– А что она делает сейчас? – спросил Молтби.
– Ждет меня, – ответила Лидия.
– Тогда вам лучше подняться к ней.
– А вы что намерены делать? С ним, – кивнула она в сторону гостиной, – и со всем остальным?
– Со всем остальным разберусь я, – мрачно заявил Дэвид.
– Надеюсь, ты не собираешься выходить на свежий воздух?
– Придется. Если смогу. Совсем недалеко.
– Возможно, ты и прав, но ради бога, будь осторожен!
– Не волнуйся за меня.
– Подождите, пока мы не выясним, как там мисс Нойес, – вмешался Молтби. – Проблема только в кровати? – обратился он к Лидии, двинувшейся в сторону лестницы.
– Вы имеете в виду ее ощущения?
– Да.
– Больше она ни о чем не говорила.
– А о самой комнате?
– Нет. Вот только…
– Да?
– Джесси как ребенок. Нервничает, но старается скрыть. Из нее все надо вытягивать клещами.
– Да, она очень чувствительная. Может быть, переселим ее вниз?
– Хорошая идея, тем более что мы собираемся сидеть здесь всю ночь, – согласился мистер Хопкинс.
– Так вы не намерены возвращаться в свою комнату? – сухо осведомился Молтби.
– Что? При сложившейся ситуации нам лучше держаться вместе. Так веселее, знаете ли. Все будут на виду.
– Мисс Кэррингтон, спросите, как мисс Нойес на это посмотрит, – попросил Молтби.
– Я тоже поднимусь наверх и предложу руку помощи на тот случай, если она решит возвратиться в наше дружное семейство, – добавил Дэвид.
– Хорошо, я скажу ей, – согласилась Лидия. – Но твоя рука, братец, может и не понадобиться. Нога у нее уже проходит.
Она поднялась по лестнице и исчезла.
– Любопытно, что такое с этой кроватью, – пробормотал мистер Молтби.
Дэвид заглянул в гостиную. Томсон лежал неподвижно, на его лице дрожали отблески огня. В доме горели все камины – островки тепла в холодной пустыне.
– Как он? – спросил Хопкинс, когда Дэвид вернулся в холл.
– Все о’кей, – заверил его Дэвид.
– Ну и заставил же он нас поволноваться. Интересно, что за катастрофу он имел в виду?
– Это просто бессмысленный бред.
– Напротив, мистер Кэррингтон, человек в бреду всегда говорит со скрытым смыслом, – возразил Молтби. – Просто разгадать его не всегда удается. Все происходящее на земле имеет смысл или результат. Если вам снится, что вы плывете по Амазонке с зубочисткой вместо весла, у такого сна есть причина и следствие, хотя они, как правило, скрыты для вас.
– С вами спорить – безнадежное дело, – заявил Дэвид. – Я в этом уже убедился. А вот и Лидия. Как обстоят дела на дальних фронтах? Подкрепление требуется?
– Да, будь так добр, – ответила Лидия с лестницы. – Мы посовещались и решили перебраться вниз!
Дэвид застал Джесси стоящей на одной ноге рядом с креслом. Она пыталась продемонстрировать, что чувствует себя намного лучше и ее не надо больше носить на руках. Отмахнувшись от этих доводов, Дэвид снес мисс Нойес вниз в столовую, где опустил в кресло рядом с дверью.
– Что с вами? – вдруг воскликнул он, увидев, что девушка близка к обмороку.
– Н-не знаю, – пролепетала она. – Только не сюда! Куда-нибудь в другое место!
Не став разбираться, Дэвид быстро пересадил ее в другое кресло и стал ждать объяснений, которые так и не последовали. Джесси молчала и только тяжело и прерывисто дышала.
– Господи, наверное, я сделал ей больно! – виновато пробормотал молодой человек.
Но Джесси сидела закрыв глаза и, похоже, не слышала его.
– Оставьте девушку в покое, – послышался строгий голос мистера Молтби. – Не нервируйте ее! Я сам ею займусь.
Он стоял у кресла, которое покинула Джесси, и самым внимательным образом его разглядывал. На нем еще никто из них не сидел. В отличие от остальных, у него были тонкие деревянные подлокотники. Потом Молтби быстро подошел к столу. Глаза у Джесси были по-прежнему закрыты, и она не видела предмет, который он взял. Однако все остальные его видели. Это была улика А – молоток.
Лидия смотрела на молоток, не подозревая о значении этого предмета. Мистер Хопкинс снова стал нервно вытирать платком лоб. А Дэвид боролся с желанием выхватить молоток из рук старика. Позже он говорил, что в тот момент был готов на убийство, и виной тому был не мистер Молтби, а дыхание смерти, которым вдруг повеяло в доме. Ему была невыносима мысль о молотке, нацеленном на закрытые глаза Джесси.
Однако он даже не пошевелился. Казалось, Дэвид прирос к полу и продолжал стоять неподвижно даже после того, как Молтби медленно поднял молоток и дотронулся им до лба Джесси.
Она открыла глаза. Зрачки ее расширились от ужаса. У Дэвида что-то оборвалось внутри, и он бросился к старику. Тот отошел на шаг и быстро спрятал молоток за спину.
Мистер Молтби пристально смотрел Джесси в глаза. Казалось, между ними протянулась невидимая нить, которая остановила Дэвида. Он почувствовал, что, порвав ее, будет испепелен.
– Что это было? – тихо спросил Молтби.
– Молоток, – ответила Джесси безжизненным голосом.
– Что произошло?
– Он меня ударил.
– Было больно?
– Да.
– А сейчас что вы чувствуете?
– Ничего.
– Совсем ничего?
– Да, совсем.
– Вам хочется спать?
– Да.
– Спите.
– Сплю. – Джесси снова закрыла глаза. Открыв их вновь, она обнаружила, что лежит на кушетке в холле.
Подняв голову, девушка растерянно огляделась.
– Где я? Я… думала…
Лидия, сидевшая на стуле у нее в ногах, быстро согнала с лица озабоченное выражение и ободряюще улыбнулась. Чуть поодаль отдыхал мистер Хопкинс, бессильно развалившись в кресле. Он дремал, тихонько похрапывая. Мистер Молтби стоял у двери в гостиную, к чему-то прислушиваясь.
– Что случилось? – спросила Джесси.
– Ничего, – ответила Лидия. – Можете спать дальше.
– Да, но… разве я… он ведь отнес меня в столовую?
– Вы это помните? – последовал вопрос со стороны мистера Молтби.
Отойдя от двери в гостиную, он приблизился к кушетке.
– Да.
– А что было потом?
– Где он?
– Вы помните, что произошло после того, как мистер Кэррингтон отнес вас в столовую?
Лидия заметила, что теперь мистер Молтби говорит с Джесси совсем другим голосом. Прежде он допрашивал ее бесстрастно и монотонно, теперь же в его голосе звучало живое участие.
– Я не уверена. У меня голова болит. Да, я помню. Он… – Джесси вдруг осеклась. – Он посадил меня в кресло, – прошептала она.
Часы в холле пробили одиннадцать.
– Уже так поздно! – удивилась Джесси. – Я проспала целый час? Мне, наверное, все это приснилось.
– Вы нам расскажете, что это был за сон? – спросил Молтби.
– Но я почти ничего не помню, да и не хочу вспоминать.
– Почему же? Вам не понравилось то кресло?
– Откуда вы знаете?
– Но вы же сказали, что не хотите о нем вспоминать.
– Да, не хочу. Это было ужасно. Я просто не могла в нем оставаться.
– А что именно было ужасно?
– Я не могу передать, что я чувствовала.
– Гнев?
– Нет, ничего похожего.
– Ревность?
– Нет.
– Вам показалось, что вас ударили?
– Нет. Что за странный вопрос.
– Головокружение? Тошнота? Вы задыхались?
– Да! – воскликнула Джесси. – Я задыхалась!
– Вы чувствовали боль? Тупую? Острую? Сердце стучало?
– Нет, нет, как раз наоборот! Я вспомнила: было больно и сердце словно остановилось. Хотя сейчас оно бьется как сумасшедшее!
Лидия взглянула на Молтби.
– Давайте отложим этот перекрестный допрос на потом, – предложила она. – Мне кажется, с нее достаточно.
– Только еще один вопрос, – сказал старик, поворачиваясь к Джесси. – Вам показалось, что у вас остановилось сердце. В этом случае вы бы умерли.
– Мне так и почудилось!
– Но вы же живы, так что не о чем беспокоиться. Вы чувствовали то же, что и в кровати наверху?
Джесси широко раскрыла глаза.
– Да! Нет! То есть я не знаю. Но боль была такая же! – Она содрогнулась. – Не хочу говорить об этом. Давайте сменим тему. Как там бедный мистер Томсон? Он больше не ходил во сне?
– Парень спит в гостиной и больше не бродит, – ответила Лидия.
– А мистер Кэррингтон?
Не получив ответа, Джесси настойчиво повторила:
– Где он? С ним все в порядке?
– Он пошел проветриться и через пару минут будет здесь, – сообщила Лидия.
Заботясь о душевном покое Джесси, Лидия не упомянула, что Дэвид проветривается уже три четверти часа.
Глава XVIIIЧто случилось с Дэвидом
Обе двери были завалены снегом, и Дэвиду пришлось лезть в окно, которым чуть раньше воспользовался Смит. Сугроб доходил до самого карниза, образуя склон, по которому Дэвид и скатился вниз, набрав полный рот снега. С неба валило уже не так сильно, и это был единственный отрадный момент в его авантюрной вылазке. Поднявшись на ноги и отплевавшись, Дэвид огляделся, чтобы выбрать направление.
Вглядевшись в снег, он заметил две цепочки следов. Это существенно усложняло выбор. Одна цепочка тянулась к деревьям, другая сворачивала вправо. Дэвид выбрал последнюю, следы там были более отчетливые и, значит, более свежие.
Следы отчаянно петляли, словно хотели сбить его с толку. Сначала они вели к дому, но, достигнув сугроба у задней двери, резко поворачивали назад, чтобы через десять ярдов снова развернуться. После этого следы беспорядочно колесили вокруг, словно их обладатель находился в нерешительности или что-то замышлял.
Дэвид вдруг почувствовал неладное и, вглядевшись в следы, обругал себя самыми последними словами. Носки ботинок были направлены в его сторону.
«Проклятый идиот! Иду по следам задом наперед!» – подумал он.
Остановившись, Дэвид стал обдумывать ситуацию. Стоит ли выяснять, откуда пришел этот человек? Это довольно любопытно, но гораздо важнее узнать, куда он направлялся. Откуда бы ни пришел, человек явно обходил дом вокруг, чтобы подойти к задней двери. А куда он делся потом?