
Вопреки всем ожиданиям, обучаться у Кощея Бессмертного было куда веселее и познавательней, чем у Сестёр, в отличие от них у тёмного чародея не было совершенно никаких запретов и морали — это она поняла ещё в первый день, когда колдун варварски разделил труп, оживляя каждую часть по отдельности, заставляя их то собираться вместе, то вновь разбегаться. Зелёные искорки, отделяющиеся от его пальцев, мертвенно светились во мраке ночи, перепрыгивая между мёртвыми частями. Кощей был виртуозом запретной магии смерти.
— Разве можно такому обучиться? — спросила его тогда Василиса, поражённая увиденным.
— Частично, если есть дар.
Теперь в её покоях лежала дохлая вонючая кошка, которую оживить никак не выходило, как Василиса ни пыталась. Тёмная древняя магия словно отвергала её, не желая подчиняться.
Она проводила всё больше времени рядом с Бессмертным, который действительно сдержал своё слово и обучал новоиспечённую ученицу премудростям магии. Казалось, что за месяц рядом с ним, она узнала больше, чем за несколько лет обучения у Сестёр.
— Ты неправильно варишь зелье. — однажды заметил он, наблюдая за потугами Василисы приготовить снадобье.
— У тебя указано, что нужно смешать зверобой и осенник (безвременник) в равных пропорциях.
Она уже не помнила тот день, когда начала свободно разговаривать с Кощеем. «Ты» вырвалось у неё случайно, будто так и было нужно, а колдун не стал её останавливать, лишь продолжив что-то объяснять.
— Это не я писал, просто старый свиток. — пожал он плечами. — Тебе не стоит верить всему, что там нацарапано.
— Как же тогда ты предлагаешь мне варить зелье?
— Думай своей головой, включи ощущения и взгляни на процесс под другим углом. В чём отличие осенника и зверобоя? Можно ли их совместить? Чем отличается заготовка этих растений?
— Хочешь сказать, что сие написано дураком?
Кощей усмехнулся, и до Василисы, наконец, дошла простая истина. Он учил её думать, а не слепо следовать указаниям старших Сестёр, что давно всё решили за тебя.
— Осенник на то и осенник, что цветёт осенью, но его цветы бесполезны, тогда почему они здесь? И зачем вообще их собирать?
— Потому что кто-то намудрил с написанным.