е дни костюм Владыки в одной цветовой гамме с платьями жен. Например, если у него синий цвет, то платья жен в этот день от нежно-голубого до синего. Если зеленый, то от светло-зеленого до малахитового.
– Я поняла.
А про себя подумала: «Команда в полосатых купальниках!» Хорошо, что хотя бы сегодня я из его гарема буду выделяться.
«А почему только сегодня?» – мелькнула мысль, и я обратилась к портнихе:
– Скажите, а на завтра вы можете мне остальные платья подготовить? Не терпится посмотреть и померить красоту, которую вы создали, – польстила ей.
– Все вряд ли, но два-три принесу, – с улыбкой пообещала она.
Мысленно я потирала руки. Ничего, у меня еще мое есть, которое на последний день праздника пошили, но вынуждена признать, что оно проигрывает по сравнению с этими. Но будет как запасной вариант, чтобы выделиться из толпы жен Владыки. Себя я к ним причислять не хотела.
Душевно распрощавшись с портнихой и ее помощницами, я встречала уже других ждущих меня гостей. Пришли девушки, чтобы заняться моими ногтями, волосами и кожей. Никогда не думала, что подготовка к балу такое долгое и хлопотное занятие. Мне удалили все лишние волосы с тела, потом сделали обертывание с чем-то пахнущим водорослями, скребли, терли, массировали. Нанесли несколько масок на волосы и лицо. Да я дома в салонах столько процедур за раз не делала!
После их волшебных рук я чувствовала себя словно заново рожденной. Так эти милейшие девушки мне еще и обедать запретили, чтобы я до бала сохранила чувство легкости. Посоветовали пока отдохнуть и сказали, что позже ко мне придут собирать на бал.
Я покивала, ручкой помахала и, немного выждав, пошла на кухню в поисках съестного, а то после всего аппетит разыгрался зверский. Внизу натолкнулась на еще одного гостя, он как раз разговаривал с дворецким.
– Лаэр Вэльдер? – обрадовалась я.
– Ваше высочество, – поклонился он.
– Разве вы не должны быть с Владыкой? – удивилась я.
– Нет, я не в его охране. В полдень он улетел в главный храм зажечь огонь, знаменующий открытие празднований, и до обеда будет там принимать прошения от простых людей.
Ого, а я и не знала!
– А я пришел узнать, можно ли пригласить на прогулку леди Моржетту. Вы не против?
– Нет. Я думаю, это пойдет ей на пользу, отвлечется после вчерашнего. Не знаете, получится ли оградить сегодня леди Моржетту от общения с вчерашними нашими нежданными гостями?
– О, насчет этого можете не беспокоиться! Неучтенные тараканы на праздник не приглашены.
Я опешила, а лаэр Вэльдер мне открыто улыбнулся.
– Скажу по секрету, от вас в восторге все, кто дежурил здесь вчера. Представителей Содружества Объединенных Королевств у нас терпеть не могут, и, боюсь, это прозвище теперь приклеилось к ним надолго.
– Посла Зандании тоже не будет? Это из-за вчерашнего инцидента?
– Нет. Праздник почитания первородных предков считается сугубо внутренним, на него обычно не приглашаются представители других государств. Получить приглашение кому-то со стороны почетно, это признак расположения и доверия, а ваши вчерашние гости попытались, действительно как тараканы, окольными путями пробраться во дворец.
– Оу! Получается, не выгони я их вчера, то они могли бы сегодня присутствовать на балу как мои гости? – начало доходить до меня.
– Да.
Охренеть! Нет, а каков Владыка? Он даже не заикнулся о том, что присутствие послов Зандании и Объединенных Королевств на моей территории имеет еще и политический мотив. Не потребовал их выгнать, дав мне самой возмутиться самоуправством Моржетты и выселить их. Зная мой характер, просчитал реакцию. Вот же Макиавелли!
– Жерар, передай леди Моржетте, что ее ждут, – отослала я дворецкого, а сама задержалась рядом с лаэром Вэльдером. Он оказался прекрасным источником информации.
– Скажите, могу я задать немного личный вопрос?
– Вы относительно моих намерений по поводу леди Моржетты?
– Это мне тоже интересно, но, зная вас, не сомневаюсь, что они самые благородные. Уверена, вы ее не обидите.
– Благодарю за доверие, – поклонился Вэльдер и спросил: – Тогда что вас еще интересует?
– Я тут услышала, как один лаэр сказал девушке, что ей стоит только позвать его – и он услышит из любой точки дворца. У лаэров действительно настолько острый слух?
Мне это спать не давало. Ведь как представлю, что любой мой чих может быть слышен Владыке, так жутко становится.
Лаэр Вэльдер рассмеялся.
– Ваше высочество, у высших драконов хороший слух, но не настолько. Инстинкты обостряются лишь при встрече с истинной. Вот свою истинную пару дракон может услышать на огромном расстоянии. Ей стоит только позвать, и сердце ему подскажет, что она нуждается в нем.
– Тогда что он имел в виду? Что она его истинная?!
– Истинность проверяется только огнем. А это было, видимо, проявление романтических чувств; признание, что она ему дорога. С ней его инстинкты обостряются.
Да-да, догадываюсь я о его чувствах – фавориткой сделать грозился, сволочь. Но теперь хотя бы понятно, почему Владыка опешил, когда на его слова я отреагировала с ужасом. Привык, понимаешь ли, что его вниманием дорожат и любая запрыгает от радости.
Нужно отгородиться от Владыки ледяной стеной, чтобы даже мысли не допускал о чем-то большем между нами. Хватит уже того, что с Коганом я переступила грань дозволенного.
Появилась Моржетта и я, попрощавшись с лаэром Вэльдером, оставила их наедине.
– Ваше высочество, вам передали записку. Я не успел отдать, – остановили меня слова дворецкого.
– Кто передал?
– Не знаю, оставили на столике у двери.
Взяв у дворецкого послание, я развернула и прочитала:
«Я передал нашим общим знакомым, что сегодня встреча невозможна. Их дебют имел успех и покорил всех».
Без подписи, но я и так знала, от кого это. На лице засияла улыбка, а на душе стало тепло. Коган нашел время предупредить артистов о том, что меня сегодня не будет, и сообщил то, что важно знать мне. Я бы ногти сгрызла от нетерпения, желая узнать, как их приняли зрители.
«Дебют умел успех…» Да-а-а!!!
Создатели исторических фильмов, демонстрирующих нам балы и веселье аристократов, не подготовили меня к тому, что перед балом идет представление прибывших гостей и мероприятие это долгое и нудное. А может, просто империя Арргонов такая большая, что и гостей со всех концов приехало море.
Всем прибывшим на праздник и желающим пройти испытание огнем, Владыка желал, чтобы духи предков одарили их своей милостью. Каждой паре, независимо от их положения и статуса, от него нашлось личное слово! Других гостей приветствовал кого как: кому лишь краткий кивок, кому скупая улыбка, кого-то был рад видеть.
Владыка сидел на возвышении на троне, а жены располагались позади него полукругом. И если нам слуги разносили напитки и закуски, мы могли негромко переговариваться между собой, то Владыка принимал гостей, не отвлекаясь на такие мелочи.
В который раз я убедилась, что власть это не только плюшки и веселье, но и нудное следование правилам и этикету. Короли их заложники.
Что удивительно, жены Владыки реагировали на мое присутствие спокойно, по крайней мере внешне. Казалось, никого не задевает тот факт, что бал будет в мою честь. Возможно, для них это само собой разумелось, ведь по правилам после восемнадцати лет девушек представляют свету. Да и глаза я женам в последнее время не мозолила. На их территории не появлялась, занятая своими делами. После моих первых стычек с их мужем все успокоилось, Владыка к себе не вызывал, и поводов для ревности у них как бы не было.
Рогнеда посадила меня рядом с собой, заведя непринужденную беседу. Поинтересовалась, готов ли мой танец для выступления, нужна ли помощь с музыкантами, можно ли посмотреть, что я подготовила. Ответила, что музыканты у меня свои, а танец пусть будет для всех сюрпризом.
– Элиссабет, вы готовы к балу? Я предлагала Соэрго прислать вам учителя танцев, но он сказал, что в этом нет нужды.
Я удивленно посмотрела на нее, не сразу поняв, кто такой Соэрго, и лишь с запозданием вспомнила, что это одно из имен Владыки. Рогнеда же поняла мое удивление по-своему.
– Понимаю, что об этом поздно спрашивать, но как ни зайду я к вам в последнее время, вы отсутствуете, и Владыку не найти.
Намек был очень прозрачен.
– Не знаю, чем занят Владыка, он меня не ставит в известность, а я готовилась к выступлению. У меня ведь гостят дети, искала место поспокойнее.
– А где же вы тренируетесь? – как бы невзначай спросила она.
– Да когда как, – расплывчато ответила я. – А насчет танцев не беспокойтесь, меня учили.
– Хорошо, – кивнула она.
А я про себя вспомнила добрым словом Когана: вовремя он со мной местные танцы порепетировал.
Когда представление закончилось, Владыка встал, сказав общую приветственную речь. В конце несколько слов нашел и для меня.
– В этот радостный день праздника хочу представить всем мою тридцать первую жену, принцессу Элиссабет Анирэ Танир. Пусть в ваших сердцах она займет такое же важное место, как и в моем. И этот бал посвящается ей!
Ого!
Владыка повернулся ко мне, протягивая руку, и я встала, присоединяясь к нему и вкладывая свою ладонь. Лестница, ведущая вниз от трона, вспыхнула по бокам фейерверками, стоило нам только ступить на нее.
Наверное, будь я впечатлительной юной девушкой, была бы счастлива в этот миг. Мой первый бал, сам Владыка ведет меня на мой первый танец, и столько внимания к моей скромной персоне не проявляли еще никогда.
Но циник внутри меня в этот торжественный миг нашего спуска насмешливо шептал, что сейчас окружающие гадают, когда я успела занять важное место в сердце Владыки, и затащил он меня в свою постель или еще нет. А его недавняя угроза сделать меня своей фавориткой убивала всю благодарность за столь шикарное представление принцессы. Никогда эту угрозу ему не прощу! Потому я улыбалась холодно и отстраненно, а голова моя не кружилась от почета, когда перед нами расступалось море гостей бала, давая проход для первого танца.