Майор, оторвавшись от бумаг, несколько долгих секунд сверлил Ивана мрачным взглядом. Бобров улыбнулся:
— Можно мне закурить?
Мужчина вытащил из внутреннего кармана портсигар и протянул заключённому.
— Благодарю.
Офицер кивнул, принимая благодарность.
— Майор Григорий Мышкин, старший следователь.
— Иван Бобров, бывший наследник ECS, ныне временно безработный. Приехал к семье моей матери несколько дней назад.
— К Бабищевым? — уточнил майор.
Без его на то желания у Ивана прорвалось раздражение, выразившееся в чуть поджатых губах.
— Да, к ним. Но, предугадывая следующий вопрос, я не остался у них гостить. Мы с Анной Алексеевной поссорились. Я жил на съёмной квартире.
Григорий вздохнул, отложив папку. Зевс уже успел передать Ивану, что в досье, помимо уже озвученного, ничего нет.
— Я, признаться, в растерянности, — признался Мышкин.
— Понимаю, о чём вы, — тут же подхватил Бобров. — Я тоже был растерян, когда увидел сюжет сегодня. Тот, где я и госпожа Асафьева объявлены в розыск. Именно по этой причине я пришёл, разобраться в этом недоразумении. Потому что никаких преступлений я не совершал.
Майор, чуть подумав, тоже закурил.
— Господин Мышкин…
— Просто Григорий, — разрешил мужчина.
— Григорий, во Владивостоке меня плотно опрашивали оперативники Имперской Службы Безопасности…
На этих словах Мышкин подобрался, внимательно слушая продолжение.
— Компания моего отца выполняла некоторые контракты, — Иван неопределённо помахал рукой. — Некоторые, не будем вдаваться. Их интерес ко мне, как к одному из выживших, понятен. И когда я рассказал всё, что знал, меня попросили пожить в Москве некоторое время. И вот я… живу.
Иван развёл руками, как бы извиняясь.
— Самое страшное и близкое к нарушению закона, что я делал за эти дни — играл в азартные игры на деньги.
Григорий вздохнул.
— Понятнее не стало. Я сделаю звонок в ИСБ. И Бабищевым. У меня нет состава преступления, так что я, формально, даже задерживать тебя не имею права, — он сделал длинную затяжку. — А барышня Асафьева?
— Последний раз видел её на гонках.
Мышкин кивнул, показывая, что понял, о чём идёт речь.
— Да, её там многие видели. Вот только она-то как раз куда-то пропала. Пока я так понимаю, что имеет место ошибка. Будем разбираться.
— Спасибо. Готов оказать любое содействие. Я — законопослушный гражданин.
Майор поднялся.
— Ты же практик?
Иван кивнул.
— Всё верно.
— Какой круг?
Бобров смущённо улыбнулся, ещё и ножкой под столом пошаркал.
— Недавно выкарабкался на седьмой, — самую малость приврал он.
Мышкин опешил и медленно сглотнул ком в горле. С большим скепсисом посмотрел на наручники. Несмотря на укрепление, они могли бы помешать практику уровня пятого, и то недолго. А ещё обвинение в мошенничестве становились и вовсе нелепыми. С такими способностями Иван в лёгкую мог найти очень высокооплачиваемую работу. Ну а будь он преступником — ни за что не стал бы приходить в полицию сам.
— Спасибо за сотрудничество, — выдавил Григорий.
— Спасибо за отличные сигареты, — ответил Иван.
После чего Боброва предельно вежливо препроводили в одиночную камеру. Мешок на голову водружать не стали. Ивану даже показалось, попроси он снять наручники — такую услугу ему окажут.
«Ситуация не прояснилась,» — констатировал Иван. — «Но Мышкину я даже сочувствую немного.»
«Посмотрим на его реакцию,» — не стал спешить с оценкой Зевс.
Бобров вновь расположился на койке, ожидая дальнейшего развития событий. Однако долго лежать ему опять не дали, уже минут через сорок дверь открыли и в камеру вошёл тот же майор.
— Ваши руки, Иван.
Бобров, вставший ещё при звуках поворота ключа, протянул руки полицейскому, тот расстегнул наручники.
— За вас внесли залог. Да и в любом случае у полиции нет к вам претензий. Никаких ограничений на перемещения не накладываются. Вы полностью свободны.
Кажется, Григорий сам испытывал облегчение по этому поводу. Наверняка подозревал какие-нибудь разборки между родами, а, отпуская Ивана, снимал с себя любую ответственность.
— Благодарю вас, майор. Один вопрос, а кто залог-то внёс?
— Господин Бабищев. Он вас ждёт.
Иван удивился. От родственников он помощи ожидал в последнюю очередь.
Далее последовала процедура, обратная заключения под стражу. Ему вернули документы и деньги, большего при себе и не было, и просто отпустили.
«Совсем не то, на что я рассчитывал,» — немного пришибленный резкой переменой признался Иван. — «Как-то мой план сработал совсем не так.»
Зевс выразил молчаливое согласие.
На улице Боброва ждала чёрная волга и высокий мужчина, у которого на лице было написано, сколько поколений предков старательно растили породу и культивировали лучшее из возможного. Мужчине на вид было лет тридцать, то есть по факту все сорок, а может, и больше. Чёрный строгий костюм, стильная стрижка, дорогая обувь. Отец Ивана одевался так, когда шёл на какой-нибудь приём или официальное мероприятие.
— Иван, — Бабищев жестом поманил к себе.
Бобров спокойно подошёл к машине.
— Неожиданная встреча.
Мужчина вздохнул:
— В каком-то смысле да. Прежде чем мы нормально познакомимся, должен заметить. Чаще всего я категорически несогласен с теми решениями, что исходят от Анны Алексеевны. То есть практически всегда. Если это возможно, давай начнём твоё знакомство с моей семьёй заново. С чистого листа.
Иван чуть поморщился.
— Признаюсь, это будет непросто. Первое впечатление, его можно произвести только раз. А уж Анна Алексеевна постаралась от души, чтобы впечатление было неизгладимым. Но… — он вздохнул. Вспомнил обещание, данное Ольге, и решился. — Но я согласен дать вашей семье ещё один шанс.
Мужчина улыбнулся самыми уголками губ, протянул руку для рукопожатия.
— Олег.
Бобров пожал крепкую, но ухоженную ладонь.
— Иван.
— Присаживайся.
Роскошный седан премиум класса… Всё равно оставлял у Ивана ощущение какой-то недоработанности, колхозности. Вроде бы комфортные сидения, но в позе ощущается неудобство. Вроде бы шумоизоляция, но стук двигателя в салоне всё равно слышно. Вроде бы и поехала машинка гладко, но первая же ямка на дороге ощутимо стукнула в попу.
— Расскажешь, как так получилось, что ты оказался в полиции?
Вопрос был ожидаем, но Иван ещё не пришёл к решению, что будет, а что не будет рассказывать.
— Уверен, что хочешь знать? А то я пока сам не знаю, во что именно вляпался, и даже примерно какой у этого масштаб.
Олег задумался и, что-то для себя решив, кивнул.
— Да, уверен. Я работал с твоим отцом и тебя считаю племянником, пусть и троюродным. И как члену семьи, обязан помочь. Так что рассказывай.
Ивану вспомнились слова Кати о семье. Что же, теперь у него есть возможность на практике узнать, кто из них в тот момент был прав.
Глава 28
— Будешь кофе? Чай? Выпить? — предложил Олег.
Он привёз Ивана в офис компании с громким названием «Небесная Кузня». На вкус Боброва название было слишком… Просто слишком. Но, справедливости ради, компания имела богатую историю, и довольно длинную, тянущуюся с тринадцатого века. Тогда это была мастерская, принадлежавшая совсем другому роду. Всей истории Иван банально не знал, не интересовался более чем в общих чертах. Когда он ещё работал на фирме отца и узнал, что именно «Небесная Кузня» являлась основным российским поставщиком ECS, навёл некоторые справки. Компания являлась поставщиком всего, от банальных материалов, вроде той же стали, до микросхем, чипов и прочей высокотехнологичной продукции.
— Виски со льдом будет идеально, — ответил Иван.
Сейчас история компании его не волновала совершенно. Даже общее направление современной деятельности головной фирмы Бабищевых его не заботило. Компания и компания. Не всё ли равно, чем именно они занимаются, подгузниками или космическими челноками? Он ко всему этому отношение имел чуть больше, чем никакое.
— Леночка, мне кофе, а гостю виски со льдом, — выглянув за дверь, распорядился Олег.
Они заняли приёмный кабинет. Или кабинет для переговоров. Все называли эту комнату по-разному, в зависимости от личных предпочтений.
— И вот мы едем на поезде в Москву, — продолжил прерванный рассказ Иван.
Чосонские события он описал примерно в той же версии, какую скормил ИСБ.
— Дальше до момента, когда Анна погнала тебя из особняка, я знаю, — прервал Ивана Бабищев. — Если тебе интересно, на следующий день мы, управляющие группой компаний, устроили Анне настоящий скандал. Поставили ультиматум, либо она вместе со своим… А, ты не знаешь. Домоправителем работает её любовник.
Иван ощутил изрядный скепсис по поводу этого заявления, что было написано на его лице.
— Сейчас-то понятно, они оба уже не в том возрасте, это всё было в молодости. Но Анна устроила его на тёплое место поближе к себе. Мне этот крысёныш никогда не нравился, он уже не единожды пакостил, считая, что помогает своей возлюбленной. Так вот, ультиматум. Либо Анна вместе со своим обожателем отправляются жить в Верхний Уральск, рассказывать белкам, как по этикету раскладывать орехи в дупле. Либо крысёныш лишается работы и выходного пособия, потому что он всех достал, и идёт на все четыре стороны.
Олег вздохнул.
— Анна нас полчаса стращала карами и угрозами. В общем, вела себя безобразно. Но поняла, что угрозы её отчего-то совсем на нас не действуют, а уезжать к белкам ей категорически не хочется, — Олег улыбнулся. — Лицо этого старого идиота было непередаваемо.
Иван хмыкнул:
— Да уж. Я его успел за один разговор невзлюбить. Представляю, как он всех достал за годы. Но к сожалению, ложка хороша к обеду. Возвращаться в поместье я не буду.
Помимо озвученной мотивации, у Ивана была ещё одна. Неведомые люди в боевой броне могли наведаться к нему повторно. И встречать их в доме, полном пусть нелюбимых, но родственников, он не хотел.