Ещё через месяц Алексей уже сносно писал. Иногда он делал ошибки, не без этого, но язык-то совершенно новый для него.
Он решил собственноручно написать доклад кентарху. Во-первых, попросить положенное солдатам жалованье, которое задерживалось, а во-вторых – сообщить о разгроме скифского племени. Хоть это и не вчера произошло, но раньше он не мог сообщить об этом. Он написал о своих потерях, об убитых воинах противника – соотношение получалось вполне приличным.
С первым же торговым судном, шедшим в Херсонес, он отправил донесение. Владелец судна, греческий купец, клялся, что вручит письмо лично в руки самому кентарху. Если бы не задержавшееся жалованье и деньги на провизию, Алексей о письме забыл бы.
А через три недели случилось и вовсе необычное. С небольшим посыльным судном прибыл с инспекционной проверкой сам кентарх. С ним прибыл и казначей с жалованьем – сразу за два месяца и с деньгами на питание. Кентарх же, Октис Гракх, побывал и на столбах Адалары, где несли службу караульные, осмотрел отремонтированный стреломёт. Побывал он и на строительстве крепости – и везде служба неслась почти образцово. Увиденным кентарх остался доволен.
Алексей повёл сотника в лучшую таверну. Угостил хорошим вином, закусками – оливками, сыром, жареной кефалью, бараньим супчиком, горячими лепёшками и финиками. Оба возлежали на лежанках вокруг низкого стола. В забегаловках для простого люда столы были выше, и сидели там на лавках, лежаки же предполагали неспешную беседу. Но и кентарх не торопился, он посещал все гарнизоны в прибрежных селениях.
Ублажив брюхо, кентарх ковырялся в зубах деревянной зубочисткой.
– Не думал я, Алексей, что ты, человек в армии новый, сможешь так славно всё организовать. А главное – язык. Ты стал говорить едва ли не лучше меня!
– Беру уроки у грека, учителя словесности. Освоил письмо, чтение, шлифую произношение.
– Ты растёшь – совсем как истинный ромей. Даже и не подумаешь, что варвар.
Кентарх немало подивился тому, что Алексей упорно изучает язык, недоверчиво покачал головой.
Утром, уже у трапа, Октис Гракх на прощание похлопал Алексея по плечу:
– Служи империи честно, декарх! А я подумаю, что можно для тебя сделать.
А через неделю дозорные со скал доложили, что видят передвижение всадников. Правда, были они далеко, и определить по одежде и оружию, кто они, не представлялось возможным.
И Алексей решил всё узнать сам. Как говорится, кто предупреждён, тот вооружён. Взяв с собой Актита и Рона, он отправился подальше от берега. Там степь, там далеко видно.
Они шагали не меньше двух часов, да всё в гору. Потом пошла ровная степь, только кое-где были холмы.
В паре километров от них паслись лошади с длинными гривами и неподрезанными хвостами – явно не из византийских ал. Да и знал бы Алексей, если бы здесь находились союзники из вспомогательных частей. Обычно командиры подвижных сил всегда докладывали в селения о своём местонахождении.
Алексей разгромил селение скифов, и теперь сюда пришли другие степняки. Может, те же скифы, только из другого племени. Вступить в переговоры? Он языка не знает. Да и опасно. Скифы – или кто там пришёл на эти земли – могут просто убить, пользуясь численным превосходством. Ведь лошадей около трёх десятков, стало быть – и мужчин в племени не меньше. Проще всего отвадить степняков, уничтожив корм для лошадей. Сжечь бы траву! Сейчас осень, трава уже не такая сочная, местами высохшая. Но нужно какое-то горючее.
Вместе с гоплитами Алексей вернулся в Гурзуф – надо было поразмыслить.
Проблемы было две: что использовать в качестве горючего и как доставить и разлить это горючее по степи?
Алексей стал обходить лавки торговцев. В порту у лавочника он обнаружил небольшие глиняные амфоры с чёрной жидкостью. Принюхался. Пахло нефтью.
– Это что? – спросил Алексей.
– Земляное масло. Его из Персии возят.
– А зачем?
– Знахари и лекари берут – суставы мазать. Говорят, помогает. А ещё моряки берут – для «греческого огня». Только я состава не знаю. А разве у тебя сифон есть?
– Сифон? – удивился Алексей. – Что это?
– Железная труба с мехами – из неё греческий огонь мечут. В крепостях ставят или на кораблях.
О «греческом огне», прообразе напалма, Алексей слышал, о сифонах – краем уха.
– Мне бы деревянную бочку из-под вина с земляным маслом.
– Зачем тебе столько? – удивился продавец.
– Степь хочу поджечь, скифов заставить уйти.
– Как бы худа не случилось, – обеспокоился лавочник.
– О, до Гурзуфа огонь не дойдёт, пастбище слишком далеко.
– Тогда приходи завтра. Надо бочку найти, масло в неё налить. Мог бы и оливковое использовать.
– Оно дорогое и горит хуже.
– Это верно.
На следующий день, расплатившись, Алексей получил бочку с нефтью. Торговец был так любезен, что сам привёз её к казарме на повозке, запряжённой осликом.
Увидев винную бочку, гоплиты возликовали, но Алексей быстро остудил их пыл:
– Бочка не с вином, а с «греческим огнём». Не вздумайте пробовать!
Солдаты разочарованно отошли. Конечно, в бочке была сырая нефть, но для гоплитов слова о «греческом огне» были понятны и потому настораживали.
Теперь следовало подумать о доставке. Ослик и повозка – это вариант, но уж больно скорость мала. Скифы, увидев ослика с повозкой, попытаются отбить его или как-то помешать разлить нефть и поджечь её. А проделать все надо было максимально быстро, без риска.
Алексей решил посоветоваться с Актитом.
– Ага, про старого друга вспомнил! – обрадовался тот. – А ведь я подскажу! Лучшее средство – колесница!
– Да где же её взять?
– Коня арендуй, а колесницу целиком тебе не надо – всего-то тележная ось и колёса. Бочку свою сверху привяжешь. Всадник на коне сидеть будет. Как бочка опорожнится – обрубить постромки, да и бросить её вместе с колёсами. Быстро и просто.
– Верно! Спасибо за подсказку! Мне нужны два человека. Один – чтобы управлять лошадью, другой – для того, чтобы поджечь.
– Тоже проще простого. На лошадь с колесницей сяду я. Ещё одна лошадь нужна. К её седлу нужно длинную верёвку привязать, шагов тридцать-сорок длиной. Свободный конец по земле пустить и поджечь.
– Понял. Один впереди едет и из бочки земляное масло разливает, второй за ним скачет и поджигает. Быстро и просто.
– За подсказку с тебя кувшин вина.
– После того, как пастбище подожжёте. Ищи второго наездника.
– Алексей, ты забыл, что у тебя десяток из варваров. Здесь половина умеет в седле держаться.
– Тогда сооружай свою колесницу и ищи напарника, а я займусь лошадьми.
За полдня Актит соорудил импровизированную коляску. Найти лошадей оказалось сложнее, и у Алексея на это ушло несколько дней.
Торговцы пользовались для перевозки товаров осликами – животными неприхотливыми. Они и повозки таскали, и по горам вьюки возили. Причём ослика иногда и видно не было из-под поклажи. Только недостатков у этого «транспорта» было два: скакать не умели и в неподходящий момент заупрямиться могли. Даже хозяева не всегда могли сдвинуть с места упрямое и своенравное животное. Лошади в селении тоже были, но в основном у богатых людей – для парадных выездов. Отдавать их, даже за плату, никто не хотел.
Подсказал Аресий-лавочник, парень жуликоватый:
– Возьми у греков, что на окраине живут. Они иногда тайными делами занимаются. Ну, сам понимаешь – везут товар на лошадях в обход мытарей, налоги не платят. Они за деньги пару лошадей уступят тебе на день-два.
– Так ведь я не знаю там никого. Не думаю, что они пойдут навстречу незнакомому человеку.
– Ха! Да ты наивен, декарх, как юная девочка. Кто же в Гурзуфе тебя в лицо не знает? Иди смело! Если что – сошлёшься на меня. Погоди-ка! Ты что, Алексей, снова в набег на скифов собрался?
– Намереваюсь.
– Тогда, чур, пленных – ко мне!
– Я помню, Аресий!
Оба расстались, довольные друг другом, и Алексей сразу отправился к грекам.
На окраине, на правой улочке, жили одни греки.
Алексей спросил у прохожего, где найти старшего.
– Вон дом Микидиса, – махнул прохожий рукой.
Грек встретил неожиданного гостя доброжелательно. Усадил за стол, налил кубок вина, женщины сразу поставили вазу с фруктами. Несколько раз Алексей пытался заговорить о деле, но хозяин не позволял ему это сделать.
– Ты о здоровье расскажи, о семье.
– Не болею, чего и тебе желаю. А семьи нет, не женат.
– Вот! Молодой, начальник уже – и не женат. А хочешь – мы тебе жену найдём?
– Ты мне лучше двух лошадей найди.
– Э! Это мелочь! Когда лошади нужны?
– Завтра, на один день. Деньги сразу отдам.
– Зачем говоришь о деньгах? Я тебе так дам.
Но Алексей твёрдо знал, что бесплатный сыр бывает только в мышеловке.
– Ну да! А потом чем расплачиваться?
– А, мелочь! Твои гоплиты будут иногда закрывать глаза на моих людей. Знаешь, такой маленький караван с товаром! Если платить все налоги, совсем бедным буду. А у меня семья большая, двенадцать человек – что твоя декархия, – Микидис хихикнул.
Алексей поднялся и начал прощаться.
Он шёл назад и размышлял. Выходит, люди одинаковы во все века. Так же уходят от налогов, так же занимаются тайными делишками. А впрочем, деятельность грека Алексея не касалась, он солдат, а не полицейский. Его дело – оборона селения, а о Микидисе пусть голова у других болит.
Утром молодой грек привёл двух осёдланных коней. Одного запрягли в колесницу, где была привязана бочка с нефтью. Верхом на коня сел Актит. На другую лошадь легко взлетел сухопарый и жилистый Барт.
Уже перед их отъездом Алексей решил сам посмотреть, как всё пройдёт, и уселся на бочку. Актит лишь головой покачал, но перечить не стал.
Менее чем за час они добрались до места.
Оставив лошадей в неглубоком овраге, все трое подобрались к кустам. За ними простиралась степь. Впереди, километрах в пяти возвышался небольшой холм.
Алексей послюнявил палец и поднял его, пытаясь определить, откуда дует ветер.