– Военачальники наши об этой хитрости ничего не знают, разве что Чжугэ Лян догадался, – сказал Чжоу Юй. – Постарайтесь это выведать у него и сообщите мне.
Поистине:
Хоть план его внести вражду был выполнен им смело,
Он испытать решил того, что непричастен к делу.
Если хотите узнать, что сказал Чжугэ Лян, прочтите следующую главу.
章节结束
Глава сорок шестаяЧжугэ Лян хитростью добывает стрелы. Хуан Гай сам подвергает себя наказанию
Итак, Лу Су отправился к Чжугэ Ляну и сказал:
– Простите, учитель, все эти дни из-за ратных дел у нас даже не было времени слушать ваши наставления.
– Пустяки, – промолвил в ответ Чжугэ Лян. – Вот я действительно виноват, что до сих пор не поздравил Чжоу Юя с великой удачей. У него хватило хитрости обмануть Цзян Ганя, и теперь, после казни Цай Мао и Чжан Юня, Цзяндуну больше не грозит опасность.
Лу Су не знал, что сказать, и поспешно откланялся.
– Смотрите, не говорите Чжоу Юю, что мне обо всем известно, – напутствовал гостя Чжугэ Лян. – А то как бы он из зависти опять не стал искать случая погубить меня!
Однако Лу Су обо всем рассказал Чжоу Юю, хотя обещал молчать.
– Чжугэ Ляна нельзя оставлять в живых, – заявил Чжоу Юй. – Я предам его казни на законном основании, и меня не в чем будет обвинить.
– Как же вы это сделаете? – поинтересовался Лу Су.
– Пока не спрашивайте, сами увидите.
На следующий день Чжоу Юй созвал к себе в шатер всех военачальников, велел пригласить на совет Чжугэ Ляна и обратился к нему с такими сло- вами:
– В ближайшие дни нам предстоит сражение с Цао Цао. Не скажете ли вы, какое оружие целесообразнее всего применять во время боя на воде?
– Прежде всего необходимо иметь луки и стрелы, – ответил Чжугэ Лян.
– Вполне с вами согласен, – промолвил Чжоу Юй, – но беда в том, что у нас не хватит стрел! Вот я и решил обратиться к вам, не возьмете ли вы на себя труд изготовить сто тысяч стрел. Дело очень важное, и я надеюсь, вы не откажетесь!
– Разумеется, раз вы приказываете, я не пощажу сил! – ответил Чжугэ Лян. – Осмелюсь лишь спросить, когда стрелы должны быть готовы?
– Через десять дней.
– Если мы так будем тянуть, то провалим великое дело! Ведь корабли Цао Цао придут со дня на день! – ответил Чжугэ Лян. – Дайте мне письменный приказ, и если я не исполню его, накажите!
Чжоу Юю только этого и надо было. Он вызвал войсковых писцов, которые тут же составили бумагу, потом велел подать вино. Чжугэ Лян выпил несколько кубков и откланялся.
– Он обманул вас! – воскликнул Лу Су.
– Что ж, пусть пеняет на себя! Все слышали, как он потребовал от меня письменный приказ. Теперь он в моих руках! Вот только надо приказать войсковым мастерам, чтобы они всеми способами тормозили дело и не снабжали его необходимыми материалами. Тогда он не поспеет в срок, и вина его будет очевидна. А сейчас пойдите разузнайте, что он там делает.
Повинуясь приказанию, Лу Су отправился к Чжугэ Ляну. Тот встретил его упреками:
– Ведь просил же я вас ничего не говорить Чжоу Юю! Видите, что получилось? Теперь только вы один можете спасти меня! Дайте мне на время двадцать легких судов, и чтобы на каждом было по тридцать воинов. На судах надо сделать навесы из черной материи и по бортам привязать по тысяче снопов соломы. Ручаюсь, что через три дня у меня будет сто тысяч стрел! Только прошу вас ничего не говорить Чжоу Юю, иначе он расстроит мой план.
Лу Су обещал молчать и на этот раз обещание свое сдержал. Чжоу Юю он сказал, что у Чжугэ Ляна есть свой способ изготовления стрел и что ему не нужны ни бамбук, ни лак, ни клей, ни перья.
Лу Су между тем подготовил двадцать быстроходных судов и снарядил их так, как ему было сказано.
Однако ни в первый, ни во второй день Чжугэ Лян ничего не предпринял. Лишь на третий, во время четвертой стражи, он пригласил Лу Су к себе в лодку и сказал:
– Едемте за стрелами.
Чжугэ Лян приказал все двадцать судов связать веревками и так идти к северному берегу. К счастью, в ту ночь все вокруг было окутано туманом, который скрыл даже небо.
Во время пятой стражи они приблизились к водному лагерю Цао Цао, и Чжугэ Лян приказал судам стать носом на запад и ударить во все гонги и барабаны.
– Что вы делаете? А если Цао Цао нападет на нас? – встревожился Лу Су.
– В такой туман он не рискнет, – уверенно возразил Чжугэ Лян. – Как только туман рассеется, мы уйдем. А пока давайте веселиться и пить вино.
– Немедленно выставить лучников! – распорядился Цао Цао, когда в лагере услышали звуки гонгов и барабанов. – Пусть отбивают врага стрелами. В бой не вступать: за туманом ничего не видно. Будьте осторожны! Как бы не попасть в ловушку!
Цао Цао послал людей в сухопутные лагеря передать Чжан Ляо и Сюй Хуану, чтобы немедля отправили на берег по три тысячи лучников.
Мао Цзе и Юй Цзинь, опасаясь, что враг ворвется на их корабли, приказали лучникам осыпать стрелами пространство перед водным лагерем. Десять тысяч человек стреляли не переставая. Стрелы сыпались дождем.
Чжугэ Лян повелел развернуть суда в линию с востока на запад и подставить их под стрелы. До самого восхода солнца на его судах гремели барабаны и раздавались воинственные крики воинов. А когда рассеялся туман, Чжугэ Лян приказал идти в обратный путь. Снопы соломы, привязанные к бортам судов, были сплошь утыканы стрелами.
И снова Цао Цао сокрушался, что поддался на хитрость Чжугэ Ляна. Преследовать вражеские суда было бесполезно – они ушли очень далеко.
На обратном пути Чжугэ Лян сказал Лу Су:
– Не так уж плохо достать сто тысяч стрел без малейших усилий. Верно?
– Вы необычайно мудры! – воскликнул Лу Су. – Но дозвольте спросить, как вы узнали, что сегодня будет туман?
– Быть полководцем и не разбираться в небесных знамениях, не понимать законов Земли, ничего не смыслить в темных и светлых силах природы, не обладать способностью изобретать военные планы, не знать, когда какими приемами вести бой, не уметь оценивать силу войск – значит быть бездарным! – отвечал Чжугэ Лян. – Еще три дня назад я рассчитал, что сегодня будет туман! Вот почему я и назначил трехдневный срок. Чжоу Юй предлагал мне десять дней, но не хотел предоставить в мое распоряжение ни мастеров, ни материалов. Он полагал, что я ничего не сделаю и у него будут все основания обвинить меня в нарушении военного приказа. Он хотел предать меня смерти! Жалкая попытка! Что может сделать Чжоу Юй, если судьба моя связана с Небом!
Лу Су почтительно склонился перед Чжугэ Ляном.
Когда суда подходили к берегу, пятьсот воинов, присланных Чжоу Юем, уже ожидали их. Чжугэ Лян велел им вытаскивать стрелы из соломы и складывать у шатра Чжоу Юя. Стрел было более ста тысяч!
Чжоу Юй сначала растерялся, когда Лу Су рассказал, каким образом Чжугэ Лян достал стрелы, а потом, печально вздохнув, произнес:
– Чжугэ Лян намного превосходит меня в изобретательности и способности предвидения!
Вскоре и сам Чжугэ Лян явился в лагерь. Чжоу Юй вышел из шатра ему навстречу и на все лады стал расхваливать:
– Какой у вас удивительный дар предвидения!
– Небольшая хитрость, только и всего, – отвечал Чжугэ Лян.
– Прошу вас дать мне совет, – продолжал Чжоу Юй, приглашая Чжугэ Ляна в шатер выпить вина. – Мой господин вчера прислал гонца: он торопит меня с выступлением, а у меня еще нет плана действий! Вчера мне удалось осмотреть водный лагерь Цао Цао. Устроен он великолепно, и обычным путем напасть на него невозможно. Я придумал один способ, но не уверен, годится ли он. Может быть, вы скажете мне…
– Подождите, господин командующий, ничего не говорите! – прервал его Чжугэ Лян. – Давайте напишем каждый у себя на ладони по одному слову, а потом сверим, совпадут ли слова или не совпадут.
Чжоу Юй приказал принести кисточку и тушечницу, что-то написал у себя на ладони и передал кисточку Чжугэ Ляну. Тот тоже написал. Они сели рядом и открыли друг другу ладони. У обоих было написано: «Огонь».
Израсходовав понапрасну более ста пятидесяти тысяч стрел, Цао Цао не переставал досадовать.
– Чжоу Юй и Чжугэ Лян большие хитрецы, – сказал ему советник Сюнь Ю, – голыми руками, как говорится, их не возьмешь! Может быть, заслать в Цзяндун лазутчиков? Пусть сделают вид, что перешли на сторону Чжоу Юя, и передают нам сведения. Зная обстановку, легче принять решение. Дело это можно поручить Цай Чжуну и Цай Хэ – младшим братьям Цай Мао. Пообещайте им награду и отправьте в Восточное У.
На следующее утро Цай Хэ и Цай Чжун в сопровождении пятисот воинов на нескольких судах при попутном ветре отплыли в Восточное У.
Представ перед Чжоу Юем, братья сказали:
– Мы решили сдаться вам, чтобы отомстить за старшего брата, безвинно убитого Цао Цао, и готовы, не щадя жизни, сражаться против этого злодея!
Чжоу Юй щедро наградил братьев, определил их в отряд к Гань Нину, а как только они ушли, призвал Гань Нина и предупредил:
– Будьте осторожны! Эти двое – лазутчики. Заметили вы, что они приехали без семей? Так что не спускайте с них глаз. В день выступления в поход мы их казним и принесем в жертву знамени.
Когда же Лу Су сказал Чжоу Юю, что братьям Цай нельзя доверять, Чжоу Юй ответил:
– Не будьте столь подозрительны! Иначе мы не сможем привлечь на свою сторону ученых людей Поднебесной.
Лу Су не стал возражать и отправился к Чжугэ Ляну. Но тот лишь посмеялся над его опасениями.
– Вы не понимаете хитро задуманного плана Чжоу Юя! – промолвил Чжугэ Лян. – Река Янцзы достаточно трудное препятствие для лазутчиков, которым приходится постоянно переправляться то туда, то сюда. Вот Цао Цао и решил, что ему выгоднее держать лазутчиков прямо у нас в стане. Но Чжоу Юй хочет перехитрить Цао Цао и делать так, чтобы лазутчики сообщали лишь то, что угодно ему самому. Чжоу Юй поступает правильно. На войне, как известно, обм