– Теперь знаю. Какой-то определенный вид?
– Нет, я непривередлива и согласна на любое. В Сиэтле есть фургончик с едой, они специализируются на тако и каждую неделю выбирают новый вкус. Я слежу за ними в соцсетях, потому что каждое воскресенье они объявляют о новой версии блюда. Потом мы с Максом и Кэтрин покупаем тако недели и сравниваем с другими, которые уже пробовали. Такая у нас по четвергам традиция. – Я наклоняюсь вперед и говорю: – Главная причина, почему у меня такие бедра – тако.
– Шикарные бедра, – отвечает Пэйси.
Значит, он находит мою фигуру сексуальной? Судя по его страстному взгляду, рискну предположить, что так и есть, отчего у меня на душе теплеет.
Официантка приносит наш заказ и расставляет все на столе, кладя список с перечнем сидров, чтобы мы точно знали, что будем пить.
– Как здорово, – говорю я. – Никогда раньше не пробовала столько разных видов сидра. Я знаю, что есть сеты для поклонников пива, но о любителях сидра частенько забывают.
– Верно подмечено.
– Как всегда. – Я усмехаюсь и первым на пробу беру оригинальный, неароматизированный сидр.
– Сдается мне, у тебя ко всему особый подход, – замечает Пэйси, выбирая бокал с лавандовым сидром с черникой. Мы уже обсудили, что не станем запоминать, где чей бокал, и мне это показалось забавным. Доказательство того, что Пэйси комфортно со мной.
– Какой подход? – уточняю я и делаю глоток. – О, освежающий. Очень вкусно.
– Тебе нравится пробовать что-то привычное, а потом уже переходить к необычным вкусам.
– Сначала сооружаешь фундамент, а затем двигаешься дальше. Логично.
– Знаешь, если тебе понравится какой-то сидр, мы можем купить его с собой. Уверен, Поузи тоже не против выпить пару банок.
– Возможно, я куплю тебе сидр в качестве извинения за причиненные неудобства. – Нужно что-то подарить Пэйси. Я довольна маленькими подарками, которые выбрала для парней, но он заслуживает чего-то особенного.
Пэйси отставляет черничный сидр и смотрит мне в глаза.
– Не припомню никакого неудобства, так что перестань вести себя так, будто я считаю тебя обузой. Винни, мне нравится твое общество, я рад проводить с тобой время.
Очень приятно слышать такое, особенно от кого-то настолько очаровательного, как Пэйси Лоус.
Я улыбаюсь и ставлю бокал с сидром на стол.
– Мне тоже приятно твое общество, Пэйси. – Затем откидываюсь на спинку стула и продолжаю: – Честно говоря, понятия не имею, как так получилось.
– Как так? – спрашивает он.
– Вот так. – Машу рукой между нами, а потом указываю на себя. – Я планировала найти какой-нибудь дешевый мотель, остановиться там, устроить вылазку в город, возможно, днем потеряться в горах на солнцепеке. А в итоге оказалась здесь, да еще и не одна, а в чудесной компании, пытаясь начать новую главу своей жизни.
– А что именно представляет собой эта новая глава? – спрашивает он. – Мы затронули эту тему в сувенирном, но у меня не было возможности расспросить тебя. Мне кажется, я не справился с ситуацией, и теперь ощущаю вину. Ты открылась, а тебя отодвинули в сторону ради каких-то фанатов.
– Боже, Пэйси, о какой вине речь? Нечего и обсуждать.
– Не согласен. Твоя мама умерла, а это травмирующий опыт, особенно в твоем возрасте. Ты потеряла одного из родителей, а вдобавок и семейный бизнес. Буквально поставила свою жизнь на паузу. Ты ведь и ухаживала за ней, да?
Я киваю, вспоминая те мрачные дни, когда она доживала свои последние часы.
– Да. Под конец я совсем не отходила от нее, держала ее за руку, давая почувствовать, что она не одна. – Я понимаю, что подступают слезы. – Мне даже кажется, это благодаря ей я свернула не туда и оказалась в вашем коттедже. Словно она приложила руку к этому странному совпадению. – Наши взгляды встречаются. – Она бы явно сочла эту ситуацию забавной: я временно живу в одном доме с пятью шикарными хоккеистами. Мама всегда любила романтические истории. Так что эта ситуация точно пришлась бы ей по вкусу.
– Расскажи, какой она была? – просит он.
Я грустно вздыхаю.
– Милой предприимчивой любительницей рассказывать истории. Она умела любить всем сердцем и всегда давала другому почувствовать, что он лучше, чем сам о себе думает. С легкостью могла найти в человеке черты, которые он никогда не считал положительными, и повернуть дело так, что он начинал оценивать их по достоинству. Прямо как ты.
Я наклоняю голову.
– Я жалуюсь на свои бедра, а ты говоришь, что они роскошные. Отпускаю уничижительные комментарии в зале, а ты хвалишь меня. Она действовала так же.
– Уверен, тогда я в хорошей компании.
– Да, в очень хорошей. – Мама бы полюбила Пэйси. Она сама была доброй и заботливой и точно заметила бы те же качества в этом очаровательном мужчине передо мной. Как тебе удалось провернуть такое, мама?
Поднимаю бокал с лавандовым сидром со вкусом черники, нюхаю его и делаю глоток. Боже! Восторженно смотрю на Пэйси, подношу бокал к груди и заявляю:
– Все, он мой.
– Забирай все, что хочешь, – откидываясь на спинку стула, отвечает он, и по выражению его лица ясно, что он находит ситуацию забавной. Пэйси очень добродушный. Насколько я мог судить, он не любит беспокоиться по пустякам и производит впечатление человека, который любит жизнь и плывет по течению.
– Твой любимый вкус? Поэтому ты взял его первым?
– Да, – отвечает он. – Элегантный, но в то же время приятно удивляет. Прямо как ты.
– Считаешь меня элегантной?
Он выбирает вкус «Пина Колада» и отвечает:
– Да. Ты вежливая, добрая, не любишь обижать людей, но, если тебе некомфортно общаться с кем-то, ты способна постоять за себя. И легко можешь уложить парня на лопатки.
Не знаю, как реагировать на такие слова, поэтому просто краснею. Моя первая мысль – сказать ему, что он ошибается, я едва ли могу вызвать такую реакцию, достаточно спросить моего бывшего. Но понимаю, что Пэйси разозлится, если я снова начну принижать себя… Только сейчас, когда он указал мне на это, я заметила, что довольно часто так делаю. Последние несколько лет у меня не было времени анализировать собственное поведение, однако теперь я понимаю, Джош не ценил меня. И сама удивляюсь, как могла так долго встречаться с ним.
Вин, твой возлюбленный всегда должен защищать тебя, поддерживать. Никогда не соглашайся на меньшее.
И все-таки я много лет довольствовалась таким положением вещей, но сейчас не хочу заострять на этом внимание, потому что наслаждаюсь происходящим. Солнце согревает мою кожу, а Пэйси – сердце.
В шутку спрашиваю:
– Пэйси, неужели ты хочешь сказать, что я удивила тебя?
Он изучает меня, проводя рукой по челюсти.
– Да, совершенно верно.
И это чувство точно взаимно.
– Будешь последнее тако? – спрашиваю я, мне ни капельки не стыдно.
– Меняю его на последнюю картофельную шкурку.
– М-м-м, мне безумно понравился запеченный сыр, но тако – любовь навеки. Так что по рукам.
Мы берем последние закуски и одновременно кусаем их. Обед пролетел как одно мгновение. Мы постоянно болтали и, как культурные люди, пробовали еду и напитки, хотя мне хотелось шлепнуть его по руке, когда он потянулся за тако, так что я отлично провела время. Думаю, совершенно ясно, что Пэйси мне нравится.
Очень сильно нравится.
Учитывая обстоятельства, даже сильнее, чем следовало бы, но как иначе? Да моя женская сущность буквально кричит о его сексуальности, и помимо того, что сразу бросается в глаза, как например рельефные мышцы на предплечьях, он оказался внимательным, милым, веселым и заботливым мужчиной. Настоящий джентльмен, помощник и человек, на которого я легко могу положиться.
А я не должна полагаться на него, потому что кто знает, как долго я пробуду здесь? Кажется, я и так уже злоупотребляю гостеприимством, так что рано или поздно придется посмотреть правде в глаза и вернуться в Сиэтл. А еще нельзя забывать о Минни. Когда мою машину вытащат из леса, я больше не смогу использовать ее в качестве предлога для того, чтобы и дальше оставаться в коттедже. Я должна радоваться такому исходу, но эти драгоценные мгновения с Пэйси принесли мне умиротворение и счастье.
Пэйси берет стакан с водой и делает глоток. Он почти не пил алкоголь, едва пригубив напитки, и позволил мне прикончить почти весь сет. И да, со мной все отлично, именно поэтому я сейчас с удовольствием уплетаю тако.
– Итак, ты рассказала о маме и о том, почему взяла академический отпуск, но не объяснила, зачем приехала сюда.
– О, это довольно забавная история, – говорю я, как раз когда официантка приносит счет. Я тянусь за ним, но Пэйси практически рычит и выхватывает папку у меня из-под носа. Поняла, платит он. Похоже, даже спорить бессмысленно, я все равно проиграю.
Он кладет купюры в счетницу и отодвигает ее на край стола.
– Готова поведать эту историю? – спрашивает Пэйси.
Вытираю рот салфеткой и киваю.
– Я сама еще обескуражена всей этой ситуацией. На самом деле моя мама родилась здесь, в Банфе.
– Правда? – удивляется Пэйси.
– Да, а росла в Калгари. Во время путешествия с братом на северо-западное побережье она встретила моего отца. Все произошло достаточно быстро, за какие-то пять дней они влюбились друг в друга. – Я упираюсь подбородком в ладонь, вспоминая, как она отзывалась об отце. – Мама очень сильно любила его. Они были без ума друг от друга, поэтому через месяц поженились. Семья мамы не обрадовалась такому решению, потому что мама покинула Канаду и поселилась с отцом в Сиэтле. Они открыли книжный магазин и стали наслаждаться тихой семейной жизнью. Родственники не согласились с их выбором, по их мнению, такая скорая свадьба – ошибка. Но родители заявляли: если ты уверен, сомнения излишни. По крайней мере, так рассказывала мама. Папу я никогда по-настоящему не знала. Я плохо его помню.
– Любовь стремительное чувство, ему ни к чему временные рамки, – соглашается Пэйси, из-за чего мое романтичное сердце ускоряет ритм. Не могу не согласиться с этим утверждением. – Что случилось с твоим отцом? – спрашивает он.