Я высыпала деньги на стол и стала дожидаться, когда сделают гравировку, поглядывая на настенные часы. Я знаю, что сегодня Абель приедет поздно, но это - не повод самой опаздывать. Не хочу попасть под горячую руку и нарваться на скандал. Он и так не духе, что очень чревато.
- Часы на цепочке, сударыня, называются «брегет»! – заметил хозяин, вручая мне мою покупку, - Пусть носит их с удовольствием.
Я заметила, что некоторые упыри, с которыми я часто общаюсь, стараются не цыкать зубом в моем присутствии. Из вежливости. Я уже привыкаю к их менталитету, к их манере общения, к их вкусам и привычкам. А некоторые из них постепенно привыкают ко мне.
Вечером, я дождалась Абеля и вложила ему в руку часы. А потом молча развернулась и пошла в свою комнату. Дело сделано. Думаю, что он поймет, что я имела в виду.
Пока что мы остановились на завоеванных позициях. Светская хроника волновалась. Неделя прошла, вторая уже на подходе, а меня не попросили с вещами на выход? Как так то? Ушат грязи и тонна ненависти с женской стороны сопровождали любой комментарий, посвященный моей скромной персоне. Дамы строили свои предположения, на основании простого постулата: «на ее месте могла быть я!». Они обсуждали мою внешность, критиковали мою одежду и манеру себя вести, возмущаясь «его вкусом». Мужская сторона делала ставку на мои вкусовые качества. В прямом смысле этого слова. Но самое интересное, что при всей ненависти, мне пытались писать на почту просьбы о помиловании, пожелания по работе Магистрата и прочую чепуху, на которую я стоически не отвечала. Извините, но я – не личный секретарь фрюста. И совать нос в его дела, я не собираюсь. Абель достаточно четко дал понять, что его работа – это последнее, что должно меня волновать. Он никогда не обсуждал со мной рабочие вопросы, не просил совета, не жаловался. Я была взаимно любезна и не заикалась о своей работе, тем более, что на моей работе пока что все шло как по маслу. И моей заслуги в этом не было.
Шесть часов. Четверг. Я собрала вещи, закрыла дверь офиса, потому как Ренель решил, вопреки предупреждению, смотаться пораньше, и отправилась домой.
Стоило мне войти в гулкий и пустой коридор, как ко мне подлетела служанка, прося позволения отнести мои вещи в мою комнату. Другая служанка повела меня по коридору.
Я толкнула дверь, которая раньше была закрыта и вошла в полупустой зал, где возле зашторенного окна стоял Абель. Свечи стали гаснуть одна за другой, медленно погружая зал в полумрак.
- Благодарю вас за терпение, - усмехнулся он, стоя в шаге от меня. Свечи продолжали гаснуть. Становилось все темней и темней.
- Дайте мне вашу руку, - тихо приказал он, протягивая левую руку. Я усмехнулась, вспомнив, как я в первый раз выбиралась из кареты, и что пришлось выслушать. Интересно, если бы тогда мне удалось бы заглянуть в будущее, как бы я себя повела? Странно думать, мысленно возвращаясь в прошлое, о том, что странная встреча, язвительные замечания и колкости, отпущенные в мой адрес со спокойным лицом, приведут к тому, что мы будет жить вместе?
Я посмотрела ему в глаза, делая вид, что сомневаюсь, а потом положила свою руку поверх его руки. В комнате стало почти полностью темно. Ветер звенел стеклами. Я чувствовала, как он слегка сжал мои пальцы, словно, боясь, что я внезапно отдерну ее. Пусть так думает. Так даже интересней.
- Вам холодно? - поинтересовался Абель, наклоняясь ко мне.
- Немного, - тихо ответила я, чувствуя волнение. Погасла последняя свеча и в зале воцарился мрак. Я не видела его лица, но чувствовала его прикосновения.
Его рука медленно стала снимать с меня накидку, нежно прикасаясь к моей шее, а потом скользя по моим плечам вниз. Он отпустил мою руку, и накидка упала на пол. Я почувствовала, как он плавно скользит левой рукой по моей талии, а правой рукой ловит мою руку и кладет ее себе на плечо. Я осторожно прикоснулась к его волосам, а потом аккуратно отбросила их ему за спину.
- И че? – орал недобитый таракан, - Репетиция выпускного вальса? Па-а-азор! Нашла с кем его репетировать! Хоть бы музычку нашли нормальную, а то будете наворачивать круги в тишине и темноте! Так и споткнуться недолго! Учти, если он тебя уронит ненароком, то в этом доме хромать будут все!
Остальные тараканы, стоящие в темноте с зажигалками и с замиранием сердца, предвкушающие танец, оттащили недобитыша и всыпали ему всеми лапами, особо не церемонясь.
- Знаете, чем мне нравится темнота? - негромко заметил Абель, прижимая мою вторую руку к своей груди, - Он скрывает все различия. Перед ней все равны. В темноте мы становимся сами собой. Нам не нужно думать о том, что о нас подумают другие.
Я, едва касаясь, провела рукой по его шее, наслаждаясь запахом шоколада. Я ощущала пальцами мягкое кружево воротника, а потом скользнула рукой по его волосам. Он провел рукой по моей спине. Я высвободила вторую руку и провела рукой по его щеке, чувствуя, как он обнимает меня за талию двумя руками.
- Я не стану наклонятся к вам, - усмехнулся Абель, отстраняясь от моей руки.
Я убрала руку. Хм…
- Мне проще сделать так… - прошептал он, поднимая меня на руки, прижимая к себе. Я обхватила его шею и медленно наклонилась к его губам. Я почувствовала, как меня куда-то понесли. Он опустился в кресло, усадив меня на колени.
- Нет, ну я так не играю! – заорал таракан, снимая побои, - Еще чего не хватало! Сейчас как грызнёт – мало не покажется! И потом не говорите, что я не предупреждал! Ай! Да вы все с ума посходили! Он же – вампир! Вам-пир!
- Утихни, скотина! Из-за тебя самое интересное пропустим, - заорали другие тараканы, угрожая очередной физической расправой.
Я сидела на коленях в темноте и целовала его лицо. Он отвечал на мои поцелуи, а потом его рука осторожно убрала мои волосы с шеи. Я задрожала, понимая, чем дело кончится.
- Ему мама не говорила, что с едой играть не хорошо? – заорал побитый таракан, пытаясь спастись от агрессивных сотоварищей, которые уже прижали его к стене.
- Тебе холодно, - вздохнул Абель, переходя на «ты» и с усмешкой приближаясь к моей шее, - Ты вся дрожишь.
Его рука сдавила мою талию железной хваткой хищника. Другой рукой, которой он гладил мое плечо, он провел по моей шее, поигрывая прядью волос.
- Ты меня боишься? – прошептал он, поднимая чуть светящиеся в темноте глаза на меня. Я все еще обнимала его за шею. Я напряглась, чувствуя, что внутри меня что-то переворачивается. Во рту пересохло. Я в любой момент готова была дернуться, а пока что просто застыла в мучительном ожидании.
- Им всем только одно и надо! – орал охрипший таракан, ползая по полу. Его товарищи замерли на месте, как вкопанные, не отрывая глаз от экрана.
- Почему ты меня боишься? – я чувствовала его дыхание на своей шее. Он провел пальцем по моим губам.
- Я дал тебе повод меня бояться? - прозвучал тихий вкрадчивый голос, пока его пальцы нежно поглаживали мою шею.
Абель чуть отклонил мою голову в сторону, словно играя со мной в какую то, не побоюсь этого слова, страшную игру.
- Твое сердце сейчас выскочит из груди… Я это чувствую… Интересно, это – страх или что-то другое, - тихо произнес он, и я снова кожей ощутила его дыхание.
- Темнота иногда скрывает преступления, - прошептала я, чувствуя, как от волнения мои внутренности начинают вращаться по орбите позвоночника.
- Преступления? – переспросил Абель, немного отстраняясь, - Да, сударыня, вы – преступница. Вас впору заковать в кандалы, о которых вы говорили в прошлый раз, но это было бы слишком мягко. И вы прекрасно знаете, в чем заключается ваше преступление. А, как известно, за любое преступление должно последовать наказание… Так вот, приговор я вам уже вынес…
Он сжимал меня все сильнее и сильнее. Я вцепилась руками в его шею, чувствуя, смесь животного ужаса и необъяснимой нежности. Я снова ощутила дыхание на своей шее, напряглась и почувствовала … поцелуй, вместо вполне ожидаемого укуса. Сердце опять ухнуло вниз. Хватка слабела, поцелуй шеи все продолжался, приводя меня в замешательство и в какой-то странный трепет.
Я дрожащими руками прижала его голову к своей груди, перебирая его волосы.
- Я расцениваю это, как попытку подкупа правосудия, - заметил Абель, усмехнувшись, - А это усугубляет вашу вину.
- Вы сильно отличаетесь от них… - заметила я, чувствуя, как он отстранился, - Кто вы?
- Кто я? – удивленно спросил он, - Дайте-ка подумать? Хм… А на кого я похож?
- На человека… - вздохнула я, понимая, что может последовать за таким откровением, - Вы похожи на человека… Но вы – не человек. Вы мыслите, как человек. Я много общаюсь с вампирами. У них на уме одна кровь. Они одержимы ею. У меня такое чувство, что на них надели намордники и научили ходить прямо, но в душе они страстно желают содрать намордник и снова упиваться кровью. Для вас кровь, пусть вы ее и пьете, не настолько важна. Иначе бы я видела вас со стаканом круглые сутки. Вы ни разу не цыкнули зубом в моем присутствии. И в момент первой встречи вы меня сильно этим удивили. И, судя по всему, вы бывали в моем мире.
Воцарилась тишина.
- Интересное предположение. Я похож на человека? Забавно. Мне никто и никогда не говорил о том, что я похож на человека… - усмехнулся Абель и замолчал.
Я нервничала. Сильно нервничала. Зря я начала этот разговор.
- Простите за нескромный вопрос, а в чем, по – вашему, измеряется человечность? Есть какие-то критерии или это просто ваше «ощущение»? - поинтересовался Абель.
- Ощущение… - осторожно заметила я, чувствуя себя сапером.
- Ощущение, значит. Странное у вас, «ощущение», сударыня, - спокойно заметил он, проводя рукой по моему плечу.
- И то, что вы не обиделись на такое сравнение, только усиливает мое «ощущение», - заметила я, проводя рукой по его груди.
- Мне кажется, что ваше «ощущение» вас обманывает. Вы просто верите в то, во что хотите верить, - ответил Абель, покачав головой, - Я – не человек. И есть те, кто подтвердят, что я никогда им не был.