С помощью ножа он выковырял четыре спекшихся жестких диска и положил их сверху на шкатулку из черного дерева. Закрыв потайную панель, пробежал кухню и выскочил через заднюю дверь на автостоянку.
— Закончили? — спросил Брайнхарт.
— Все отлично, — ответил Сэм, глядя на молодого полицейского и пытаясь скрыть волнение.
— Здорово, — парень широко улыбнулся. — Не так уж все и сложно оказалось.
Сэм направился прямо к «Мустангу» Шеннона, обнаружил, что дверца со стороны водителя до сих пор открыта и ключи в замке, как он и надеялся. Он бросил шкатулку и жесткие диски на пассажирское сиденье.
— Эй! — крикнул Брайнхарт. — Дэнс решил, куда девать «Мустанг» Шеннона?
Повернувшись, Сэм увидел, что коп проходит мимо потрепанного «Тауруса», из заднего окна которого смотрел на него Ник.
— Должен заметить, что у Шеннона был хороший вкус насчет машин, — продолжил он, двигаясь в сторону Сэма.
— Угу, — ответил тот, забираясь на сиденье водителя и радуясь, что Брайнхарт не вынул ключи из «Мустанга». Пошарив под сиденьем и в дверных карманах, он наконец нашел то, что искал, в бардачке. Сэм знал, что Дэнс возит с собой два пистолета, и был рад, что его напарник решил последовать примеру, спрятав в бардачке запасной девятимиллиметровый ствол.
— Так мы закончили? — спросил Брайнхарт, подходя ближе.
Сэм повернул ключ. Двигатель мощностью в триста пятьдесят лошадиных сил зарычал, словно пробуждаясь от долгого сна. Сунув пистолет за пояс, он включил первую передачу, снял машину с тормоза и нажал на газ. Взревел двигатель, и «Мустанг» рванул с места.
«О да, мы закончили», — подумал Дрейфус.
Взбежав по лестнице, Дэнс ударил плечом в трехдюймовую стальную дверь. Она не только не прогнулась, но даже не издала ни звука, когда его двухсотфунтовое тело столкнулось с ее прочной поверхностью.
— Сукин сын, — пробормотал детектив, целясь в дверь из пистолета.
— Эй, эй! — крикнул Рэндолл. — Рикошет тебя убьет.
Трясясь от ярости, Дэнс сбежал по лестнице вниз. Он метался из комнаты в комнату, отчаянно ища путь наружу — через склад, через зал для совещаний, через изящно обставленный кабинет Хенникота, пытаясь найти какой-либо выход на случай экстренной ситуации, подобной той, в которой они сейчас оказались.
Уже собираясь покинуть кабинет, он увидел на полу смятый белый листок бумаги — частицу мусора в одном из самых чистых помещений, какие ему только доводилось видеть. Подняв его, он быстро прочитал написанную на нем фразу, сунул бумажку в карман и выбежал обратно.
— Что, если привести в действие противопожарную систему? — спросил Арилио, доставая зажигалку. — Уверен, что дверь откроется. Могу гарантировать, что Хенникоту не хотелось, чтобы кто-то из его сотрудников случайно здесь поджарился.
— Даже не думай, — сказал Дэнс, показывая на плоские металлические диски, разбросанные по потолку. — Это газовая система, для защиты ценностей. Тут никому не нужна вода. Если она сработает, мы просто задохнемся и умрем. Кроме того, на вызов приедет пожарная команда, придурок. Есть другие умные мысли?
— Замок в двери магнитный, — сказал Рэндолл, — на резервных батареях. Если отключить электричество, это вряд ли поможет.
— Спасибо за очевидные вещи, идиот!
— Ага… — проговорил Рэндолл тоном всезнайки.
— Что? — спросил Дэнс, увидев проблеск надежды во взгляде Рэндолла.
— Нам просто нужно отключить магнит, — сказал он, подходя к витрине и снимая с ее ножки маленькую коробочку. Подбежав к лестнице, он бросился наверх. Дэнс и Арилио — за ним.
Рэндолл прикрепил коробочку к двери над магнитной пластиной, и дверь беззвучно открылась.
«АС-300» стоял на полосе, ожидая взлета. Самолет уже отставал от расписания на пятнадцать минут. После сообщения о недолгой задержке пассажиры больше не получали никакой информации. Пошли слухи, что они не взлетают из-за технических неполадок и им придется пересесть в другой самолет. Слышался разочарованный ропот тех, кто летел на отдых, тех, кто летел домой, тех, кто опаздывал на деловые встречи и на прием к врачу. Но подобный сценарий выглядел маловероятным, поскольку еще три самолета впереди них ждали разрешения на взлет и все новые выстраивались позади в очередь.
Джулия подумала было о том, чтобы незаметно проверить, нет ли сообщений в телефоне, но ей не хотелось нарушать правила и потом из-за этого объясняться.
— Леди и джентльмены, доброе утро. Я Кип Ульрих, ваш капитан во время нашего короткого перелета в Бостон. Как вы уже, вероятно, поняли, мы сегодня немного задержались, но, уверяю вас, нас задерживают не технические неполадки или погода. Сегодня причина нашей задержки — симпатичное четвероногое создание. Если вы сидите слева, то можете его увидеть и даже немного ему помахать.
Выглянув в иллюминатор, Джулия и Кэтрин увидели рыжего лабрадора, который беспорядочно носился по полосе, а четверо членов наземной команды отчаянно пытались его поймать.
— Могу заверить вас, леди и джентльмены, что погоня приближается к концу, поскольку мне только что сказали, что сюда уже идет механик с прекрасным сочным бифштексом. Скоро отправимся.
Джулия улыбнулась Кэтрин. Обе еще раз взглянули на бегающего пса и закрыли глаза в ожидании взлета.
Ник сидел на заднем сиденье машины Дэнса рядом с телом Шеннона. Залитый кровью труп был прислонен к окну, привязанный ремнем, словно в какой-то дурной шутке. Ник пытался сражаться с наручниками, но при каждом его движении Брайнхарт угрожающе стучал в окно, считая себя крутым парнем, которого ждут богатство и успех, понятия не имея о том, что через три часа он будет мертв, сброшенный с моста своим наставником.
Ник не мог поверить в холодную отрешенность во взгляде Дэнса, когда тот, не колеблясь, выстрелил в собственного двоюродного брата. Он понял, что столь же хладнокровным взглядом он смотрел на Джулию, когда убивал ее.
В то же мгновение из дома выскочил Дэнс, ревя как сумасшедший. За ним бежали Рэндолл и Арилио. Схватив Брайнхарта за воротник, Дэнс ударил его о борт машины и со звериной яростью отшвырнул в сторону. Затем, распахнув дверцу, прыгнул на сиденье водителя. Заведя двигатель, надавил на газ и выехал с подъездной дорожки Вашингтон-хауса на Мэйпл-авеню. Ника прижало к телу Шеннона, когда машину занесло на повороте, а потом бросило в другую сторону, когда Дэнс свернул налево, на шоссе 22.
На виске копа выступила крупная капля пота. Он схватил полицейскую рацию и с фальшивой веселостью в голосе спросил:
— Алло, Лина?
— Привет, Дэнс, — ответил искаженный помехами голос.
— У Шеннона неисправна рация, а его телефон не отвечает. Мы собирались сегодня утром встретиться, но у меня нет адреса.
— Погоди минуту, — рассмеялась Лина. — Он на шоссе 684.
— Обожаю GPS.
— Он нужен для того, чтобы вас разыскивать, когда у вас проблемы и нужно подкрепление, а не когда вы забываете записать, с кем и где собирались встретиться.
— Куда он едет?
— На юг… нет, погоди, он только что свернул к аэропорту. Вы что, летите вдвоем на романтический уик-энд?
— О, ты нас поймала, — с легкостью лгал Дэнс. — Хочешь с нами?
— Угу, — шутливо ответила она. — Он направляется к терминалу для частных полетов… Ладно, у нас дела. И в следующий раз записывай, Дэнс.
— Спасибо, Лина.
Ника бросило на спинку сиденья. Дэнс вдавил педаль до отказа, несясь по шоссе 684. Он обгонял попутные машины, мчась со скоростью сто десять миль в час, мигая огнями и включив сирену. Проехав так две мили, он свернул к аэропорту, рассекая поток автомобилей так, будто весь мир должен был расступиться при его приближении.
Зазвонил телефон Дэнса. Он открыл его и ответил.
— Да?
— Детектив? — послышался по громкой связи голос с сильным албанским акцентом, от которого у Ника по коже побежали мурашки.
— Сколько еще раз за день ты будешь звонить? — заорал Дэнс, но Ник чувствовал, что в полном злости голосе детектива чувствуется страх, чего он не видел еще ни разу. И не просто страх — паника, граничащая с ужасом.
— Я щедрый человек, — произнес чужой голос. — Тебе оказана большая честь, что ты до сих пор жив. Тебе продлевали срок уже дважды, и третьего не будет. Возможно, придется начать платить другими частями тела.
— Я же говорил, что деньги будут в пятницу.
Впереди появился въезд в аэропорт.
— Да, я знаю, — сказал албанец. — Сегодня пятница.
Дэнс захлопнул телефон и сунул его в карман. Ослепленный гневом, он вдавил педаль газа и устремился к терминалу для частных полетов.
Сэм Дрейфус въехал на бетонное поле, где стояли три десятка разнообразных самолетов, и направился прямо к белой «Сессне-400», рядом с которой стоял его брат Пол. Резко затормозив, он выскочил из машины и заорал:
— Что все это значит, черт побери?
— Ты меня обманул, — сказал Пол, качая головой. — После всего, что я для тебя сделал, после всего, что ты говорил весь прошлый год. Я и в самом деле думал, что ты стал человеком, обрел душу.
— Ты говоришь прямо как Господь Бог, — усмехнулся Сэм. Несмотря на сарказм, в его голосе прозвучала горечь.
— Ты всегда искал повода для ссоры.
— Ты понимаешь, какое здесь богатство? — Сэм взял с переднего сиденья шкатулку из черного дерева. — Ты понимаешь, что мы можем сделать с его помощью?
— Почему ты говоришь «мы»? Такого слова никогда не было в твоем словаре. Ты всегда искал легких путей и злился на весь мир, когда их не оказывалось.
— Это ты оставил мне ту чертову записку? «Подумай о том, что делаешь, ты знаешь, где я буду ждать». Ты что, хотел надо мной поиздеваться? Или хочешь получить свою долю? — Сэм поднял шкатулку.
— Я хотел, чтобы ты понял, насколько легко тебя поймать.
— Ты в точности знал, что я собираюсь сделать. Ты мог вызвать копов…
— Похоже, ты уже сделал это сам.
— Зачем ты оставил шкатулку, если знал, что я ее заберу? Или полагал, что твоя бумажка заставит меня передумать?