– Охренеть, что это было? – спрашиваю я.
Она ухмыляется.
– Лучший минет в твоей жизни. – Затем подмигивает и, покачивая бедрами, выходит из ванной.
Да, она права, это бесспорно был лучший минет. И уверен, единственный, кто может побить этот рекорд… она сама.
Когда я сажусь на свое место с тарелкой с завтраком в руках, за столом царит тишина. Устраиваясь на стуле и взяв вилку в руки, я чувствую на себе взгляды всех присутствующих.
Винни собирает вещи и хочет побыть одна, в чем, видимо, нуждается после того, как я усадил ее на столешницу в ванной и принялся ублажать ртом. Я заставил ее прислониться спиной к зеркалу, снова подтянул ее ноги к груди, а потом начал дразнить, играя с клитором до тех пор, пока она не задрожала. До сих пор слышу ее стоны и чувствую вкус ее возбуждения на языке.
Уверен, мы вели себя громко.
И я прекрасно понимаю, что, даже находясь в других концах дома, парни слышали нас. Если не всё, то мой удар по кафельной стене уж точно.
Но решаю не обращать внимания на пристальные взгляды, просто отрезаю кусочек яичницы и кладу его в рот.
– Знаете, сегодня утром я слышал странные звуки, – первым подает голос Тейтерс.
Ну вот, началось.
– Похоже на звуки, которые издает… возбужденный осел, – продолжает он.
– Ага, я тоже слышал, – добавляет Поузи. – Типа «и-и-и-а-а-а», «э-э-э-а-а-а».
Черта с два, не мог я выдать такое.
– Знаете, а я подумал, что больше похоже на селезня, которому прищемили клюв. – Хорнсби шлепает ладонями по столу, неудачно пытаясь изобразить птицу.
Парни показывают на него и кивают.
– Да, больше похоже на селезня, – соглашается Поузи.
Перевожу взгляд на Холмса, он опустил голову, но на лице улыбка. Наверняка он слышал больше остальных, ведь его комната в том же крыле, что и наши с Винни.
– Я сходил на задний двор, посмотрел, может, к нам забрел селезень, – продолжает Хорнсби, – но нет, там пусто. Слушай, Лоус, а ты сегодня утром не слышал странные звуки?
Продолжаю смотреть в тарелку и качаю головой.
– Нет.
– Странно, потому что, кажется, звуки доносились из вашей части дома. Холмс, у тебя в комнате есть селезни?
– Нет, но я припоминаю, что в какой-то момент слышал осла.
Холмс, нет, и ты туда же.
– Припоминаю, как уже однажды слышал этого селезня-осла. Дело было пару лет назад, в гостинице, припоминаете? – спрашивает Тейтерс.
Хорнсби щелкает пальцами.
– Я помню. Так громко стучали в стены, что кто-то вызвал охрану. – Видимо, я люблю бить кулаками по стенам. Даже не подозревал об этом до нынешнего момента.
– Эй, а разве этот ослик оказался, – все снова смотрят на меня, – не нашим другом Пэйси Лоусом? – спрашивает Поузи.
Понимая, что этим дело не кончится, откидываюсь на спинку стула и объявляю.
– Винни заслуживает большего уважения, поэтому я не собираюсь комментировать ваши реплики.
– Угу, – говорит Хорнсби. – Решили попрощаться перед твоим отъездом?
– Я отменил самолет.
Все сразу становятся серьезными и опять смотрят на меня.
– Что? – недовольно бурчит Тейтерс. – Тебя ждет Док, какого хрена ты отменил встречу? Если скажешь, что ради девушки, я тебя убью.
– Ради Винни, – говорю я и собираюсь продолжать, но тут Тейтерс швыряет вилку на стол.
– Да ты знаешь ее всего неделю, долбаную неделю, а уже отменяешь такую…
– Я поеду, куда собирался, – отрезаю я. – Но сегодня Винни предстоит встретиться с дядей, которого она никогда не видела, и с которым у нее может возникнуть конфликт, а потом поедет домой. Я хотел быть рядом, так что попросил потом поехать со мной в Ванкувер.
Напряжение чуть ослабевает.
– Когда ты планируешь отправиться в Ванкувер? – спрашивает Хорнсби.
– Сразу после того, как мы закончим с ее дядей. – Накалываю на вилку яичницу и говорю: – Обещаю, скоро проверю голову.
– Когда? – допытывается Тейтерс. Судя по виду, он все еще зол.
– Завтра. Я уже договорился с Доком, завтра в три у нас встреча.
– И можно позвонить ему, проверить? – спрашивает Поузи.
– Да на здоровье. Хочешь, попрошу записать тебя как контактное лицо?
– Не помешает, – соглашается Хорнсби. – А еще хотелось бы получать все записи, касающиеся твоего здоровья.
– Договорились, – с легкостью соглашаюсь я. – Что угодно, лишь бы вы отстали.
Парни обмениваются взглядами, и Поузи говорит:
– Не нравится мне, что он со всем соглашается. От этого мне как-то не по себе.
– Мне тоже, – признается Хорнсби. – Как считаешь, может, он ведет себя так потому, что вчера ему кое-что перепало?
– И утром тоже, – добавляет Хорнсби, а потом делает глоток апельсинового сока.
– Я думаю, оргазмы помогли ему расслабиться, – уже тише продолжает Поузи. – Моргни два раза, если оргазмы помогли. Моргни один, если ты в сексуальном трансе, из которого не знаешь, как выбраться.
– Господи, – бормочу я.
Хорнсби указывает на меня и выдает:
– Он моргнул один раз.
Запихиваю в рот остатки яичницы, как раз когда в гостиную заходит Винни. Она явно недавно приняла душ, волосы заплетены в косу, и в желтом сарафане ее фигура выглядит чертовски сексуально. В комнате повисает тишина, и она замедляет шаг, заметив, что все смотрят на нее.
Она тут же краснеет. Черт, ей стыдно.
– Значит Пэйси рассказал вам, что случилось? – спрашивает она.
– Нет! – практически выкрикиваю я. Черт, не хочу, чтобы она считала, будто стала темой мерзких разговорчиков. – Они…
– Он нам нифига не рассказал, – встревает Тейтерс. – Якобы слишком уважает тебя, чтобы обмолвиться хотя бы словом. Но мы все поняли по его ошалелому взгляду. – Тейтерс похлопывает меня по спине и поднимается со стула. – Ты нравишься этому парню… и сильно. – Он относит тарелку на кухню, ставит ее в раковину и перед тем, как уйти в свою комнату, добавляет: – Завтра жду от тебя новостей. – А после уходит.
– И мы отлично слышали Пэйси, его предоргазменное сопение ни с чем не спутать, – говорит Хорнсби, вставая из-за стола со своей тарелкой в руках. – Рад, что на этот раз ему помогла не его собственная рука.
Вот козел.
Он ставит тарелку в раковину и тоже уходит к себе.
– Я сделал для тебя веганские вафли, – сообщает Винни Стефан, пододвигая к ней тарелку с другой стороны островка.
– Спасибо, – смущенно отвечает она. С тарелкой в руках идет к столу и садится рядом со мной. Когда она оказывается рядом, я тянусь и кладу руку ей на бедро, давая понять, что все в порядке.
– Вы выдвигаетесь сегодня? – спрашивает Поузи.
– Да. Я решила, что время пришло, – говорит Винни, разрезая вафлю.
– Мы еще встретимся с тобой?
Винни поднимает голову, однако не успевает ответить, потому что я опережаю ее. Сжимаю ее ногу и говорю:
– Да, мужик. Теперь Винни моя девушка, так что вы будете часто ее видеть.
Глаза Поузи округляются, парень явно удивлен, но он быстро приходит в себя и отвечает:
– Значит, увидимся в Ванкувере.
– Ага, – отвечаю я, надеясь, что не бегу впереди паровоза.
– Отлично, – произносит Поузи. Затем они с Холмсом встают, относят тарелки, благодарят Стефана, а потом, прежде чем выйти из комнаты, Поузи оборачивается и говорит Винни: – Не уезжай, не попрощавшись.
Оставшись наедине с Винни, я уделяю все внимание тарелке, но Винни поворачивается ко мне, кладет ногу на ногу, из-за чего моя рука падает. После ставит локоть на стол и наклоняется.
– Какой занятный разговор.
– Ты так считаешь? – как ни в чем не бывало спрашиваю я.
– Ты сказал ему, что мы увидимся в Ванкувере.
– Разве это недостоверная информация? – спрашиваю я, доедая бекон.
– Кто сказал, что я буду в Ванкувере к моменту, когда они вернутся?
– Если дело зависит от меня, то точно будешь. – Понижаю голос и продолжаю: – И после того, как я насладился твоим обалденным телом, полагаю, ты захочешь того же.
Ее глаза расширяются, и она быстро оглядывается через плечо. У Стефана в ушах наушники, он слушает музыку, убираясь на кухне.
– Пэйси.
Я усмехаюсь.
– Он ничего не слышит. – Снова провожу рукой по ее бедру, и она делает едва заметный вдох, когда я скольжу выше. – И прости, но я собираюсь сделать все ради того, чтобы ты была счастлива и никуда не ушла. – Подношу руку к ее подбородку. – Винни, теперь ты моя. – Когда она продолжает молчать, я спрашиваю: – Тебя это пугает?
– Немного. Не хочу тебя разочаровывать, возможно, сейчас ты считаешь меня классной, но кто знает, что будет через два месяца?
– Ты по-прежнему останешься красавицей, на которую я никак не могу налюбоваться. – Мне не нравится, что Винни не видит, какая она замечательная, и ее сомнения в том, что мой интерес надолго. Мне вообще повезло, что она тратит на меня время. Как мне помочь ей понять, что все с точностью до наоборот? Вчера именно я, еще до того, как вышел из ее комнаты вечером, не на шутку испугался, что она бросила меня. Наклоняюсь и прижимаюсь поцелуем к ее губам. – Верь мне, когда я говорю, что я заинтересован.
– Ты сумасшедший. – Она качает головой и поворачивается к своим вафлям.
– Почему? – спрашиваю я. – Потому что знаю, чего хочу?
Винни смотрит на меня краем глаза.
– Потому что я тебе отсосала, и теперь ты смотришь на меня влюблёнными глазами.
Откидываю голову назад и смеюсь, а потом сокращаю между нами расстояние и целую ее в щеку.
– Детка, у меня был этот взгляд еще до того, как твой аппетитный ротик поласкал мой член, просто ты его не замечала, потому что продолжала сдерживаться. И только когда я поиграл с твоим клитором, ты, наконец, приподняла завесу и увидела то, что было перед тобой – мужчину, который без ума от тебя. – Встаю из-за стола и говорю: – Пойду собирать вещи. Твои сумки готовы?
Она несколько раз моргает, а затем кивает.
– Да, оставила их у двери.
– Положу их в Минни. Тебе что-нибудь нужно до нашего отъезда?
– Кажется, нет.