Но Альп будто не решается.
— Если не понравится, — шепчет он, — вернемся обратно.
— Хорошо, — тихо говорю я, опуская взгляд на губы мужа. А уже в следующий момент Альп накрывает мой рот своим.
Ощущения непонятные. Я не знаю, что чувствую, но тот факт, что я сейчас нахожусь так близко к мужу, просто сводит с ума. Я крепче прижимаюсь к нему, зарываюсь в ежик его волос на затылке. Так давно мечтала потрогать его, прикоснуться, ощутить исходящий от него аромат.
Альп целует, а я не отвечаю. Но через какое то время приоткрываю губы, и язык мужа сразу же вторгается в мой рот. Поцелуй такой голодный, жадный. Глубокий. Он буквально пожирает мой рот. Дышит тяжело. Я упираюсь ладонями в его грудь, чувствуя, как в бешеном ритме стучит его сердце.
Обхватив мое лицо ладонями, он не оставляет ни единого шанса отвернуться. Наше дыхание сбивается. Я касаюсь кончиками пальцев его шеи, провожу по коже, чувствуя, как напрягается его тело. Отвечаю с таким же напором на его поцелуй.
— Я не железный, — хрипло шепчет Альп. — Дарина… с ума схожу. Позволь…
Сглатываю. Ком в горле увеличивается. По телу разливается тепло, внизу живота становится горячо и щекотно.
— Дарина-а-а…
Очередной шепот вызывает волну мурашек. Каждый волосок на теле становится дыбом.
— Не здесь же… — отзываюсь тихо. — Дома. Дай мне уйти, Альп.
— Поехали сейчас… — нетерпеливо выдает он.
— У нас совещание. — Из моего горла вырывается тихий смешок.
— Плевать.
— Оно важное. — Слегка оттолкнув мужа, я встаю. — Дома. — Улыбнувшись, делаю шаг, но Альп ловит мою руку и протягивает к себе, вжимает меня в свое тело, заставляя почувствовать его эрекцию, которая упирается в мой живот.
— Не выкрутишься ведь, — хрипит мне в рот.
— Даже не стану пытаться.
Альпарслан усмехается, я же буквально выбегаю из кабинета. Захожу в свой и сразу же опускаюсь в кресло. Губы горят. Да что там губы! У меня все тело горит! Давно не испытывала таких ощущений. Давно не целовалась, не обнимала… Давно не чувствовала тепло мужского тела…
Мечтательно улыбаюсь, вспоминая эту безумную пару минут. Забываю о работе. Прихожу в себя, услышав трель телефона. Забрав его со стола, смотрю на экран. Номер незнакомый… Не знаю почему, но интуиция подсказывает, что нужно принять вызов.
— Алло, — говорю в трубку.
— Здравствуй, Дарина, — доносится знакомый мужской голос.
— Руслан? Где ты взял мой номер?
Глупый вопрос, конечно. Неужели Альмира дала? Зная, что Альп не одобрит? Ведь она очень даже в курсе, что ее брат ненавидит Руслана. В буквальном смысле этого слова. Тогда зачем ей подливать масло в огонь? Нет, она не смогла бы так поступить. Скорее всего, Руслан тайком взял, не сообщив ей о своих планах.
— Она не в курсе, — подтверждает мои мысли Абрамов. — Дарина, нам нужно поговорить. Разговор касается нас с Альмирой.
— Я не собираюсь с тобой встречаться, — цежу сквозь зубы.
— Это очень важно, Дарина. Иначе… — Немного помедлив, он добавляет: — Очередной войны не избежать.
Глава 40
Совещание проходит успешно, несмотря на напряженную обстановку. Мы выходим из конференц-зала и направляемся к кабинету Альпа, чтобы оставить документы в сейфе.
— Все. Теперь можем ехать домой, — торопливо выдает он, как только дверь за нами закрывается.
Я приподнимаю бровь, глядя в его темнеющие омуты, а затем усмехаюсь, понимая, что Альп имеет в виду. Его глаза красноречивее любых слов.
— Так скоро? — не скрываю улыбку.
— Дарина… — Альпарслан подходит ко мне и утыкается носом в мою шею. Дышит рвано. — Терпение на исходе. Ты же знаешь. Я ждал. Очень долго ждал…
— Знаю, — шепчу едва слышно, чувствуя невыносимый трепет, расползающийся по всему телу. Упираюсь ладонями в его грудь. — Только подожди немного, хорошо? Заберу вещи из своего кабинета, и выедем.
Вернувшись к нему, ощущаю невероятный прилив энергии. Все мышцы натянуты как струна от одной мысли, что вскоре мы перешагнем черту… Ту самую точку невозврата.
Кажется, именно сегодня между нами все изменится. Потому что я сама этого хочу.
Однако когда мы оказываемся в машине и Альп заводит двигатель, меня вновь охватывает тревога. Но совсем по другому поводу.
Взяв телефон и взглянув на последнего абонента, который звонил совсем недавно, я с тяжёлым вздохом отворачиваюсь к окну, размышляя над разговором с Русланом. И чем дольше я об этом думаю, тем сильнее напрягаюсь…
Меня очень беспокоят слова Абрамова о предстоящей войне. Что именно он имел в виду? Что нам грозит? Значит ли это, что нашему спокойствию придет конец? Не хотелось бы, чтобы наш и без того шаткий мир был окончательно разрушен.
Но как сказать об этом Альпу? Он ведь просил не принимать звонки с неизвестных номеров. Просил игнорировать Руслана. Ведь Альп знает, что я наверняка помню его номер. А получается, прямо сейчас я молчу об этом…
Правильно ли это? Честно говоря, я не знаю. Но вина разъедает меня изнутри. Я продолжаю сомневаться.
Ну как же не хочется очередных разборок! Столкновений, нервов… Не хочется вновь думать о том, что наша жизнь может быть на волоске от страшных событий! Поэтому, услышав от Руса последнюю фразу, я тут же отключилась, так и не дав ему ответа.
Испугалась. Признаю. Возвращаться в то время, когда я сбежала от всех в попытке спасти себя и ребенка в животе — тяжело. Невыносимо. Но как же быть?
Альп четко дал понять, что с Абрамовым связываться нельзя. А значит, лучше промолчать о его звонке. Реакция может быть непредсказуемой.
— Что-то не так, Дари? — спрашивает Альп, будто почувствовав, что я чем-то обеспокоена.
Конечно же. Он видит меня насквозь. Только вот о том, с кем я недавно говорила, точно не догадывается…
Сердце начинает стучать все сильнее. А я ведь сама говорила Альпарслану, что между нами теперь не будет никаких тайн. Что отныне мы будем говорить все как есть. А сама, получается, скрываю от него важную вещь. Но я ведь всего лишь думаю о том, что, возможно, последует за этим…
Не со злости. Не с определенным умыслом. А во благо…
Потому что уверена: снова начнутся споры. Интриги. И Чакырбейли обязательно узнает о связи Абрамова и Альмиры… И тогда? Что произойдет тогда? Та самая война, о которой говорит Руслан? Или куда хуже?
Как же все сложно…
— Дари… — повторяет Альп, сжимая мою ладонь. — Точно все нормально? Если ты не хочешь, чтобы мы…
Осекается на полуслове, а я заливаюсь краской смущения, понимая, о чем он. Посторонние мысли улетучиваются, оставляя лишь сладостное предвкушение.
— Нет, — качаю головой. — Дело не в этом. Просто… задумалась слегка.
— Надеюсь, не о том, что позже будешь жалеть. Я бы не хотел, чтобы ты испытывала подобное.
— Я не жалею, Альп, — отвечаю сипло. — Я уже сделала выводы касательно всех людей в своей жизни. У меня есть только ты и Каан. Другого мне не надо.
— Дарина, я не знаю, что и ответить. Мне сложно говорить о чувствах. Ты же знаешь. — Но на его губах расплывается улыбка.
— А ты ничего и не говори. Достаточно того, что ты ради нас делаешь. Я все вижу, Альп. Все, понимаешь?
Он кивает, а затем вдруг подносит мою руку к губам и целует.
— Дарина, я люблю тебя, — произносит он хрипло. А я молчу, не находя слов. — Так, как не любил никого в этой жизни.
— Я тебя тоже, — все, что я могу выдать в ответ.
После моих слов Альп глубоко выдыхает. Устремив взгляд на дорогу, жмёт на газ.
Спустя полчаса мы подъезжаем к дому. Нас встречает домработница, которая чуть ли не с порога приглашает пройти на кухню. Я слегка задерживаюсь у входа, наблюдая за тем, как Альп идёт наверх. Втягиваю аромат приготовленной еды.
— Чудесный запах!
— Я старалась для вас. Знала, что после работы приедете голодные и уставшие. В общем, надеюсь, вам понравится, — улыбается она.
— Я в этом не сомневаюсь… А где Каан? — спрашиваю, вешая пальто на вешалку.
— Как всегда, с Тамилой наверху. Играют. Кстати, мы его покормили. Так что можете об этом не беспокоиться. А Азиза пораньше ушла. Сказала, что к маме поедет. Вы как переоденетесь, приходите сюда, на кухню. Я накрою на стол.
— Спасибо, — киваю ей.
Поднявшись по лестнице и открыв детскую, я наблюдаю картину, от которой сердце вновь сжимается. Альп берет из рук нашей названой «няни» сына и целует его в лоб.
Я благодарю Тамилу и, когда за ней закрывается дверь, сажусь на диван, глядя на двоих самых близких мне людей. Радуюсь, что все наконец стало налаживаться… Кажется, раньше о подобном я могла лишь мечтать.
До самой ночи мы проводим время вместе. Я, Каан и Альп. А проголодавшись, все же идем ужинать. Эта идиллия греет душу. В такие моменты забываешь обо всем, что было, и рисуешь новый путь. Светлый. Чистый. Совсем не такой, как раньше…
Уложив сына в кроватку, я иду в ванную, где провожу около десяти минут. Стою под струями воды и наслаждаюсь тем, как она смывает все плохое, накопившееся за день. Затем привожу себя в порядок. Переодеваюсь, сушу волосы, а когда открываю дверь, тут же ударяюсь о чью-то стальную грудь. Понимаю, кто это, практически сразу.
— Попалась!
Проникновенный голос Альпарслана выбивает воздух из лёгких, а мужской запах окутывает со всех сторон.
— Ты испугал меня, — растерянно произношу я. Поднимаю голову и буквально сразу тону в темном омуте его глаз.
— Да? — Он окидывает испытующим взглядом мое разгоряченное тело. Будто пожирает им. Нежно касается открытых плеч.
— Да, — киваю рефлекторно, исследуя его в ответ.
Сейчас он в черной футболке и спортивных штанах. Закрытый. Защищенный. Чего не сказать обо мне… Я стою в одной лишь ночной сорочке, под которой ничего нет. Абсолютно.
И Альп это видит.
— Красивая моя… — Он понижает тон. — Дари, ты…
Его рука касается спадающей лямки, которую он тут же тянет вниз. Затем и вторую.
— Что? — Я прикусываю губу, когда он убирает за спину влажные волосы.