Дорогие товарищи!
Редакция русского «Бюллетеня оппозиции» препровождает вам при сем составленный тов. Маркиным[386] обзор положения русской оппозиции. В основе обзора лежат несомненные данные, полученные из первых рук. Картина, нарисованная на основании этих данных, имеет поистине ужасный характер. Некоторых иностранных товарищей удерживает от решительных форм протеста опасение повредить Советской республике. Опасение это само по себе свидетельствует о правильном политическом подходе к делу. Но борьба против сталинских зверств над оппозиционерами вовсе не требует ни уличных демонстраций, ни расклейки прокламаций и пр. Буржуазное общественное мнение относится, разумеется, с полным безразличием к истреблению большевиков, и не к нему мы собираемся обращаться. Наши главные усилия должны быть направлены в сторону рабочих-коммунистов. Надо им рассказать с фактами в руках, в каких условиях левая оппозиция в СССР борется за Октябрьскую революцию. Здесь нужны величайшая настойчивость и неутомимость. Надо давлением снизу создать невыносимое положение для официального руководства компартий. А для этого нужен не единовременный торжественный протест, а систематическая работа среди рабочих-коммунистов, проникновение на собрания, рассылка писем по коммунистическим адресам, наконец, упорные и настойчивые беседы с отдельными рабочими-коммунистами. Таким путем борьба за спасение русских оппозиционеров тесно сольется с борьбой за освобождение компартий от их деморализованного руководства.
Мы твердо надеемся на то, что все секции интернациональной левой тщательно обсудят план кампании и проведут ее с необходимой энергией.
С коммунистическим приветом
Л. Троцкий
Принкипо, 29 июня 1930 г.
Циркулярное письмо в СССР[387]
Дорогие друзья!
Несколько беглых и предварительных замечаний о XVI съезде, с протоколами которого я ознакомился крайне недостаточно.
1. В партии окончательно установлен плебисцитарный режим. Бюрократия, не смеющая ставить вопросы на разрешение масс, вынуждена иметь официального «главу» для поддержания своей монолитности, без чего она была бы обречена крушению. Партийная подготовка бонапартизма завершена.
2. В области индустриализации бюрократия под треском архилевых фраз совершенно отказалась от классовых, марксистских критериев. Ножницы промышленных и сельскохозяйственных цен объявлены буржуазным предрассудком. Ни слова о «ножницах» внутренних промышленных и мировых цен. Между тем это два важнейших критерия, определяющие удельный вес социализма внутри и вовне. Ни слова об инфляции, т. е. о денежной системе, которая есть важный показатель хозяйственного равновесия и его нарушений. Индустриализация совершается с потушенными фонарями больше, чем когда бы то ни было.
3. Возведение коллективизации на ступень социализма означает по существу запрещение следить за дифференциацией внутри колхозов и между колхозами. Деревня снова будет окрашиваться яковлевской статистикой[388] в однородный середняцко-социалистический цвет. Марксистские фонари потушены и здесь.
4. Плебисцитарная диктатура ВКП, отныне официально установленная, означает такую же диктатуру в Коминтерне, хотя бы и через посредство проконсула Молотова[389]. Плебисцитарный режим не выносит не только оппозиции, но и простого сомнения в непогрешимости руководства. В СССР это отдает окончательно официальную партию в руки государственного аппарата. В капиталистических странах это обрекает партии на непрерывные расколы и сектантски-чиновничье вырождение.
5. На профессиональные организации, связанные с компартиями, ныне целиком перенесен тот же плебисцитарный режим. Коммунистические бюрократы внутри профсоюзов не выносят (или им запрещено выносить) соприкосновения с людьми, не уверовавшими окончательно в непогрешимость плебисцитарного руководства.
6. Проживать политический капитал победоносной пролетарской революции можно долго, особенно на основе экономических успехов, автоматически обеспеченных самой революцией, — до нового большого кризиса. Но накоплять политический капитал такими методами невозможно. Это значит, что нынешний режим и связанная с ним политика чреваты новыми и новыми кризисами в Коминтерне.
Выводы:
Так как партийная масса распылена окончательно, то единственная возможность сохранить и увеличить шансы реформистского пути развития Октябрьской революции и партии Ленина требует создания правильно действующей, централизованной организации большевиков-ленинцев, вооруженной достаточными техническими средствами для систематического воздействия на общественное мнение распыленной партии.
Не меньшее значение имеет дальнейшее развитие централизованной международной фракции левой оппозиции.
Самое опасное было бы убаюкивать себя маниловскими надеждами на то, что все как-нибудь устроится само собою. Дальнейшая полупассивная политика означала бы, помимо всего прочего, постепенное физическое истребление наших лучших кадров. Политическое наступление означает лучшую самооборону. Но это наступление опять-таки требует правильной организации, рассчитанной на систематическую работу в партии.
[25 июля 1930 г.]
Циркулярное письмо в СССР[390]
Дорогие друзья!
Мы до сих пор еще не получили текст обращения к XVI съезду[391]. Насколько можем судить по косвенным сведениям, сообщаемым в письмах, обращение написано в твердом и достойном тоне, который один только и отвечает нынешней обстановке.
Организации наших иностранных единомышленников вошли в полосу роста и расширения своей деятельности. В Париже к Лиге коммунистов примкнула внушительная и серьезная группа индокитайских эмигрантов. Она устроила перед дворцом президента демонстрацию с плакатом, требовавшим отмены смертной казни для 39 индокитайских революционеров. Демонстрация, немногочисленная, но хорошо организованная, застигла полицию врасплох, длилась полчаса и вызвала бешеные статьи всей буржуазной печати. Двенадцать товарищей арестовано, из них одиннадцати индокитайцам грозят суровые тюремные кары. Коммунистическая Лига решила свой еженедельник «Веритэ» выпускать отныне два раза в неделю. Кроме того, она выпускает в большом количестве прокламации и листки.
Я уже сообщал вам, что в итальянской партии мы получили очень серьезную группу единомышленников (помимо бордигистов, которые держатся выжидательно, не решаясь делать бесповоротные шаги без Бордиги[392]). Итальянские единомышленники выпускают брошюру Т[роцкого] о «третьем периоде» на итальянском языке. В Испании должен был 1 июня выйти первый номер газеты «Против течения». В Бразилии начало выходить оппозиционное издание на португальском языке[393]. В Париже, кроме «Веритэ» и солидного ежемесячника «Ля Лютт де клясс», вышло уже три номера еврейской оппозиционной газеты[394], которая находит теперь интернациональное распространение (Соединенные Штаты, Аргентина). Только за последнее время мы завязали связи в Англии, которые обещают развиться. Чехословацкие оппозиционеры участвовали в первомайской демонстрации компартии со своим особым плакатом: «Да здравствуют советские Соединенные Штаты Европы!» Это был единственный плакат, отобранный полицией.
Наши единомышленники в капиталистических странах отличаются тем ценным качеством подлинно пролетарского революционного течения, что серьезно изучают тексты, вдумываются в вопросы, учатся ходить на собственных ногах. Есть все основания рассчитывать на то, что в течение ближайшего года мы сделаем очень крупный шаг вперед. Официальным компартиям все труднее и труднее будет отбиваться от атак оппозиции идиотскими сплетнями насчет «контрреволюционности» и проч. Путь в ВКП может открыться через Коминтерн. Это, конечно, не значит, что внутренняя работа в СССР отходит на второй план. Нет, без этой внутренней работы интернациональная оппозиция была бы крайне ослаблена. Но так как за границей отсутствуют механические препятствия для успехов оппозиции, то политические и организационные результаты оппозиционной работы могут в Европе обнаружиться и, так сказать, созреть раньше, чем в СССР. Общий вывод: несмотря на все трудности, у оппозиции есть все основания с доверием глядеть в завтрашний день.
[Июль 1930 г.]
Письмо венгерским товарищам
Дорогие товарищи!
Ваша мысль: объединить передовые пролетарские элементы венгерской эмиграции, чтобы в тесной связи с революционными элементами внутри Венгрии противопоставить ленинизм сталинизму и белакунизму, — эта мысль вытекает из всей обстановки, и ее можно только приветствовать.
Венгерская революция[395], как всякая разбитая революция, имеет обширную эмиграцию. Задачей эмиграции не раз уже бывало в истории: содействовать подготовке новой революции.
Что для этого нужно? Проверить опыт первой венгерской революции. Это значит: подвергнуть беспощадной критике руководство Бела Куна[396] и Ко. Силу большевизма, позволившую ему совершить Октябрьскую революцию, составляли прежде всего два вопроса: правильное понимание роли партии как систематического отбора наиболее выдержанных и закаленных элементов класса; правильная политика по отношению к крестьянству, прежде всего в области земельного вопроса. Несмотря на то что Бела Кун наблюдал Октябрьскую революцию вблизи, он не понял ее движущих сил и методов, и, когда ходом обстоятельств о