Оливер прав, у меня своя работа.
— Отлично, — мрачно ответил Оливер, повернувшись ко всем спиной и направившись в сторону домика, что он арендовал. — Делайте, что хотите, только, надеюсь, у вас хватит ума не мешаться под ногами.
— М-да… — вздохнула я, поправляя лямку рюкзака и смотря на захлопнутую дверь, за которой только что скрылся парень. — Он разозлился… Очень… — На это Шкурка, свернувшийся калачиком у меня на голове, согласно заурчал.
— Как бы то ни было, цыганка, ты должна нас всех понять, — обратился ко мне Бо-сан. — Хоть ему это и не по нраву, вечно играть в молчанку не получится.
— Я вас понимаю, Бо-сан, — негромко ответила я, отводя взгляд в сторону. — Но ещё больше я понимаю Нару. И по правде сказать, вы действительно можете помешать, а это…
— Роза! Лин! — послышался зов Оливера из дома.
— Ух, уже сердится… — протянула я, рефлекторно вжав голову в плечи. — Ладно, не грустите, — махнула ребятам рукой и побежала следом за Нару.
Я знаю… Оливеру сейчас нелегко. Он мрачен, молчалив и постоянно смотрит в окно, когда мы находимся вдвоем в хижине. Лин решил вернуться в ближайшее поселение, чтобы добраться до телефона и связаться с родственниками Нару, а также с командой водолазов. Всё это время мы оставались одни, не считая Шкурки. Но хорёк точно молчал.
Хотелось поговорить с парнем. Совершить какую-нибудь глупость, чтобы вызвать его вечное ворчание и недовольство. Хотелось обнять его и сказать, что всё будет хорошо. Но это ложь, а сам Оливер слишком умён, чтобы осознавать подобное. В итоге… я ничего не говорила. А время шло…
Я видела Джина. Видела то, каким он стал.
Это плохо… Призрак не должен быть таким. Вернее, подобное бывает и довольно часто. Юджин вспоминает свою смерть от того его тело видоизменяется, приобретая те повреждения, которые он получил в момент своей гибели.
Это плохо… Вспоминая мучительную смерть, он забывает то, каким он был в жизни. Призраки в этот момент могут стать тёмными и вообще наполниться гневом, злостью и обидой из-за несправедливости. А он не простой призрак. Он призрак медиума с огромной силой даже после смерти. Если не помочь ему сейчас, то после… Единственное, что мне останется, это запечатать его, как демона.
Необходимо приступать к работе.
Я с самого начала знала, что меня ждёт. Знала, что будет, и к чему я иду. Хотела этого избежать всеми фибрами души, но… Иначе никак. Это мой долг с самого рождения. Мой долг, дар и проклятие…
Пора готовиться.
Встав с кровати, которая находилась около деревянной стенки, я подошла к своему рюкзаку и присела перед ним на корточки, начиная ковыряться в ёмкости. Оливер обернулся на возникший шум, но пока лишь хмурился, ничего не говоря. Взгляд сине-фиолетовых глаз пустой, недовольный, озлобленный, а вся поза говорила о том, что он вот-вот проткнёт невидимыми иголками любого, кто приблизится к нему.
Тем временем я принялась доставать инструменты, которые могут мне понадобиться. Достала свой чёрный с зелёной росписью платок и повязала его на бёдра. Так же достала ритуальный кинжал, который сохранялся в ножнах. Оружие аналогично было прикреплено к бёдрам, но так, чтобы в случае необходимости я могла достать лезвие. Было вытащено ещё несколько предметов, в виде различных трав и несколько амулетов, и на этом, пожалуй, всё. После я на скорую руку заплела волосы в тугую косу и… сняла обувь.
— Что ты делаешь? — всё же спросил Оливер.
— Готовлюсь к своей работе, — коротко ответила я, несмотря в его сторону.
— Ты собираешься уйти? — В голосе послышалась настороженность. Сам того не ожидая, парень шагнул в мою сторону.
— Да, — всё также спокойно отвечала я. — Не волнуйся, к вечеру я вернусь, — и тут же добавила: — Надеюсь… Но, как бы то ни было, тебе не следует идти со мной.
— Это ещё почему? — злобно спросил Оливер, вновь шагнув в мою сторону.
— Будто ты не понимаешь, — вздохнула, оглянувшись через плечо. — Оли, сейчас начинается моя работа, где тебе делать нечего. Пожалуйста, дождись Лина и действуйте в соответствии с планом. Меня же не ищите и не тревожьте.
— Роуз, как твой духовный напарник, я имею право… — начал парень, но я его перебила.
— Если бы это не касалось тебя лично, я бы и слова не сказала. Ты же знаешь, — устало произнесла я, смотря ему в глаза. — Но сейчас всё иначе. Ты можешь всё только усложнить. Прошу, сколько бы это не заняло времени, не ищи меня и не влезай в процесс.
— Что происходит, Роуз? Ты что-то недоговариваешь. — Нару обошёл комнату так, чтобы встать около двери, прислонившись к ней спиной и перегородив мне выход. Руки недовольно скрестил на груди, а глаза готовы были прожечь меня насквозь. — Что происходит? Разве мы не договаривались, не держать друг от друга секретов? Ты единственный человек, которому я верю больше, чем себе. Так что?..
— Оливер! — с неким отчаянием вздохнула я, вновь перебив и взглянув прямо в глаза. Я понимала его злость, боль, негодование, но иначе никак. — Прости, но… Ты не можешь. Мы так же договаривались о доверии, верно? — Шагнула к нему на встречу, прикоснувшись ладонью к щеке. Парень не оттолкнул меня и сам не отстранился. Просто смотрел и слушал, что я говорю. — Сейчас именно тот момент, когда мне необходимо твоё доверие. Я знаю, это сложно и ты переживаешь, но… тебе со мной нельзя. Не пытайся всё разузнать при помощи своих способностей и нашей связи. Не задавай вопросов. Сейчас я не являюсь твоим напарником, невестой, другом или коллегой. Сейчас я… медиум, который добровольно помогает твоей семье. Считай это, как помощь врача, который обязан соблюдать профессиональную этику о неразглашении. Но обещаю, когда всё кончится, ты обо всём узнаешь.
Взгляд парня стал спокойнее и добрее. Он понимал, но…
— Роуз, он всё-таки мой старший брат…
— Знаю, — кивнула я. — Именно поэтому. Кому, как не мне лучше известно, каково это, когда твои родственники уходят? — спросила, и в сознании тут же всплыл образ бабушки, которую я недавно похоронила. — Каким бы ты сильным не был снаружи, это больно и страшно, Оливер. А теперь прошу — отойди.
— Роуз, я всё же… — начал было парень, но его вновь прервали, вот только на этот раз стук в дверь. Оливеру ничего не оставалось, кроме как открыть дверь. Это не Лин. Он бы не стучался.
На пороге оказался Бо-сан. Один.
— Нару-чан, — улыбнулся монах, пытаясь тем самым разрядить обстановку. Он сразу заметил, что между мной и Оливером был некий напряженный разговор, которому Бо-сан помешал. — Вы уж извините, но Нару, нам надо поговорить. Удели, пожалуйста, пару минут.
— У меня нет на это времени, — холодно отрезал Оливер, даже не предлагая монаху войти.
— Подожди, как тогда мы сможем тебя понять? — вздохнул гость.
— Я и не прошу, чтобы вы меня понимали, — всё так же настаивал на своём Оливер.
— Ну, знаешь… — начал злиться Бо-сан, собираясь усилить давление, но неожиданно обернулся, так как услышал за спиной шаги. Выглянув я смогла заметить приближающуюся Май.
— Эм… я не вовремя? — смущённо спросила девушка.
— Нет, что такое? — поинтересовался Оливер.
— Ну… Завтрак… — начала она. — Аяко передаёт, что если хотите, можете присоединиться к нам.
— Не могли бы вы просто оставить нас в покое? — грубо бросил Нару, дав понять, что завтрак его волнует в самую последнюю очередь. Однако эти слова задели Май.
— Вот как? Ну, прости, что помешала! — воскликнула девушка, после чего резко развернулась и буквально убежала в сторону домика, который они арендовали. Следом за Май побежал и Бо-сан, понимая, что девушку лучше в таком виде не оставлять, да и с Нару он точно ничего путного не выбьет.
— Эх… Можно было бы немного мягче, Оли, — вздохнула я, проскальзывая мимо и выходя на улицу. — Они же всё же наши друзья.
— Я экономлю своё и их время. Тем более, я не просил никакой дружбы. Единственное, что мне было необходимо, это чистый профессионализм, который касается только работы. Но раз офис я распускаю…
— Оли, за этот год, что мы с тобой общаемся, я успела тебя неплохо узнать, — начала я, посмотрев на парня. — Ты очень часто говоришь довольно жестокие вещи, которые причиняют боль тем, кто тебя окружает. Вот только со временем я научилась понимать, что слушать тебя надо не ушами. Порой поступки говорят за тебя намного больше, чем слова.
— И к чему ты клонишь? — нахмурился парень.
— А к тому, что если бы тебе нужен был чистый профессионализм, ты бы в жёны меня не звал, верно?
На это парень ничего не сказал. Лишь упрямо смотрел на меня, всем своим видом давая понять, что он всё ещё не одобряет моё решение. Его беспокоило всё. От того, что я с собой взяла, до того, как я выхожу. Босые ноги… Это говорит о том, что я собираюсь почувствовать лучше душу мёртвого. Чтобы связаться с ним. Я буду общаться с духом его брата, и Оливера это нервировало больше всего.
М-да… Оказывается, Нару стало намного проще понять. Он не хочет оставаться один, но… Я не могу отказаться. Увы.
— Нару! Роза-сан! — прозвучал приближающийся к нам голос. Как оказалось, это был возвращающийся Лин. — Они будут через два-три дня, — на ходу пояснил китаец, и мы сразу поняли, что это Лин о родителях Оливера. — Ещё я связался со специалистами и вызвал водолазов, — продолжал он, поднимаясь по ступенькам. — Они должны быть сегодня после обеда.
— Хорошо, — кивнул Оливер, пропуская Лина в помещение. Но китаец замер, заметив меня, которая, наоборот, уходила наружу.
— Присмотри за ним, — бросила я коротко Лину, на что тот согласно и понимающе кивнул, не задавая лишних вопросов. Хоть кто-то осознаёт всю ответственность.
Единственный, кто несмотря ни на что пошёл со мной, был Шкурка.
Однако это само собой разумеется.
Вначале я прошла через лес к озеру. К тому самому месту, где видела призрак Юджина, но его там не оказалось. Прекрасно понимала, что Джин далеко от этого места уйти не мог, но он почему-то всё никак не попадался мне на глаза. А ведь чувствовала его… Да. Дух утопленника определённо витал по кругу. Он прятался. Почему? Почему избегает меня?