Я провожу рукой по подбородку.
– А я отлично играю в «Камень-ножницы-бумага».
– Это ведь игра на удачу.
Я стучу пальцем по голове.
– Я умею читать мысли.
– Хорошо, это мы еще посмотрим. Хочешь установить какие-то правила касательно этого дня?
– Мы оба должны провести его без одежды.
Винни громко смеется.
– Ну уж нет, хотя у меня есть одно правило – ничего непристойного, разрешены поцелуи, но на этом все.
– Скука смертная.
Она покачивает пальцем в мою сторону.
– Я очень хочу насладиться временем с тобой, узнать тебя получше. То, что я вчера поцеловала тебя, не означает открытое приглашение к продолжению.
– Справедливо. – На самом деле я удивился, что она позволила залезть к ней в постель и пообниматься, так что с радостью приму все, что она готова дать.
– Ты так считаешь? – удивленно спрашивает она.
– Да, я не вру. Винни, ты мне нравишься, так что можешь получить все, что захочешь.
– Не стоит говорить такое, иначе я начну злоупотреблять своим положением.
– Нет, ты не такая, – отвечаю я. – Ты едва ли пользуешься тем, что есть в доме.
– Ты прав. – Она вытягивает руки над головой, и я снова разглядываю ее тело, выглядывающую из-под майки кожу и как ткань едва прикрывает грудь. – Ты пялишься.
– Знаю, – отвечаю я, переводя взгляд выше, на лицо. – Но ты не упоминала об этом. И должна разрешить мне смотреть, особенно если я сам не против того, чтобы ты меня рассматривала.
– Справедливое замечание. – Винни спрыгивает с кровати и босиком шлепает в ванную. – Я буду приводить себя в порядок, поэтому как насчет того, чтобы подождать меня в гостиной?
– Вообще-то предпочитаю присутствовать при процессе, мне очень интересно, как ты приводишь себя в порядок.
Винни смеется и указывает на дверь.
– Пэйси, прочь.
Делаю, как велено, встаю с ее кровати и иду к двери как раз в тот момент, когда телефон в кармане издает звук.
– Поторопись, в холодильнике тебя ждет йогуртовое парфе, а после этого начнется игра.
– Жду не дождусь.
Я закрываю за собой дверь и достаю телефон. Мои глаза едва не вылезают из орбит, когда я вижу, от кого сообщение.
Джош.
Ну и наглый парень.
Джош: Пэйси, привет, это Джош. Я знаю, что папа разговаривал с тобой. Он сказал, что ты в Банфе. Хотел узнать, сможешь найти время и поговорить со мной по телефону? Хочу кое-что рассказать тебе.
Моргаю, перечитывая сообщение. Что-то рассказать?
Не хотел иметь со мной ничего общего, а теперь ему захотелось пообщаться?
Да пошел он.
Закрываю окно сообщения и убираю телефон обратно в карман. У меня есть дела поважнее, не вижу смысла налаживать отношения с парнем, который игнорировал меня тринадцать лет.
Наблюдение за тем, как Винни ест йогуртовое парфе, превратилось в пытку. Клянусь, она специально соблазнительно облизывала ложку. Да, она утверждала, что десерт настолько вкусный, что ей хотелось съесть все до последней крошки, но я едва ли поверил ей. Она потешалась надо мной, дразнилась, и добилась своего.
Я мог думать лишь о том, каково было бы, если бы на месте ложки оказался мой член, и это по нему она бы скользила языком.
Угу. Изощренная пытка.
– Чудесный завтрак. Спасибо, Стефан, – говорит Винни, ставя блюдо в раковину, а затем садится на барный стул рядом с моим. Кладет руки мне на колени и слегка тормошит меня. – Ну что, готов?
Прочищаю горло и ерзаю на стуле, не желая, чтобы она видела, как я реагирую на нее.
– Готов. – Я вытягиваю руку, она следует моему примеру. – Начнем?
Она кивает.
– Ага.
– Хорошо.
Мы вместе поднимаем и опускаем руки, приговаривая: «камень, ножницы, бумага». У меня выпадает камень, а у нее ножницы. Мы смотрим друг другу в глаза, и я чувствую, как губы расплываются в улыбке.
– Не расслабляйся. Мы играли лишь раз.
– Я только начал, а вот по тебе явно было видно, что ты выберешь ножницы.
– Перестань. – Она в шутку толкает меня в грудь. – Ты не знал, что я покажу ножницы.
– Все что угодно, лишь бы ты хорошо спала по ночам. – Я потираю руки и спрашиваю: – Умеешь играть в гольф?
– Хм, никогда не пробовала, но играла в мини-гольф. Он считается?
– Нет, значит, будет еще веселее. – Я спрыгиваю со стула и беру ее за руку. – Пойдем.
Парни разбрелись по дому. Из того, что я слышал в последний раз, Тейтерс у себя в комнате, Хорнсби и Поузи наверху играют в шахматы, а Холмс читает в библиотеке. И в этом нет ничего удивительного, и значит, симулятор гольфа открыт.
Я веду Винни в подвал, и когда мы подходим к лестнице, она останавливается.
– Мы ведь не на тренировку, да? Знаю, я сказала, что согласна на все, но мои ноги еще не пришли в себя после тех занятий.
Я усмехаюсь.
– Не, я уже потренировался утром, помнишь?
– Точно, я и забыла. В отличие от меня, сони, у тебя выдалось продуктивное утро.
– Поверь мне, если бы я мог спать, я бы остался в кровати. – Я веду ее по коридору в одну из комнат, затем включаю свет, демонстрируя симулятор для гольфа. В конце комнаты находится большой черный экран, перед ним – поле и подставка для мяча, а справа – клюшки для гольфа разного размера и ведро с мячами.
– Ого, как интересно. – Винни идет к клюшкам для гольфа и берет одну. – Мы будем забивать мячи в стену?
Я забираю у нее клюшку.
– Во-первых, это короткая клюшка, а во-вторых, мы не просто будем бить их в стену. – Щелкаю выключателем, и симулятор оживает. – Мы сыграем настоящую партию в гольф.
Винни разглядывает экран и улыбается.
– Ничего себе… А вы знаете толк в развлечениях, да?
– Это Хорнсби предложил установить здесь систему, и идея пришлась всем по душе. Чаще всего здесь зависает он, но иногда мы играем все вместе. Скажу сразу, я не мастер, однако кое-что умею. Мы можем бить по очереди. Если играю я, ты наблюдаешь, наступает твоя очередь, тогда я помогаю, и так далее.
– Будем работать вместе.
Я киваю.
Винни улыбается.
– Мне нравится твоя идея, потому что мы оба понимаем: если бы мы соревновались, ты бы уничтожил меня.
– Да, я понял это еще когда ты взяла клюшку и спросила, будем ли мы бить в стену.
Я подхожу к экрану и настраиваю его на игру с тремя лунками. Наверняка так будет проще для Винни.
Закончив, поворачиваюсь к ней и вижу, что она смотрит на меня с улыбкой. На ней черные леггинсы и розовый топ, волосы еще не высохли после душа, но она убрала половину наверх, половину оставила свободными. И выглядит очаровательно.
– Почему ты улыбаешься? – спрашиваю я.
– Да вот подумала: ты планируешь стоять сзади, наклоняться вместе со мной и учить меня бить по мячу?
– Да, я не противился этой идее.
– Так и знала. – Качая головой, она подходит ко мне и кладет руку мне на грудь. – Планируешь распускать руки?
– Кажется, таков и был план, разве нет? – спрашиваю я, кладя руку ей на бедро.
– До тех пор, пока я могу отплатить тебе той же монетой, меня все устраивает.
– Детка, не стесняйся трогать все, что захочешь и когда захочешь.
Она наклоняет голову.
– Ты назвал меня «деткой»?
– Да, тебе не нравится?
Она качает головой.
– Просто меня никогда не называли «деткой», вот и все. Мне нравится.
– Не хочу упоминать этого придурка, но спрошу: Джош никогда не называл тебя «деткой»?
– Нет. Он считал, что это по-идиотски – его слова, а не мои. Зачем использовать прозвища, если у меня есть имя?
– Что за тупица, – бормочу я, выбирая клуб и игрока. – Хочешь начать?
– Нет, я лучше посмотрю, как ты играешь, а потом ты поучишь меня.
– Договорились. – Подхожу к подставке, кладу мяч, а затем встаю рядом и объясняю правила, занимая позицию. – Ноги лучше поставить на ширину плеч, и работают на самом деле не только руки, ты скорее управляешь всем телом, используя бедра и плечи. Поначалу бывает сложно, но со временем освоишься.
Я встаю, затем отвожу клюшку назад и ударяю. Мяч вылетает из подставки и ударяет в экран, после скатывается, и в игру вступает симулятор, показывая на экране, как мой мяч летит по фервею[13].
– Вау, супер! – Винни встает рядом. – Значит, симулятор сам вычисляет, насколько далеко ты ударил?
– Да, и на основании твоей силы и меткости определяет для тебя следующую лунку. Иногда сложно оторваться от игры.
– Представляю. – Она подходит к клюшкам. – Итак, какую взять мне?
Я выбираю для нее клюшку и говорю:
– С этой должно получиться. Благодаря моему превосходному удару мы близки к лунке, так что тебе придется бить низко.
– Мне нужно сделать что-то типа свинга?
– Примерно, да, – отвечаю я. – Теперь вставай.
Она встает на стартовой, я кладу перед ней мяч, а затем устраиваюсь позади.
Провожу ладонями вниз по ее рукам к ладоням, в которых она сжимает клюшку.
– М-м-м, я знала, что ты встанешь вот так, широко расставив ноги. Хотя можешь подвинуться ближе, не стесняйся. – Она виляет задницей, и я смеюсь.
– Я стараюсь проявлять уважение.
– Забудь об уважении. Покажи мне, насколько ты хорош в гольфе.
– Ну если ты просишь… – Придвигаюсь ближе, теперь мой член прижимается к ее попке.
– Да, вот так. – Она потирается о мою ширинку.
– Эй, – строго говорю я. Вообще-то я удивлен, она флиртует и ведет себя более непринужденно, чем я ожидал. Но я рад. – Если не хочешь, чтобы обычный гольф превратился в голый гольф, следи за тем, что вытворяешь своей сексуальной задницей. – Шлепаю ее, и она тихонько вскрикивает, что вызывает у меня улыбку. – А теперь сосредоточься. Вот так надо держать клюшку. – Я показываю, и она повторяет мою позу. – Теперь нужно немного поднять клюшку и ударить.
Несколько раз объясняю, как бить, а затем отхожу.
– Так мне просто бить и все?
– Да, просто ударь – и все.
– Поняла. – Она делает глубокий вдох, чуть переставляет ноги, а затем отводит клюшку назад и замахивается. – Куда он делся? – спрашивает она. – На экране ничего нет.