Лишь на рассвете Люй Бу понял свою ошибку и вместе с Чэнь Гуном поспешил в Сюйчжоу. Но ворота были заперты, и со стены на них посыпались стрелы.
Тогда Люй Бу, поддавшись уговорам Чэнь Гуна, заторопился в Сяопэй.
Люй Бу решил окружить город. Но в это время приблизился отряд пеших и конных воинов во главе с Чжан Фэем, а войско Цао Цао ударило с тыла. Воины Люй Бу бежали в восточном направлении, но здесь дорогу им преградил отряд Гуань Юя, а сзади Люй Бу настигал Чжан Фэй. Люй Бу ничего не оставалось, как бежать в Сяпи.
Так встретились Гуань Юй и Чжан Фэй. Они поведали друг другу о том, что произошло с ними за время разлуки, а затем повели свои войска к Лю Бэю. Лю Бэй представил братьев Цао Цао, и они вместе направились в Сюйчжоу.
Цао Цао созвал своих военачальников на совет и сказал, что хочет напасть на Сяпи.
– У Люй Бу осталось единственное пристанище – Сяпи, – сказал Цао Цао. – Он будет стоять насмерть и может заключить союз с Юань Шу. А обоих одолеть будет трудно. Надо перерезать Хуайнаньскую дорогу, чтобы задержать Люй Бу и помешать ему связаться с Юань Шу. Кроме того, в Шаньдуне еще остались приспешники тайшаньского разбойника Сунь Гуаня и вошедшего с ним в союз военачальника Люй Бу – Цзан Ба. Я сам буду держать Шаньдун, а Хуайнаньскую дорогу попрошу занять Лю Бэя.
На другой день Цао Цао выступил в поход на Сяпи, Люй Бу заготовил в Сяпи достаточное количество провианта и, защищенный рекой Сышуй, мог упорно обороняться.
Прошло несколько дней. Цао Цао соорудил лагерь и, подъехав к городским стенам, стал вызывать Люй Бу на бой.
– Цао Цао пришел издалека, и сил у него хватит ненадолго, – сказал Чэнь Гун, обращаясь к Люй Бу. – Вы, господин, расположитесь с конным и пешим войском за городскими стенами, а меня оставьте в городе. Когда Цао Цао нападет на нас, я ударю с тыла.
Но Люй Бу не решался выступить из города и от тоски весь день пил вино со своей женой, урожденной Янь, и наложницей Дяочань. Тогда советники Сюй Сы и Ван Кай сказали ему:
– Почему бы вам не обратиться за помощью к Юань Шу?
И Люй Бу тотчас же отправил с советниками письмо Юань Шу. Сопровождал советников отряд во главе с Хао Мыном и Чжан Ляо. Когда советники прибыли к Юань Шу, он сказал:
– Люй Бу – человек ненадежный. Он убил моего посла и отказался выдать дочь за моего сына, хотя и обещал. Пусть сначала пришлет дочь, а потом я отправлю войска.
Узнав, что Юань Шу не окажет никакой помощи, прежде чем ему не доставят невесту, Люй Бу на следующую ночь надел на дочь поверх парчового платья латы, вооружился алебардой, сел на коня, а дочь посадил за спину. За Люй Бу следовали Чжан Ляо и Гао Шунь с трехтысячным отрядом. Но Чжан Фэй с Гуань Юем преградили им путь. Люй Бу не стал вступать в бой, потому что боялся за дочь, и ему пришлось вернуться в город.
Целых два месяца бился Цао Цао у стен города, но никак не мог им овладеть. Тогда он созвал своих военачальников и так им сказал:
– На севере нам грозит Юань Шао, на востоке – Лю Бяо и Чжан Сю. Чтобы взять Сяпи, потребуется еще много времени. Я хочу сделать передышку и вернуться в Сюйчан.
– Люй Бу потерпел несколько поражений, и дух его войска подорван. Потому сейчас самое время напасть на него и захватить в плен.
– А не поднять ли нам воды рек И и Сы? – предложил Го Цзя.
Этот план привел Цао Цао в восторг, и он приказал запрудить воду в обеих реках. Воины Цао Цао стояли на возвышенности и наблюдали, как вода заливает Сяпи. Все городские ворота были затоплены, за исключением восточных. Об этом доложили Люй Бу, но он беспечно махнул рукой:
– Чего мне бояться? На своем Красном зайце я без труда переберусь через реку.
И он продолжал пить вино, разгоняя тоску.
Среди военачальников и приближенных Люй Бу росло недовольство.
– Люй Бу любит только своих жен и детей, а на нас смотрит как на сорную траву, – возмущался Сун Сянь.
– Город заливает вода, – добавил Вэй Сюй. – Не пройдет и дня, как все мы погибнем.
– Люй Бу – человек негуманный, несправедливый. Что, если мы уйдем от него? – сказал Сун Сянь.
– Надо схватить его и выдать Цао Цао, – предложил Вэй Сюй.
На том они и порешили. В ту же ночь Хоу Чэн пробрался на конюшню, вывел коня Красного зайца и помчался к восточным воротам. Он прибыл в лагерь Цао Цао, подарил ему коня и сообщил, что Сун Сянь и Вэй Сюй вывесят белый флаг и откроют ворота. Цао Цао тут же велел написать обращение к жителям и забросить в город. В обращении говорилось:
«Великий полководец Цао получил повеление покарать Люй Бу. Если кто-нибудь посмеет оказывать сопротивление великой армии, то в тот день, когда город падет, все население, от военачальников до простого народа, будет уничтожено! Тот, кто поможет схватить Люй Бу или принесет его голову, получит щедрую награду. Пусть об этом повелении знают все».
С рассветом войска Цао Цао ринулись на штурм города. Услышав крики, Люй Бу схватил алебарду и взбежал на городскую стену. Враг наседал. Люй Бу самому пришлось до самого полудня отражать его натиск. Он так устал, что, как только наступила передышка, присел и незаметно уснул.
Этим воспользовались Сун Сянь и Вэй Сюй. Сначала они похитили у Люй Бу алебарду, затем скрутили веревками его самого, вывесили на стене белый флаг и распахнули городские ворота. Войска Цао Цао хлынули в го- род…
Овладев городом, Цао Цао прежде всего распорядился отвести воду, успокоил жителей, а затем вместе с Лю Бэем поднялся на башню Белых ворот и приказал привести пленных.
Пленных привели. Завидев среди них Чэнь Гуна, Цао Цао собирался его пощадить, но тот сам не захотел оставаться в живых и лишь попросил, чтобы после его смерти позаботились о его матери и жене. Цао Цао обещал.
Притащили Люй Бу. Опутанный веревками, он был похож на клубок. При виде Лю Бэя, сидевшего рядом с Цао Цао, он взмолился:
– Неужто вы за меня не заступитесь? Вспомните, как я когда-то выручал вас!..
Лю Бэй промолчал. Цао Цао приказал увести пленника, задушить его у подножия башни, затем отрубить голову и выставить напоказ.
Последним привели Чжан Ляо. Увидев его, Цао Цао воскликнул:
– А это лицо мне знакомо!
– Еще бы! – ответил Чжан Ляо. – Встречались в Пуяне.
– Так ты помнишь об этом?
– И очень сожалею.
– О чем же?
– О том, что огонь тогда не сжег тебя, разбойник! – выпалил Чжан Ляо.
– Ах ты, битый волк! Как смеешь меня оскорблять! – задыхаясь от гнева, крикнул Цао Цао и обнажил меч.
Чжан Ляо смело подставил шею для удара. Но тут один из стоявших возле Цао Цао удержал его руку, а другой упал на колени.
– О господин, умоляю вас, пощадите его!
Вот уж поистине:
Люй Бу о пощаде молил, но спасся ли он от могилы?
Чжан Ляо злодея ругал, судьба и ему жизнь подарила.
Кто спас Чжан Ляо, об этом вы узнаете из следующей главы.
章节结束
Глава двадцатаяЦао Цао устраивает большую охоту. Дун Чэн получает халат и пояс
Итак, Цао Цао выхватил меч и хотел убить Чжан Ляо, но Лю Бэй удержал его руку, а Гуань Юй, стоявший рядом, пал перед ним на колени.
– Это человек с открытой душой, он заслуживает пощады, – сказал Лю Бэй.
– Чжан Ляо – честный и справедливый, – промолвил Гуань Юй, – могу за него поручиться!
– Я знаю, – сказал Цао Цао, – просто я пошутил!
И Цао Цао отбросил меч. Он дал пленнику новое платье и усадил на почетное место. Чжан Ляо был тронут и изъявил покорность. Цао Цао пожаловал ему высокое звание и поручил призвать к миру Цзан Ба. Но Цзан Ба сам привел свои войска и сдался, как только узнал, что Люй Бу погиб.
Войска Цао Цао возвратились в Сюйчан. Цао Цао представил Лю Бэя самому государю и подал доклад о его военных подвигах. Государь пожелал его видеть, пригласил в зал и спросил:
– Кто ваши предки?
– Ваш слуга – потомок Чжуншаньского вана Лю Шэна, праправнук благочестивого государя Цзин-ди, внук Лю Сюна и сын Лю Хуна, – с почтением отвечал Лю Бэй.
Император велел принести родословную книгу и, сличив записи, установил, что Лю Бэй приходится ему дядей.
Он пожаловал Лю Бэю чин полководца левой руки и титул Ичэнтинского хоу [37]. С тех пор Лю Бэя стали величать государевым дядюшкой Лю. Когда Цао Цао вернулся домой, к нему явились советники. Один из них, по имени Чэн Юй, желая угодить Цао Цао, сказал:
– Ваша слава растет день ото дня, почему бы вам не принять титул бавана – гегемона князей?
– У династии много советников, и я не хочу действовать опрометчиво, – отвечал Цао Цао. – Я уговорю Сына неба поехать на охоту, а там посмотрим.
Приказав выбрать лучших коней, ястребов и гончих собак, приготовив лук и стрелы и собрав за городом воинов, Цао Цао явился к государю, приглашая его на охоту.
– Охота не совсем пристойное дело для императора, – возразил государь. Но Цао Цао настаивал, и он не посмел отказаться.
Привесив к поясу драгоценный резной лук и колчан со стрелами с золотыми наконечниками, император сел на поданного ему коня и отправился на охоту.
Лю Бэй и его названые братья тоже решили принять участие в охоте.
Цао Цао ехал на своем рыжем коне, прозванном Летающая молния, в сопровождении многотысячной свиты. Охота предполагалась в Сюйтяне, и воины должны были оцепить это место на двести ли в окружности.
Цао Цао ехал рядом с Сыном неба, отставая от него лишь на голову коня. Сразу за ним следовали только его военачальники. Гражданские и военные чиновники, сопровождавшие государя, держались поодаль.
Когда подъезжали к Сюйтяню, Сын неба увидел Лю Бэя, который стоял у обочины дороги и почтительно его приветствовал.
– Мы хотели бы посмотреть охотничье мастерство нашего дядюшки, – промолвил государь.
Лю Бэй, выполняя повеление, вскочил на коня. Как раз в этот момент из травы выскочил заяц. Лю Бэй метким выстрелом сразил его на бегу. Император вскрикнул от изумления. Обогнув склон горы, они заметили, как из зарослей терновника выбежал большой олень. Император выстрелил раз, другой, третий, но промахнулся.