Очень кстати оказалось то, что она решила выяснить это в шумном баре.
Вообще-то, это был ресторан, однако никто ничего не ел. Клуб «Полковник Старр» находился в Федеральной башне, где размещались правления Корпорации реконструкции Сент-Луиса, а также ее многочисленных поставщиков. Таня пришла сюда, когда «счастливый час»[35] плавно переходил в нечто иное и у работающих вместе людей развязывались языки и руки, особенно если они находились далеко от дома.
Получилось так, что Тане даже не пришлось прибегать к своим уловкам. Достаточно было просто увидеть, как один лох, направляясь в туалет, выронил свой значок. Коллеги, с которыми он шумно обсуждал теории межведомственных заговоров, ничего не заметили, поглощенные размышлениями о своих тайнах.
Когда Таня покинула бар и посмотрела, какой доступ к секретной информации дает этот значок, она не смогла поверить в свою удачу.
Вот как получилось, что за полчаса до наступления комендантского часа Таня оказалась перед бетонной коробкой, в которой хранятся секреты. Несмотря на время, народу на улицах было много, что несколько успокоило Таню, хотя и показалось странным, особенно в этом деловом квартале.
Здание отделения дальних коммуникаций «Белл-Нет» находилось в самом центре Голубой зоны. Его можно было бы принять за административный небоскреб, если бы у него были окна. Тане исчерченное абстрактными вертикальными линиями здание показалось огромным чужеродным кенотафом[36], отмеченным единственным знаком – подсвеченным голубым колоколом, от которого по всей планете расходятся нити.
Это было место для роботов, а не людей, особенно тех людей, кто не должен был здесь находиться. Но Таня решила рискнуть. Утром значок будет блокирован, а такая удача больше не подвернется.
Таня даже не представляла себе, что она ищет. Ей нужна любая информация, неизвестно, что может пригодиться.
Она не стала терять время на то, чтобы изменить внешность, рассудив, что все равно не сойдет за Скотта Домбровски из Сетевого управления, но волосы все-таки забрала назад.
Ей удалось пройти гораздо дальше, чем она предполагала, прежде чем она пожалела о том, что не осталась на улице.
Через главный вход в вестибюль. Поздороваться с охранником, едва взглянувшим в ее сторону.
Открылась дверь ближайшего лифта, словно тот ждал Таню. Войдя в кабину, она снова приложила карточку доступа к считывателю и нажала кнопку последнего этажа. У нее ничего не получилось, как и с девятым этажом. В конце концов Таня остановилась на П-3, подземном уровне.
У нее мелькнула мысль, что после стольких неправильных попыток ввода карточка будет заблокирована.
Над панелью управления был экран, на котором крутили рекламные ролики военной продукции.
Когда двери открылись, в кабину влетел белый «глаз» без век, держащийся в воздухе на шести крохотных винтах.
Таня подняла голову.
Монитор наблюдений завис в воздухе, слегка покачиваясь, обрабатывая данные.
Таня попыталась его схватить, но он отпрянул, прежде чем она успела к нему прикоснуться.
Монитор вернулся, продолжая наблюдать за ней. Затем внутри прозвучал щелчок, и он полетел дальше, прежде чем Таня смогла придумать, как его обмануть.
Она зашла уже слишком далеко, к тому же ее сфотографировали. Возвращаться назад поздно.
Таня вышла в коридор, купающийся в жужжании тысячи вентиляторов. Потолок, вдвое выше обыкновенного, покрыт толстыми пучками проводов. Красных, желтых, оранжевых и белых. Стены были бетонные и из стали, выкрашенной в синий цвет.
Монитор наблюдения плыл под потолком, покачиваясь из стороны в сторону, время от времени спускаясь вниз, чтобы заглянуть в окна и обменяться информацией с панелями сигнализации на дверях.
Таня двигалась следом за ним, по коридору и за угол, через железную дверь с буквенно-цифровым кодом. Маленький «глаз» завис перед дверью, раздалось громкое механическое гудение, после чего дверь открылась с металлическим стуком.
Шагнув в дверь, Таня оказалась в библиотеке, заполненной от пола до потолка полированными черными коробками. Единственный свет исходил от сотен диодов, мигающих на внешних панелях серверов, подобно печальной цветомузыке для крохотных роботов.
Воспользовавшись телефоном в качестве фонарика, Таня изучила серверы, ища какое-нибудь указание на то, что сможет привести ее к чему-то полезному.
На некоторых серверах имелись имена, напечатанные на маленьких белых наклейках. Многие имена были одинаковые.
левиафан 187.65.747.2.421
левиафан 187.65.747.2.422
левиафан 187.65.747.2.423
И так далее.
Таня все сфотографировала.
Она попробовала поднять один маленький левиафан за ручки на передней панели, но тот оказался закреплен в стойке. Таня попыталась подцепить его рычагом, но он выдал электрический разряд, от которого ее волосы попытались распрямиться.
– Эй! – окликнул ее голос.
Выключив фонарик, Таня присела за стойкой с серверами.
Послышались приглушенные тональные сигналы информации, вводимой с клавиатуры.
И тишина. Только жужжание бесчисленных вентиляторов.
Лязг металла о металл.
Дверь закрылась. Пробивавшийся из коридора свет погас.
Твою мать!
Оглядевшись по сторонам, Таня пригнулась и двинулась по лабиринту не тем путем, которым она сюда попала.
Завернув за стойку, она увидела слабый голубой свет. Исходящий от пола.
Таня услышала тихий хруст, совсем близко. Почувствовала запах пыли, кофе и дешевого мужского дезодоранта. Затем увидела луч фонарика.
Таня двинулась дальше, стремясь найти другой выход. Следуя за голубым светом, она оказалась у лестницы, ведущей вниз. В воздухе чувствовался слабый запах горелого силикона. Похоже, это был не выход, а совсем наоборот.
– Эй! – окликнул «фонарик». – Кто там?
Таня спустилась вниз, два длинных пролета, как можно бесшумнее.
В нескольких шагах от лестницы находилась стеклянная кабинка, помещение с прозрачными стенами внутри погруженного в темноту пространства. Свет исходил от толстых пучков прозрачных кабелей под потолком. Вдоль одной стены стояли в три ряда компьютерные мониторы, на которые выводились самые разные данные: графики, цифры, схемы сетей. Перед ними сидел тощий парень в черной рубашке, набирая на клавиатуре, щурясь на мониторы, вращая ручки панели управления, напоминающей оборудование будущих технологий, собранное из устаревших деталей.
Посреди помещения на маленьком столе стоял телевизор средних размеров, подключенный к пучку светящихся кабелей, спускающихся с потолка.
На экране было изображение лица мужчины, зернистое, черно-белое. Лысый мужчина в очках, говорящий слова, которые Таня не слышала. Изображение было настолько размытым, что у Тани мелькнула мысль, не плод ли оно ее воображения, следствие ложного распознавания образов. Почему-то у нее возникло непреодолимое желание разбить телевизор. Но вместо этого она сфотографировала экран.
Когда техник обернулся, почувствовав чье-то присутствие за спиной, он увидел лишь маленький белый беспилотник.
У Далласа было три пистолета, поэтому один он вручил Сигу, большой револьвер, обращаться с которым было проще всего. Селина достала из машины длинную охотничью винтовку. Сиг подумал, что в Техасе оружия, пожалуй, больше, чем жителей.
Сиг, пригнувшись, стоял рядом с Далласом. Находясь за гаражом, они изучали место действия. Они помогли Клинту взобраться на крышу, где он, вооруженный карабином, собирался занять позицию за кондиционером. Клинт похвалился Сигу, что его карабин с полностью автоматическим огнем, сделанный на заказ его знакомым оружейником, работающим подпольно, изготовлен из купленных в магазине заготовок и кустарных мелких деталей.
Похоже, его обидело то, что на Сига это не произвело впечатления.
Сигу была видна Селина, притаившаяся среди деревьев вверх по склону, снимающая происходящее через оптический прицел винтовки. Это Селина уговорила Сига отправиться вместе с Далласом и захватить с собой Локо.
Собака стояла рядом с Сигом на коротком поводке. Она была в наморднике, чтобы не лаять; хоть она и рычала, за ревом реактивных двигателей этого не было слышно.
Сиг подтолкнул Далласа, заставляя его подойти ближе, выглянуть из-за угла гаража. Увидев, как его дородный товарищ незаметно высунулся из-за угла, чего он от него никак не ожидал, Сиг подумал о нутрии, о том, как она движется в сумерках, оставаясь невидимой у всех на виду.
Сиг проверил револьвер. Оружие было старым, с красным орлом на рукоятке, но, судя по виду, оно находилось в рабочем состоянии.
Даллас указал на самолет. Один человек сидел в кабине, в больших наушниках, и говорил в микрофон. В иллюминаторы были видны двое мужчин в костюмах, занятых заключенными. Еще один мужчина в белой ветровке обходил вокруг самолета, проверяя все мелочи. Два человека в комбинезонах отсоединили толстый топливный шланг от крыла и, скатав, убрали его в машину. Задний люк, ведущий в грузовой отсек, был открыт. Мужчина в костюме наблюдал за тем, как его молодой напарник в бейсболке и двое рабочих загружают поддоны.
Рев двигателей усилился, но Сиг и Даллас находились близко и услышали, как пилот крикнул главному мужчине в костюме, тому, у которого волосы были тронуты сединой:
– Эй, Горват, ты настаиваешь на том, чтобы мы сначала заглянули в Новый Орлеан? Прежде чем доставить этих изменников на фамильное сборище? Я хочу составить новый полетный план.
Горват, главный в костюме, приложил руку к уху, затем показал большим пальцем вниз.
– Нет, нет и еще раз нет! – крикнул он в ответ. – Слушай внимательно. Первая остановка в Новом Орлеане. Нам нужно забрать Холта, возможно, мы возьмем и других пассажиров, переведенных из «Купола». Потом Джексонвилл, выгрузка «машин свободы». Затем Квантико, доставляем блудных политиков и богатство. Холт говорит, сам президент хочет быть там, чтобы встретить наших пассажиров и груз. Понятно?