Распахнув глаза, сразу замечаю две полоски. Одна яркая, вторая бледная по сравнению с первой. Выдохнув, выхожу из ванной, ищу свой телефон. Нужно немедленно поговорить с Альпом. Пусть едет домой. Необходимо поскорее сообщить ему такую долгожданную новость.
Но муж не берет трубку. Длинные гудки действуют на нервы. Набираю ещё раз, однако результат тот же.
Спускаюсь на первый этаж. Хочется рассказать кому-нибудь о таком важном событии, но надо, чтобы первым узнал муж. Телефон подаёт признаки жизни, когда я, оставив его на столе в гостиной, иду в кухню, посмотреть, что приготовила домработница.
Возвращаюсь и сразу же принимаю звонок, увидев на экране номер Альпа.
— Извини, Дарин. Мы на объект приехали. Мобильный в машине забыл.
— Все нормально. — Я кусаю нижнюю губу, размышляя, сказать ему или дождаться, когда домой вернётся. Блин, веду себя как школьница, честное слово! — Ты надолго там?
— Минут через двадцать выезжаю, — отвечает он. — Что случилось? Почему у тебя голос такой?
— Какой? — Я улыбаюсь.
— Будто что-то хочешь сказать, но не решаешься, — догадывается муж.
— Угадал. У меня для тебя хорошая новость, но по телефону я говорить не собираюсь. Поэтому с нетерпением жду твоего возвращения.
— Скоро буду.
Прижав телефон к груди, я расплываюсь в улыбке. Мне сейчас настолько хорошо, что хочется летать от счастья. Я так давно мечтаю забеременеть и рассказать это Альпарслану… Уже начала думать, что этот день никогда не наступит.
Когда муж сказал, что скоро будет, я даже не думала, что это и правда случится так быстро. Прошло всего сорок минут, и вот из окна кухни я вижу, как распахиваются ворота и он заезжает во двор.
— Альп приехал. Кофе ему сделайте, пожалуйста, — говорю домработнице, выбегая из просторной кухни.
Встречаю мужа прямо у двери. Мы как влюбленные школьники. Я бросаюсь ему на шею и крепко обнимаю. Он в ответ крепче прижимает меня к себе.
— Я беременна, Альп! Беременна! — шепчу ему на ухо. — У Каана скоро родится сестра или же братик.
Альпарслан замирает. Ощущение, будто вовсе перестает дышать. Отпускает мою талию, которую секунду назад сжимал, делает шаг назад, заглядывая в мои глаза. Он в шоке. Неверяще смотрит на меня.
— Точно? — хрипит он, резко притягивая меня к себе и вжимая в свою твердую грудь. Утыкается носом в макушку и втягивает запах. — Может, в больницу? Что там надо? Я читал в интернете, что УЗИ обязательно…
— Господи, Альп… Ты действительно интересовался этим? — не на шутку удивляюсь я.
— Почему нет?
Мое внимание привлекают ворота, которые снова распахиваются. Во двор заезжает серебристый «мерседес».
— Бурак с семьёй, — подсказывает муж.
Мы идём к их машине. Задняя пассажирская дверь распахивается, и из салона выпрыгивает Али — старший сын Лейлы и Бурака. Он сразу бежит к нам.
— Привет, Али, — улыбается Альп, подхватывая его на руки. — Как доехали?
— Отлично, — отзывается он, громко смеясь, когда Альп крутит его в воздухе.
— Добро пожаловать! — Я протягиваю руку Бураку, и он сразу сжимает мою ладонь. Затем бросаюсь в объятия подруги. — Как я рада вас видеть!
— Мы тоже очень рады, — говорит она, гладя меня по спине. — Ты сияешь от счастья. Есть хорошие вести? — шепчет Лейла мне на ухо, затем отстраняется, чтобы заглянуть в глаза.
— Ага! — Я улыбаюсь, не желая скрывать такую долгожданную новость.
— Ой, миленький, как ты? — обращается Лейла к Каану, который медленно идёт в нашу сторону. Следом за ним — Азиза. — Иди ко мне, малыш.
Лейла берет его на руки, расцеловывает лицо. А потом передает своему мужу.
— Бурак, твой друг скоро снова станет отцом, — говорит она с широкой улыбкой. — Поздравь Альпарслана. Они давно этого ждали. Мечтали!
Лейла забирает на руки дочку, которая спит в машине.
— Это правда?
— Сам буквально пять минут назад узнал, — громко смеётся муж, не сводя с меня взгляд. — Чувствую, что моя мечта сбудется. Дочь родится.
— Мне всегда казалось, что большинство мужчин хотят сына, — пожимает плечами Лейла. — А ещё хотят, чтобы их было как можно больше. — Она не сдерживает смех. — А вы, — она смотрит сначала на своего мужа, потом переводит взгляд на Альпа, — все твердите, что дочь хотите. Удивительно.
И дочку свою в макушку целует.
— Я не говорил, что не хочу второго сына. — Альп забирает из рук Бурака Каана и прижимает к груди. — Дари обещала и сына родить. Поэтому я не теряю надежды.
— Лейла мне тоже обещала, — поддакивает Бурак, на что подруга закатывает глаза.
— Так, нам кушать пора и спать. — Забрав Каана, Азиза идёт в дом.
— А чего это мы посреди двора стоим? Пойдем шашлыки жарить. — Альп хлопает Бурака по плечу. — Сегодня невероятный день. Обязательно надо запечатлеть его в памяти.
Эпилог
Сегодня тяжёлый день. Настолько, что я уже не знаю, как все успеть. Мы были на соревнованиях дочери по танцам. Она заняла третье место, и это очень хороший результат, потому что она занимается ими всего-то восемь месяцев. Сама захотела, чтобы я отправила ее на курсы, а я согласилась.
Альп поехал с Кааном. У него тоже соревнования, но по карате. Я понятия не имею, чего добился сын, потому что муж не отвечает на мои звонки, Каан — аналогично. Я ненавижу такие моменты. Чувствую себя обессиленной, когда он не берет трубку. Возможно, Альп с Кааном сговорились… Решили сделать нам с Айгуль сюрприз, но это не смешно. Я — мать, и я переживаю.
Захожу в дом и быстро стягиваю с дочки куртку, шапку и шарф. Она бежит прямиком в ванную — знает, что первым делом нужно принять душ. Я снимаю пальто и вешаю его на вешалку. Положив сертификат и медаль на стол в гостиной, быстро иду за ней. Вспотела не меньше Айгуль. Все от нервов и переживаний за сына.
— Ты у меня умница, — хвалю я дочь. — Многого добьешься, если цель себе поставишь.
— Я не хочу быть танцовщицей, мам. Это просто хобби, — умничает Айгуль, забирая с полочки гель для душа. — Я стану адвокатом! — вздернув подбородок, заявляет она.
Откуда у моих детей такая страсть? Каан твердит, что поступит на юрфак, дочь — аналогично. Я с ума сойду с этими любителями справедливости.
— Выбирать, кем вы станете в будущем, я не буду, Айгуль. Это ваше решение. Но танцы бросать не стоит. Слышала, как тебя хвалила преподавательница? Все в восторге от тебя.
— Я получила бронзовую медаль. Это не очень хорошо, мам.
— Боже, Айгуль… — Я протяжно вздыхаю.
Дочь учится во втором классе. Она терпеть не может поражений, всегда хочет быть на высоте. Не знаю, в кого она пошла, но если у нее есть цель, то она ее бесспорно достигнет. В чем-то похожа на меня, однако я никогда не была такой упрямой.
— Дорогая, когда мы ехали в спорткомплекс, ты сказала, что обязана занять хоть какое-то место из первых трёх.
— Да, я так сказала, но не думала, что первые две места займут такие… Ну, на мымр похожие!
— Нельзя так говорить о других! — строго произношу я, помогая дочке вылезти из ванны. Кутаю ее в махровый халат, и мы выходим.
Сушу ей волосы, помогаю одеться. А потом сама иду в душ. Телефон забираю с собой. Стягивая одежду, набираю Альпа и кладу мобильный на стиральную машину. Длинные гудки продолжаются, муж не отвечает
Не знаю, сколько времени я провожу под струями теплой воды. Нервы начинают подводить. Умом понимаю, что накручиваю себя. Ну, может, не закончились ещё соревнования. Может, там шумно и муж просто не слышит, как звонит телефон? Но, черт возьми, разве он не знает мой характер? Разве не догадывается, как я тут переживаю? Вся на иголках!
Одевшись, собираю волосы в высокий пучок, спускаюсь на нижний этаж. Айгуль сидит на диване, что-то печатает на телефоне. Взгляд у нее хмурый, прямо как у отца.
— Мам, бабушка просит, чтобы я на выходные к ней приехала, — говорит дочь, поднимая на меня взгляд.
— Если папа разрешит, то пожалуйста.
Бабушка — это Римма Булатовна. С моей матерью мы в последний раз виделись около девяти лет назад — на кладбище. С тех пор я без понятия, что с ней и как. Вроде бы до сих пор живёт со своим братом. И я ни разу не слышала от Альпа, чтобы она захотела увидеть меня или внуков.
Иногда у меня просыпается дикое желание встретиться с ней. Потребовать сделать тест ДНК. Ибо кажется, что я ей не родная… Ну не может быть настолько безразлична родная кровь.
Черт! Я просто ни дня не могу прожить без своих детей. Даже когда они в школе, постоянно думаю о них. Расписание знаю, на перерывах обязательно звоню.
А моя мать наплевала на меня. Что одиннадцать лет назад, когда Давид строил козни против меня, что после его смерти, когда правда выплыла наружу…
Мать года. Иначе не скажешь.
Стою у панорамного окна и смотрю на ворота. Они наконец распахиваются, и во двор заезжает машина мужа. Смотрю, как они выходят из автомобиля. Альп — первым. Он открывает заднюю пассажирскую дверь, забирает оттуда два букета цветов и идет к дому. А я специально не спешу к ним.
— Мамуль! — эхом разносится голос сына. — Айгуль!
Разворачиваюсь, сканирую мужа непроницаемым взглядом. Он, явно почувствовав мое раздражение, хлопает ладонями по карману джинсов.
— Прости, — говорит он. — Телефон в машине забыл. Скорее всего, нечаянно на беззвучный поставил.
— Мама! Первое место! — Сын подбегает ко мне и вручает цветы. — С Восьмым марта! И тебя, сестрёнка! — Второй букет он протягивает Айгуль.
— Поздравляю. — Поцеловав сына в макушку, обнимаю свободной рукой. — А пораньше сообщить нельзя было?
— Я хотел сообщить дома, — виновато произносит сын. — И хорошую новость, и с праздником поздравить.
— Ладно, беги в душ. — Я кладу букет на стол. Качнув головой, улыбаюсь.
— О! Сестрёнка тоже не с пустыми руками, пап! — громко говорит сын, заметив на столе рядом с цветами медаль и сертификат дочери.
— Сегодня отличный день! — Альп останавливается рядом с Айгуль. Притянув ее к себе, обнимает. — В честь вашей победы я возьму отпуск, и мы на целую неделю поедем туда, куда душа ваша пожелает.