Наступил вечер, вода в пруду потемнела, и девушка увидела, что прилетели голубки — сорок одна. Они нырнули в воду, и вместо голубок из пруда появились девушки — сорок одна, каждая красива, как четырнадцатидневная луна. Красавицы собрались идти во дворец, но, перед тем как покинуть берег пруда, самая догадливая из них заметила дочь падишаха.
— А-а-а, кто это там? — спросила она.
Тут все девушки повернули назад и подошли к дочери падишаха:
— Что тебе здесь нужно?
— Ничего, — отвечала бедная дочь падишаха.
Тут девушки сильно избили ее и хотели прогнать прочь, но одна из них сказала:
— Ладно, пусть остается… Будет делать всякую работу…
Остальные девушки на это согласились и забрали дочь падишаха с собой во дворец.
Вскоре наступило утро, девушки-пери должны были улететь. Они дали дочери падишаха связку ключей и предупредили:
— Возьми эти ключи, открой и прибери сорок комнат, приготовь нам еду, сделай то, сделай это… Но смотри не входи в сорок первую комнату…
Девушка встала, сделала все, что приказали пери. Потом она подошла к сорок первой комнате, подумала в нерешительности: «Войти или не войти?» Ей было очень любопытно: «Что же такое в этой комнате?..» Ну ладно. В конце концов она не выдержала и отперла дверь. Смотрит, а там трон… На троне сидит Падишах-Молния… Увидев его, девушка захотела тотчас уйти, но он ей сказал:
— Подойди, девушка, тебе от меня вреда не будет…
Девушка подошла к падишаху, сели они рядом, стали беседовать. Падишах погладил девушке руки и наконец проговорил:
— Ну, теперь ступай…
Девушка ушла и заперла дверь комнаты. Проходя по длинному коридору, она вдруг заметила, что у нее все пальцы окрашены хной. Она тотчас же побежала к крану и принялась мыть руки. Мыла, мыла… Но смыть с рук хну было невозможно. Что делать? От страха перед пери она забинтовала пальцы тканью, чтобы пери их не увидели.
Наступил вечер. Снова прилетели голубки — сорок одна, окунулись в пруд, и вместо горлинок появились девушки — сорок одна. Они вошли во дворец и спросили дочь падишаха:
— Ну, что ты тут делала?
Девушка начала перечислять все, что она сделала. Но тут догадливая пери сказала:
— A-а, что это у тебя с пальцами?
— Порезала ножом и забинтовала, — отвечала девушка.
Тогда пери позвала:
— Нож, а нож… Зачем ты порезал девушке пальцы?
Вдруг нож зашевелился и подал голос:
— Хи-хи-хи… Я не резал. Она ходила к Падишаху-Молнии, и он окрасил ей пальцы хной.
Пери развязали девушке пальцы и увидели, что они и вправду окрашены хной. Тут пери стали колотить девушку палкой.
— Если еще раз пойдешь туда, мы выгоним тебя за дверь! — пригрозили они.
Бедная девушка дала слово:
— Клянусь, больше не пойду туда.
На следующий день девушки-пери опять превратились в голубок и улетели. А дочь падишаха принялась открывать комнаты и убирать их. Дошла она вновь до сорок первой комнаты и остановилась: «Открыть?.. Или не открывать?..» Наконец она не вытерпела, слегка приоткрыла дверь и заглянула внутрь. Падишах-Молния сразу позвал ее:
— Входи, входи, девушка… Иди сюда, никакого вреда тебе от меня не будет.
— Не пойду, — отвечала девушка. — Вчера ты выкрасил мои руки хной, и меня избили. Если я еще раз подойду к тебе, меня выгонят… Не пойду.
А Падишах-Молния повторил:
— Подойди, подойди, девушка, я не причиню тебе вреда.
Ну ладно. Девушка была не в силах устоять перед просьбами падишаха и подсела к нему. Они стали разговаривать. На этот раз падишах дотронулся до шеи девушки и сказал:
— Ну, теперь ступай.
Девушка поднялась, заперла дверь и ушла. Когда она проходила по длинному коридору, перед ней оказалось зеркало в полный рост. Смотрит девушка, а у нее на шее сверкает ожерелье. Она схватила ожерелье, попробовала его снять и так и этак, но ничего не получилось… Тогда девушка обернула шею тканью, чтобы вечером, когда ее спросят, ответить: «Шея болит…»
Наступил вечер. Прилетели птицы, снова нырнули в пруд и превратились в девушек — сорок одну. Пери вошли во дворец, и самая догадливая из них увидела, что у дочери падишаха завязана шея.
— Что это у тебя с шеей? — спросила она.
— Мне в шею боль вступила, поэтому я завязала, — отвечала девушка.
— Боль, а боль… — позвала пери. — Ты зачем вступила в шею девушке?
Боль тут же подала голос:
— Ха-ха-ха… Я не вступала ей в шею… Она ходила в комнату Падишаха-Молнии, и он дал ей ожерелье.
Пери сорвали с девушки повязку, смотрят — а у нее на шее ожерелье, да такое, что подобного и не видывали на свете… Тогда пери принялись колотить бедную девушку сильнее прежнего и вновь наказали ей:
— Не смей входить в ту комнату! Если опять туда пойдешь, то на этот раз мы не станем держать тебя здесь ни минуты.
На следующее утро пери снова превратились в птиц и улетели. А девушка теперь направилась прямо в комнату падишаха. Он увидел ее и стал звать:
— Иди сюда, девушка, иди сюда!
Но она ему ответила:
— Нет, лучше уж не пойду. Прежде ты покрасил мне руки хной, надел на шею ожерелье. Меня за это так мучили! И теперь, если я войду к тебе, меня обязательно выгонят из дворца, не оставят тут…
А падишах все повторял и повторял:
— Иди сюда, девушка, иди… Тебе не будет от меня вреда…
И девушка была не в силах устоять. Вошла она в комнату к падишаху, стали они беседовать. Потом падишах погладил рукой волосы девушки и сказал:
— Ну, теперь ступай.
Девушка ушла. Когда она проходила по коридору и опять дошла до большого зеркала, то посмотрела на себя и увидела, что на голове у нее венец, который весь горит и сверкает. Она постаралась снять его, но так и не смогла. «Ах, как же мне быть?! Ведь они опять увидят…» — подумала девушка.
Делать нечего. Она повязала голову большим платком, чтобы не увидели пери.
Наступил вечер, вновь прилетели голубки, окунулись в пруд, и каждая из них превратилась в девушку. Вышли они из воды и явились во дворец. Тут самая догадливая пери заметила, что у дочери падишаха на голове огромный платок.
— Что это у тебя с головой? — спросила она.
— Я расчесывала волосы, и гребень вонзился мне в голову.
Тогда пери позвала:
— Гребень, а гребень!
— Я здесь!
— Ты зачем вонзился девушке в голову?
— Хе-хе-хе… Я не вонзался. Она ходила к Падишаху-Молнии. Он надел на нее венец.
Пери сорвали с девушки платок, смотрят — а у нее на голове сверкает и переливается венец. Тут они окружили девушку и изо всех сил стали колотить ее палками. «Разве мы не предупреждали тебя?» — говорили пери и так ее били, так били! Вот-вот совсем убьют… Вдруг — облако, молния, буря, гром, туман! Небо смешалось с землей, пыль — с туманом, мгла — с прахом — появился Падишах-Молния. Он освободил девушку от пери. Посмотрела девушка — и что же увидела? Она снова в комнате Падишаха-Молнии, и он ей говорит:
— Иди же сюда, моя султанша. Терпение всегда вознаграждается благополучным концом.
Потом падишах позвал девушек-пери — сорок одну — и отдал их в услужение своей султанше как невольниц.
После этого заключили брак и устроили свадьбу на сорок дней и сорок ночей. Такая была свадьба, такая свадьба, просто все ходуном ходило… И я там был…
Они достигли цели своих желаний, а мы залезем в паланкин.
С неба упали двадцать апельсинов: десять мне и десять тому, кто рассказал сказку.
Жила когда-то бедная девушка. Была она молодая, красивая, но очень бедная. Ютилась она в лачуге. Утром и вечером, молясь, она просила: «О мой Аллах, не дай мне умереть, пока я не пожила в доме из сорока комнат».
А у одного человека в той стране как раз был дом в сорок комнат, но кто бы его ни снял, через неделю выезжал. О доме пошла дурная молва. Владелец дома потерял к нему интерес и решил продать его за ничтожную цену. Он нанял посредника и велел ему выкликать, что дом в сорок комнат продается за тысячу лир. Посредник целыми днями ходил по городу, но ни одного покупателя на дом не нашлось.
Наконец однажды приходит посредник на ту улицу, где жила бедная девушка, и выкликает:
— Дом в сорок комнат продается за тысячу лир!
Девушка выходит из своей лачуги и говорит:
— Я куплю.
— А хватит ли у тебя, девушка, денег, чтобы купить дом в сорок комнат? — с презрением спрашивает ее посредник, и девушка, опустив голову, уходит к себе.
Когда наступил вечер, посредник пришел к владельцу дома и сказал:
— Покупателя на ваш дом не нашлось.
— И даже ни одна собака не пролаяла? — спросил домохозяин. — Никто даже голоса не подал?
— Ах да, какая-то бедная девушка, что живет в лачуге, сказала: «Я куплю», — ответил посредник.
— Сейчас же иди к ней. Погрузи и доставь вещи этой девушки в мой дом, посели ее там. Я даю ей сорок дней льготных, пусть она сорок дней живет в. доме бесплатно, — сказал владелец дома.
Приходит посредник к бедной девушке и говорит:
— А ну-ка собирайся. Исполнилось твое желание. Я отвезу тебя в дом из сорока комнат.
А было всех-то вещей у девушки — овечья шкура да треснувший кувшин. Взяла она их, вошла в дом и поселилась там. Соседи, которые видели, что она тут поселилась, прислали ей блюдо с едой.
Вечером, когда девушка совершила омовение перед намазом, внезапно появился черный кот.
— Ах, — сказала девушка, — Аллах дал мне дом в сорок комнат, дал мне и еду. А теперь он послал мне друга для души — кота. Иди сюда, мой черненький! Добро пожаловать, милости просим!
Она обняла кота, отнесла его в комнату, посадила напротив себя за стол, и они вместе поели. Когда пришло время ложиться спать, девушка постелила коту овечью шкуру и укрыла его своим ферадже.
— Тебя мне Аллах послал, ты мой гость, спи здесь спокойно, — сказала девушка. А сама легла спать на голом полу.
Проснувшись утром, девушка увидела, что кот ушел. Убирая постель кота, она нашла камень размером больше яйца. Она взяла камень и положила его на полку.