— Ничего, милые, что я тут гигиеной немного займусь? Не перед чужими же. По-семейному…
Да, уж. Перед чужими он в добряка не играл. Если не считать самой первой нашей встречи. Так сказать, официального воссоединения семьи.
— Значит, говоришь, сказал, что заберет тебя в столицу? — во второй раз переспросил Папаша Мо, а я с трудом подавила желание бросить взгляд на Рейю и кивнула. Папаша, видимо, все-таки следил за мной краем глаза, потому что кивок заметил и довольно усмехнулся в рыжую бороду.
— А когда отъезжаете?
Морги! Издевается он надо мной, что ли? Ох, как же все-таки мы нечеловечески сглупили, когда решили назваться его дочерьми, но разве ж меня кто послушал? Рейка кричала, что это шикарная идея и отличная возможность. Что осмотримся, освоимся, а там можно будет и дальше двигать. Что две одинокие девки в такой глуши, как Красногорье, так в глаза будут бросаться, что и захочешь — не спрячешься.
— А нам, Эстэри, с нашими-то талантами, лучше вообще не высовываться, — напоминала Рейя, будто я и в самом деле могла o таком забыть. Да что и говорить, именно последний аргумент и стал решающим.
Впрочем, обо всем по порядку. И начать стоит не с того, как я по глупости прокололась перед столичным шерхом, а с того, как впервые оказалась в Лэнаре. Одна, если не считать визжащей от злости Рейи, растерянная, испуганная, совершенно не представляющая, что же теперь делать.
— Ты что натворила, идиотка? Ты… ты…
— Заткнись, а? — хмуро проворчала я, оглядываясь по сторонам. Если б мне сказал кто, что по ту сторону сияющего зеркала нас ждет не Король с драконом, а морозный полуночный лес, не поверила бы. А между тем все именно так и было: чистое звездное небо, колючий от мороза воздух, черные стволы корабел[38], уходящие далеко-далеко ввысь, и невероятные по своей глубине сугробы, в которых я немедленно увязла по пояс.
— Заткнись? — Рейя задохнулась от возмущения. — Это ты мне говоришь?
— А ты здесь кого-то еще видишь?
Я все же выкарабкалась на твердую землю и поискала глазами свои пожитки: сумка и колесо от прялки, к счастью, не сломавшееся во время нашего прыжка в сияющее зеркало, обнаружились немного в стороне, недалеко от торчащего из-под снега лишь вершинами ветвей куста жгучего яза[39]. Уж это-то растение я бы узнала даже в полной темноте и с завязанными глазами, а при наличии полной луны это было проще простого.
— Я тебя убью сейчас и закопаю тут, — пообещала Рейя, кстати, тогда я еще не знала, что ее именно так зовут. Видела знакомое по Храмовым классам лицо, а как зовут, вспомнить не могла. — В снегу. Вот под этим кустом.
И рукой в сторону яза махнула. Очень, очень опрометчиво. Я увидела, как безобидное только с виду растение шевельнуло одной из веток, и поторопилась поскорее вытащить из опасной зоны свои вещи. Если эта сволочь полностью очнется, то мало нам не покажется, потому что жгучий яз только выглядит, как обычный куст, а на самом деле это очень хитрый и очень опасный хищник. Я своими глазами видела в детстве, как он схватил зазевавшуюся молочную лэки и в мгновение ока разорвал ее на части своими пугающими усами. Мне тогда, кстати, тоже досталось: яз дотянулся до моей ноги и обвился вокруг щиколотки, уж и не знаю, как вырваться смогла, отделавшись лишь полоской ожога на ноге.
— Сама ты идиотка, — пропыхтела я (чтобы достать вещи, пришлось опять лезть в сугроб). — Это жгучий яз, не видишь, что ли?
Рейя недоверчиво покосилась на безобидные с виду ветки, но все же отошла от хищного растения подальше, буркнув:
— Ну, по крайней мере, мы теперь знаем, что в Лэнаре растут такие же деревья, как у нас. Слушай, а мы точно в Лэнаре? Я думала, нас встречать будут.
Я хмыкнула.
— Что?
— Ничего, — запрокинула голову, пытаясь найти Путеводную звезду и определить, в какой части мира мы находимся. Все-таки не зря Рэйху учил меня совершенно бесполезным вещам! Кое-что уже пригодилось. — Вспомнила, как я когда-то думала, что здесь дракон будет. Морской. И кстати, мы в Лэнаре, можешь не волноваться.
— Я и не волнуюсь, — Рейя помогла мне выбраться из сугроба, вытянув на дорожку, и зачем-то перешла на шепот:
— Как думаешь, за нами скоро придут? Холодно. И страшно.
Я думала, что за нами вовсе не придут. Нет, искать-то будут, но вряд ли найдут. Уж больно глубоко в лес нас забросило. Откуда я об этом знала? А все просто: корабелы. Они близко возле человеческого жилья не растут. А тут вон какие здоровые вымахали, вершин не видно! Впрочем, наличие твердой земли под ногами — по всей вероятности, лесной тропки, которой регулярно пользовались, раз она в сугроб не превратилась — позволяло надеяться на благополучный исход.
Мне бы только капельку везения, чтобы в нужную сторону пойти!! Чтобы не замерзнуть, не пропасть, чтобы выйти к людям живой и здоровой. Я покосилась на Рейю. Девчонка дрожала от холода, обняв себя за плечи, и я с сожалением отметила, что одета она совсем не для прогулки по зимнему лесу. И шубка вроде зимняя, но на одной только пуговице, а меховая шапка прикрывает только макушку, и перчаток нет, а на ногах вместо теплых сапог на толстой подошве, как у меня, например, какое-то недоразумение с острым носом. С одной стороны, оно и понятно, это я в Комнату Короля как на войну собиралась, а Рейя принарядилась, не иначе как ко встрече с женихом готовилась.
Обреченно вздохнув, я достала из сумки веретено и тарелочку, стянула перчатки и поманила к себе свою товарку по несчастью. Хотела попросить у нее капельку крови, но в последний момент вспомнила про жгучего яза, который все еще не утратил надежду заполучить нас в качестве позднего зимнего ужина и настороженно шевелил своими отвратительными усиками. Его я не опасалась, а вот привлекать к себе внимание острозубов[40], которые любят вить свои гнезда в кронах корабел, не хотелось. Я не была уверена, что они водятся в этом лесу — в нашем-то водились! — но рисковать и привлекать их внимание каплей крови совсем не хотелось, поэтому я протянула руку и потребовала:
— Волосок дай!
Честно говоря, я думала, Рейя начнет задавать вопросы и артачиться, но, к моему удивлению, она лишь молча протянула мне требуемое и по-прежнему не говоря ни слова с любопытством проследила за тем, как я вплетаю короткий черный волос, который она выдрала из своей стрижки (и кто ей позволил так коротко волосы остричь, интересно знать), в свою кудель.
Решив ограничиться одной лишь удачей в пути, я быстро скрутила нить нужной длины, завязала узелок на счастье и велела Рейе накрутить нить на указательный палец.
— Здорово! — восхитилась она. — Не знала, что ты тоже пряха. Хотя, конечно, о таком на каждом углу кричать не станешь…
— Тоже? — я спрятала веретено и закинула на плечо сумку. Надо же! А я была уверена, что единственная пряха в Большом Озере.
— Ага, — получив от меня предупреждение о жгучем язе, Рейя передумала меня убивать, а теперь, с амулетом, и вовсе смотрела почти дружелюбно. — Я Рейя-на-Эса. В Большом Озере за нашими спинами давно шепчутся, думают, батюшка золотую карфу поймал, вот ему во всех делах и везет. Только никто не знает, что это не карфа никакая, а троюродная батюшкина тетка. Всю жизнь в подвале у нас живет.
Мы пошли по тропинке, оставив за спиной голодного жгучего яза и несколько десятков следов. Рейя чуть впереди, непрестанно болтая и постоянно оглядываясь. Я позади, хмурая из-за того, что открыла этой болтушке свою тайну. Вот же язык без костей! Взяла и выболтала мне все семейные секреты! А если я молчать не стану?
Я хмыкнула, внезапно осознав, что Рейя-на-Эса самый близкий мне по эту сторону Гряды человек. Ну, по крайней мере, до тех пор, пока я не найду кого-нибудь из своих сестер. Поняла это, видимо, и моя попутчица, потому что вдруг остановилась, оглянулась через плечо и, серьезно нахмурившись, сказала:
— Я никому про тебя не скажу, ты не думай, Эстэри. И прости, что я на тебя накричала. Это от страха. На самом-то деле я понимаю, что нам теперь вместе держаться надо.
Я угукнула и мы потопали дальше.
Минут десять шли молча, потом Рейя вновь начала говорить. Рассказывала о сестрах, о второй жене своего отца, о многочисленных талантах своей бабушки. В общем, у меня уже голова разболелась, когда впереди за ветками деревьев вдруг мелькнул огонек.
— Стой! — я схватила болтушку за руку. — Видишь?
Мы переглянулись.
— А что, если это разбойники? — прошептала Рейя.
— Ты еще скажи, косоглазая Уна[41], что только и ждет, как зажарить нас в своей большой печи и съесть, — возразила я. — Не глупи, Рейя, у тебя же амулет. Даже если там разбойники, то ничего плохого они нам не сделают. Тебе так точно. Идем.
Лесных разбойников в избушке, что светилась тусклым желтым огоньком, не оказалось, как и косоглазой Уны. Вместо нее в доме оказалась огненно-рыжая девушка, метавшаяся в горячке по кровати, да младенец, хныкающий в люльке.
— Вот так повезло, — пробормотала я, не зная, к кому кинуться: к ребенку или к девушке.
— Надеюсь, это не заразно, — проворчала Рейя и, сгрузив на пол сумки, подошла к больной. — Эстэри, может, ты ей амулет на здоровье сделаешь, а?
— Не думаю, что смогу, — ответила я. — Я ведь не целительница.
Осмотревшись, мы поняли, что девушка живет здесь одна — если не считать малыша, который после того, как я сменила ему пеленки, успокоился и заснул, засунув в рот молочный рожок.
Вспомнив все, что мы когда-то слышали или читали о горячечных больных, мы с Рейей сняли с девушки промокшую от пота сорочку и, кряхтя, как две старушки, поменяли под ней простыню, сменив ее на сухую, после чего я осталась около постели, чтобы менять компресс из холодного полотенца на лбу бедняжки, а Рейя решила проверить запасы.
— Тут есть овощи, — крикнула она, подняв одну из половиц возле белой каменной печи. И как только догадалась там поискать! Я бы ни за что не додумалась. — И соленое мясо. И клетка с квочами