егче ничего не чувствовать совсем, чем справляться с болью. Хорошо это или плохо — не мне судить, поскольку трудно себя представить на месте Лориана. О его жизни я знала крайне мало. И не факт, что только потеря возлюбленной привела к пробуждению у него связи с темным источником в ущерб светлому. Не стоит забывать, что он участвовал в тогдашней войне, где видел столько боли и крови, что не каждый после такого останется прежним.
— А другие виды магии? — вопрос Алойза вывел меня из размышлений, и я снова переключилась на происходящее в аудитории.
— Маги воздуха при связи с силой чувствуют неимоверную легкость. Ощущение, будто за спиной вырастают крылья. Огненные — сильный жар, прилив сил и общий подъем жизненного тонуса. Земляные — абсолютную уверенность в себе и тоже прилив сил. Ну а водные — ощущение себя текучей субстанцией, изменчивой и плавной. Тоже легкость и покой, но несколько иные, чем с другими силами.
— Тоже неплохо, — пробормотал Леонс. — Даже не знаю, что бы предпочел…
Все это он говорил, параллельно пытаясь закончить рисунок. Что самое удивительное, получилось у него, когда Саури дала совет тем, кто еще не достиг успеха:
— Попробуйте не только рисовать плетение, но и вызвать у себя ощущение тепла и света внутри. Если в вас есть светлая магия, это может помочь.
Не успел Леонс последовать ее совету, как замкнувшийся контур его рисунка полыхнул изумрудным свечением. Наверное, я радовалась за солнечного мальчика не меньше него самого! То, что у нас обоих оказался такой же источник, сильно порадовало. Значит, я в нем не ошиблась. Он и правда светлый и хороший человек. Почему-то не могла еще избавиться от стереотипа по поводу разделения магии. Если темный маг — значит, злой. Если светлый — хороший. Хотя пример Саури заставлял задуматься, что все не так просто.
По результатам занятия выяснилось, что только у нас троих: у меня, Леонса и Виатора есть предрасположенность к светлой магии. Саури Тар записала наши имена отдельно и заявила, что уделит нам особое внимание. Даже не знаю, радоваться ли этому…
Остальные выглядели разочарованными, хотя и понимали, что в них попросту другой источник силы. Крысеныш же, пытаясь сделать хорошую мину при плохой игре, заявил:
— И все равно темная магия сильнее! Вполне возможно, что у меня проявится именно она.
Никто его не поддержал, каждый размышляя о своем. Но наверняка многие подумали о том же, о чем и я. Что к тем, в ком пробудится темный источник, проявит особое внимание наш «обожаемый» куратор. А никому такого «счастья» не хотелось! Мы же с Леонсом и Виатором могли быть на этот счет спокойны. Редко у кого есть предрасположенность одновременно к светлой и темной магии. Да и если такое проявляется, человек сам может выбрать, какую развивать. А насчет этого у меня и сомнений не было — разумеется, светлую! Так что от чрезмерного внимания Лориана Тирмила могу считать себя свободной. Впрочем, зачем обманывать саму себя? В глубине души мне все же хотелось этого самого внимания, но я упорно с собой боролась.
Глава 4
ГЛАВА 4
К моему удивлению, когда я на следующее утро решила отправиться на полигон, где проводились тренировки адептов, желающих совершенствовать и свое физическое тело, за мной увязались все. Видимо, после экзекуции, устроенной нашим куратором, ребята не желали больше выглядеть столь жалко, случись подобное снова.
Даже Беатриса, пусть и не без ворчания, увязалась за всеми. Хотя в ее случае, думаю, тренировки интересовали в последнюю очередь. Просто не хотела отпускать Дамиена одного с Луизой, что продолжала втираться к нему в доверие. Крысенышу же явно льстило внимание сразу двух девушек, и он щедро дарил авансы то одной, то другой. Говорил комплименты, шептал что-то на ушко, улыбался.
Глядя на этого мачо недоделанного, я с трудом скрывала улыбку. Беатрису в нем привлекало только то, что у него есть большие шансы стать королем. Луизу же… Вот тут вообще трудно понять, что именно. Но я бы на месте Дамиена не обольщалась, а напротив, держалась от девицы подальше. Даже мелькала мысль предупредить его о том, что услышала от Виатора. Но стоило представить, как бы трактовал Крысеныш мои мотивы, как этот порыв сразу угас. Еще подумает, что я ревную и пытаюсь отвадить от него соперницу!
Но во всей этой ситуации был один несомненный для меня плюс — девицы ревниво следили, чтобы Дамиен на других и не смотрел. Тут же отвлекали и брали в оборот.
Несмотря на решительный настрой, к полигону, где проводились по утрам и вечерам занятия по физподготовке, мы подходили с некоторой неуверенностью. Еще издалека увидели там адептов старших курсов, гоняемых стражами. Те, по всей видимости, выполняли обязанности инструкторов.
Заметив подошедших нас и услышав сбивчивые объяснения, один из стражей направил в сторону того, кто занимался с новичками. Судя по всему, с ними использовался щадящий режим. Этот инструктор, совсем молодой еще с виду парень, едва старше нас самих, нарочито поигрывал висящими на изгибе локтя знакомыми серыми камушками на шнурках. Мы обреченно переглянулись, но шагу не сбавили.
А дальше начался ад, где никто и не думал делать скидку на то, что мы пришли сюда добровольно. Пять кругов с разным утяжелением, сбавляющимся по мере преодоления определенной дистанции. Потом полоса препятствий и физические упражнения.
С тоской думая о том, что после такого вряд ли смогу даже до дома доползти, не то что на занятия идти, продолжала выполнять требуемое под зычные окрики инструктора. Антхея и Беатриса сдулись еще в начале полосы препятствий и решили, что им это все-таки не нужно. Так что наверняка сидят себе сейчас в нашем уютном домике и кофеек попивают.
В принципе, ничто не мешало мне последовать их примеру. Но из непонятного упрямства я продолжала это самоистязание. Раз уж решила заниматься, нечего отступать перед первыми же трудностями! Тем более что Оймера осталась здесь и выполняла то же, что и я. Но что-то мне подсказывало, что так загоняет себя, чтобы выплеснуть злость на одного черного паршивца. Отношения у них со вчерашнего дня так и не наладились. Скорее, напротив. Едва у них находилось свободное время, как тут же следовал обмен колкостями и оскорблениями. Наверное, если бы не присутствие рядом кого-то из нас, дошло бы и до рукоприкладства!
Самое обидное, что Оймера выглядела не так плачевно, как я. Видимо, сказывалась выносливость илитов. Да и, в отличие от нашего куратора, инструктор не поставил ей утяжеление больше моего. Так что с таким довеском Оймера нормально себя чувствовала.
Луиза — это вообще отдельный разговор. Не знаю, как ее воспитывали, но она казалась отлитой из стали. Ни единой жалобы или стона. Если бы не выступивший на лице пот, вообще бы возникло впечатление, что ей эти нагрузки нипочем.
В какой-то момент все-таки поняла, что уже на пределе. Даже с учетом того, что на этапе физических упражнений все утяжеления сняли. Голова кружилась, перед глазами плясали темные пятна. Еще минута — и попросту свалюсь без чувств. Так что, как ни хотелось выдержать тренировку до конца, вышла из строя и поплелась в сторону, чтобы никому не мешать. Усевшись прямо на землю, перевела дыхание. Поймала сочувственные взгляды Леонса и Виатора, продолжающих заниматься с инструктором. Вымучено улыбнулась, показывая, что все в порядке, просто передышка нужна.
В этот миг ощутила рядом чье-то присутствие. Да и тень, заслонившая от меня солнце, недвусмысленно давала понять, что кто-то решил нарушить мое уединение. Сначала не поняла, кто это. Из-за положения солнца черты лица человека разглядеть было проблематично. Но когда он чуть отступил, узнала и слегка напряглась.
Николас Мирдар. Не то чтобы он вызывал у меня неприязнь. Скорее, напротив. После того, как начальник охраны остудил горячие головы у ворот Академии в день поступления, а особенно после того, как гонял Саури Тар по всему полигону, трудно было не проникнуться к нему уважением. Да и держался он с достоинством и неподдельным благородством, что тоже невольно располагало. Но его взгляды, обращенные в мою сторону, смущали и выбивали из колеи.
— Устали, лирна Кармад? — спросил он сочувственно, чем опять изрядно насторожил.
С чего такая забота? Начальник охраны Академии лично подошел к адептке-первокурснице и интересуется ее самочувствием. Да и то, что он здесь, вызывает вопросы. В начале тренировки его точно не было среди инструкторов. Когда пришел и сколько уже вот так наблюдал за нами? Или, скорее, за мной?
Так, похоже, у меня настоящая паранойя начинается! Вполне возможно, что лирн Мирдар просто обходил вверенную ему территорию, чтобы удостовериться, все ли в порядке. И увидев кулем повалившуюся на землю адептку, не смог не посочувствовать. Вот и все. А я уж напридумывала бог знает что!
— Да, — заставила себя ответить, с трудом переводя все еще сбитое дыхание. — Такие тренировки пока для меня в новинку.
— Магам вообще необязательно этим заниматься, — он покачал головой. — Зачем так себя мучить?
— Как правильно сказал наш куратор, в жизни всякое бывает. Что если от моей физической формы будет зависеть не только собственная судьба, но и судьба тех, кто окажется рядом? Ведь магический источник не бесконечен.
— Здравое размышление, — согласился Николас и, к моему удивлению, вместо того, чтобы свернуть разговор и пойти своей дорогой, устроился на землю рядом со мной.
Моя паранойя снова забила тревогу, и я внимательно вгляделась в лицо мужчины. Вполне даже привлекательное, если бы не тонкие следы шрамов и чересчур мрачное выражение. Светло-серые глаза смотрели пытливо, будто пытаясь заглянуть в самую душу. На загорелом лице и по контрасту с темными волосами они смотрелись еще более яркими.
Невольно подумала о том, каким он был в юности, до того как жизненные испытания оставили на нем свой отпечаток? От этого мужчины исходила та спокойная сила и уверенность в себе, которая особенно ценится женщинами. Про таких говорят, что за ним ощущаешь себя, как за каменной стеной.