Заиграла знакомая мелодия, Владыка притянул меня в объятия, и мы начали танец. Я чувствовала себя так, словно вынужденно играю роль в каком-то спектакле. Двигалась легко, заученно выполняя нужные па. Но когда мы танцевали этот танец с Коганом, между нами искрило, хоть и не получалось так идеально, как с Владыкой. Мы смеялись, если я сбивалась с такта или наступала ему на ногу. Мы не отводили глаз друг от друга… А на Владыку даже не хотелось поднять взгляд, он застыл на уровне его груди.
– Элиссабет, вы сегодня обворожительны! И так серьезны. Улыбнитесь! Этот бал для вас, вы его королева.
Как-то трудно радоваться навязанному счастью. И все бы хорошо, но король рядом подкачал.
– Извините, но не покидает чувство, что меня, словно забытую игрушку, достали из коробки, встряхнули и пошли хвастаться перед другими.
– Какая же вы игрушка? После всех начинаний, которые вы затеяли на благо страны, вы фигура, к слову которой будут прислушиваться и с мнением которой считаться. Вы скорее роза, дожидающаяся своего часа, чтобы расцвести и поразить всех своей красотой и ароматом.
Он даже не представляет, насколько его сравнение с розой символично. Мне, словно сорванному цветку, осталось времени не больше недели. А насчет значимой фигуры… Все демонстрирует один трон, предназначенный для Владыки.
– У цветов недолог век, а единственная фигура, к мнению которой прислушиваются и считаются здесь, – вы, остальное зависит лишь от вашей милости.
– Вы сомневаетесь в моем расположении к вам?
Да, оно напрягает! Но вслух же не скажешь…
– Меня радует ваше внимание к моим проектам, – скромно заметила я, а потом мне пришла в голову идея: – Скажите, а градоначальник и представители городского совета сегодня на балу? Мне бы познакомиться с ними и пообщаться насчет взаимодействия работы благотворительного фонда.
– Элиссабет, да забудьте вы о делах! У вас еще будет время после праздников. Расслабьтесь и наслаждайтесь танцами.
«Да меня уже не будет после праздников, идиот!» – мысленно взвыла я. Ему, может, и хотелось видеть перед собой восторженную девочку, очарованную своим первым балом и кавалером, но это не ко мне.
– Одно другому не мешает. Вы разве не слышали, что все деловые проекты как раз и начинаются со знакомства и обсуждения возможных совместных дел вот на таких праздниках в неформальной обстановке. Если вам нетрудно, отведите меня после танца к лаэру Вэльдеру, попрошу его представить мне нужных людей.
– А почему не попросите об этом меня? – Владыка, кажется, даже оскорбился. – И вообще-то, я планировал станцевать с вами как минимум два танца.
– Второй танец?! Не слишком ли много чести для запасной жены, которая даже не жена в полной мере? Разве это не оскорбительно для других ваших жен? Мне не хотелось бы злоупотреблять вашим вниманием, вы и так сегодня будете заняты сверх меры, ведь вас ждут еще как минимум тридцать танцев с законными супругами.
– Элиссабет, вы невыносимы!
А чего сразу я? Сам гарем развел, пусть ему внимание и уделяет!
– Сегодня ваш первый бал, и я думал, само собой разумеется, что я буду вашим кавалером, который более близко познакомит вас со всеми. Мне оскорбиться, что вы предпочитаете компанию лаэра Вэльдера? Кстати, он танцует с вашей компаньонкой. Может, не будете им мешать?
– Где? – Обрадовавшись, я стала искать их глазами, но среди множества пар не нашла.
Почувствовав, что я совершенно не настроена на романтический лад, Владыка все же познакомил меня после танца с градоначальником, которого я тут же взяла в оборот, заговорив о делах. Оставил меня с ним и его супругой, пригласив на второй танец Рогнеду. Потом вернулся и увел знакомиться с другими полезными для меня гостями. Так и пошло дело: танцевал с женами, а курсировал по залу со мной.
Наверное, я все же многое взяла от своего настоящего отца с его деловой хваткой. Гораздо большее удовольствие, чем танцы и флирт с кавалерами, мне приносило знакомство с новыми людьми и обсуждение интересующих меня тем. Веселиться и расслабляться можно с друзьями, а здесь только работа.
У меня осталась неделя, требуется подтянуть нужных людей к сотрудничеству с благотворительным фондом, наметить пути развития и взаимодействия. Я хочу, чтобы мое детище жило, развивалось и приносило добро людям. А здесь как раз нужные люди – все разом! – Владыка демонстрирует благосклонность ко мне, и меня готовы слушать и содействовать. Вот как тут тратить время на глупости?
И пока Владыка кружил в танце своих жен, я мило улыбалась новым знакомым, рассказывала о созданном фонде и перспективах сотрудничества. Я не просила раскошеливаться, сама готова была вкладываться, и, конечно же, это вызывало интерес. Люди прислушивались, и каждый раз вокруг меня и моих собеседников собиралась толпа.
В одно из своих очередных появлений Владыка умыкнул меня, уведя за собой.
– Мы куда? – спохватилась я, поняв, что мы уходим из зала.
– Пойдем, хочу тебе кое-что показать.
Я думала, мы пойдем на улицу на воздух, но Владыка вел вглубь дворца, через лестницы и переходы увлекая меня все выше и выше, по ощущениям почти под самую крышу. Шел он стремительно, и мне приходилось едва ли не бежать за ним. Будь я в корсете или в худшей физической форме, сдохла бы на бесконечных ступеньках.
Мы вышли на открытый длинный балкон с колоннами и арочными проемами между ними. Подведя меня к каменным перилам, дракон показал как на ладони расстилающийся парк. Жизнь кипела не только в бальном зале, веселье шло и там.
Мы находились в тени, а внизу из-за горящих фейерверков было светло как днем. Прогуливались многочисленные парочки, кто-то танцевал под мелодию играющих на улице музыкантов, били фонтаны с игристым вином, тут и там стояли накрытые фуршетные столы. Помимо этого, слуги разносили закуски и напитки. Акробаты, фокусники, комедианты развлекали и веселили толпу.
– Элиссабет, эта ночь создана для веселья, беззаботности и танцев. Не трать ее понапрасну. Со всех концов страны съезжаются пары, чтобы окунуться в атмосферу праздника и веселья. Через неделю некоторых ждет смерть и потеря любимых, тем дороже мгновения счастья. Посмотри, сейчас никто не думает о плохом.
– К чему вы мне это говорите?
– Посмотри, как прекрасна эта ночь! Сейчас не время говорить о делах. Расслабься! Хочешь, я после праздников соберу всех, кого только пожелаешь, и ты обсудишь с ними дела своего фонда.
– Не хочу. – Я отвернулась от него, не сильно желая вспоминать о том, что к тому времени меня уже не будет.
– Я тебя не понимаю.
Куда ему! Я, может, тоже хочу окунуться в атмосферу праздника, не думая о завтрашнем дне. Веселясь как обычный человек, как Лина, а не принцесса Элиссабет. Только убегая в город, я могу быть сама собой. Но раз уж пришлось остаться здесь, следует от имени принцессы сделать как можно больше.
– Не хочу ждать, – криво усмехнулась я в ответ. – Зачем, когда можно о многом поговорить сейчас. Можете не верить, но я вполне интересно провела время. Удовольствие можно получать не только от танцев.
– Не буду спорить, – усмехнулся он, и только тогда я поняла, как двусмысленно это прозвучало. Но я имела в виду беседу! – Кстати, ты мне задолжала один.
Он протянул мне руку, приглашая на танец.
– Сейчас?!
– А почему нет?
Судорожно я искала причины для отказа – и не находила. Меня и так напряг его переход на «ты», не хватало еще танца в этом уединенном месте.
– А вы со всеми своими женами уже потанцевали?
– Здесь только мы. Некому оскорбиться, что мы танцуем второй танец.
Владыка притянул меня в свои объятия, не оставляя выбора, и закружил под мелодию, доносящуюся с улицы.
Пришлось подчиниться. Ладно, еще один танец я перетерплю.
Хоть Владыка выше и массивнее Когана, двигается он легко. Шум веселья доносится снизу, а мы с ним здесь, наедине, в полумраке, танцуем, словно в своем собственном мирке. Элиссабет, наверное, в такой ситуации совсем бы голову потеряла, растаяла от счастья.
Я же была скорее насторожена, чем польщена таким вниманием. И когда мелодия стала смолкать, а Владыка сокращать между нами расстояние, притягивая меня ближе, – взбунтовалась.
– Мне кажется или вы желаете добавить в сегодняшний вечер романтики? – в лоб спросила я.
Мы остановились. Рука на моей талии сжалась, и Владыка выдохнул, запрокинув голову, словно призывая в свидетели небеса:
– Элиссабет, тебе единственной непостижимым образом удается удивлять меня вновь и вновь!
Так и хотелось воскликнуть в ответ: «Наслаждайтесь! Еще неделя, и лавочка будет закрыта».
Небеса молчали, и он опустил взгляд на меня, отвечая на ранее заданный вопрос:
– А если и так?
Меня же в этот момент заботила мысль о личной охране Владыки. Когана в зале я не видела, но и не рассчитывала на это сильно, помня слова телохранителя о том, что его место в тени. Интересно, он последовал за нами? Наблюдает сейчас? Вмешается?
Когда Владыка стал склоняться ко мне, а Коган не спешил проявлять свое присутствие, пришлось брать защиту чести в свои руки.
– Я против.
Дракон замер на полпути к моим губам, задав самый идиотский вопрос:
– Почему?
– Эм-м… Без обид, но мужчина, обремененный тридцатью женами, малоподходящий объект для романтических порывов.
Владыка выпрямился, чуть помолчал и, сделав свои выводы, ледяным тоном спросил:
– Намекаешь, что у тебя на примете есть кто-то более подходящий?
– Прямо говорю, что мне сейчас не до этих глупостей! И вообще, у вас есть тридцать жен, которые с большим энтузиазмом оценят любые ваши порывы. Если что, супружеский долг велит им во всем вас поддерживать.
– Ты все время забываешь, что тоже моя жена. Тридцать первая.
– Только я, в отличие от других, никакие супружеские долги в храме на себя не принимала.
Что бы он там ни говорил, требовать выплаты по ним у него нет права.
– Отпустите! – потребовала я, делая шаг назад, но объятия превратились в стальные.