— Не беда. Утром пойдешь туда опять. Завтра они отправятся в баню1, иди и ты с ними.
— С чем же я пойду?
— А разве мы не нашли по дороге лоскут передника, кусок тыквы и старую гребенку? Вот с ними и пойдешь. Ступай пораньше, пока все не соберутся.
— Не пойду!
— Если любишь своего цыганенка, пойдешь, — сказал цыган.
Девушка взяла тыкву вместо таза, лоскут передника, сломанную гребенку и, заливаясь слезами, пошла в баню. Там она забилась в темный угол, чтобы ее никто не видел.
А в это время в бане все друг друга спрашивали:
— Какая пышная свадьба… На ком женится сын бея?
— Никто не знает. Свадьба — большая, а невесты пока нет.
— Говорят, что он женится на одной из тех, кто сейчас в бане.
— Вот и прекрасно!
Пока все были в бане, сын бея взял поднос, положил на него щепотку муки, обломок бронзы и кусочек угля. Потом он дал этот поднос банщице и сказал:
— Женщина, возьми поднос, войди в баню и покажи всем. Ту, которая объяснит, что это значит, приведите ко мне. Я на ней женюсь.
Банщица взяла поднос и стала с ним обходить всех женщин в бане, но никто не понимал, что это такое.
— Бей-эфенди, никто не может объяснить, — сказала банщица.
— Покажи поднос всем, кто бы ни находился в бане — цыганка ли, болгарка или мусульманка, загляни во все уголки.
Банщица подошла к девушке и спросила:
— Доченька, ты не знаешь, в чем тут смысл?
Девушка залилась слезами:
— Знаю. Это про меня. Была я бела, как эта мука, тяжела, словно эта бронза, а теперь почернела, подобно этому углю.
Все закричали:
— Разгадала! Разгадала!
Банщицы закутали девушку в передники, шитые золотом, подали ей сандалии, украшенные перламутром. Привезли девушку в дом к сыну бея, а его мать сказала:
— Сынок, как же ты не пожалел эту прекрасную девушку? Заставил ее ютиться в цыганском шатре.
А сын бея ответил:
— Матушка, я ведь тоже чистил у нее дома конюшню, ходил за скотиной — все делал ради нее.
— Ну тогда, сынок, что ей наша свадьба? Она еще не видела, какой может быть настоящая свадьба… Вот теперь мы устроим новую, еще более пышную свадьбу.
Они достигли цели своих желаний, достигнем и мы нашей цели.
То ли было, то ли не было. В некоторые времена жил сапожник: шил он штиблеты, латал туфли — зарабатывал каждый день то три куруша, то три с половиной, редко — четыре.
— О боже, — сказал он однажды, — если бы я хоть раз заработал пять курушей, я бы стал падишахом!
Вдруг к сапожнику подошел какой-то офицер и спросил:
— За сколько сошьешь мне сапоги?
— За один франк, господин.
— Это слишком много, парень!
— Нет, не много, потому что с этими деньгами я стану падишахом.
— Послушай, разве с одним франком можно стать падишахом?
— Я стану, господин.
— Вот тебе франк, оставь сапоги, иди и стань падишахом! Сапожник взял деньги и отправился прямиком в харчевню.
— Эй, хозяин, — сказал он, — принеси мне в баню девять блюд по двадцать пара каждое и еще хлеба на двадцать пара. Спросишь: «Здесь находится сын падишаха? Мы принесли ему еду».
Хозяин харчевни приготовил кушанья и принес в баню.
— Мы принесли еду сыну падишаха, — сказал хозяин.
— Такой человек сюда не приходил, господин.
— Нет, нет, он находится здесь.
Банщики вошли в помещение бани, спросили:
— Кто тут сын падишаха?
А сапожник им ответил:
— Это я!
— Тебя зовут, просят выйти.
Сапожник вышел из бани, а тут хозяин харчевни уже все приготовил: столик и на нем блюда с кушаньями.
— Зачем вы так утруждали себя, господин? У меня от гнева аппетит пропал, я не могу есть. Прошу вас, съешьте вы, — предложил сапожник банщикам.
— А в чем дело? Почему ты так разгневался? — спросили банщики.
— Я сын падишаха Йемена. По дороге сюда меня ограбили, теперь мне стыдно выйти на улицу. Пойдите к здешнему падишаху и скажите, что сын йеменского падишаха ждет в бане, его по дороге раздели, отобрали и одежду с поясом, и коня. Пусть он даст мне коня, смену платья и заберет меня из бани.
Один из банщиков пошел к падишаху и все рассказал.
Услышав это, йадишах вызвал солдат, отправил в баню коня и карету: оказал почет сыну йеменского падишаха. Сапожника забрали из бани, думая, что он падишахский сын. Посмотрели на него: парень — красивый. Понравился он падишаху.
А у падишаха была дочь, и он сказал ей:
— Ты — дочь падишаха, и он падишахский сын, поэтому я выдам тебя за него замуж.
— Он непохож на сына падишаха, — сказала девушка, — смотрю я на него: он кажется таким неуклюжим!
— Нет, дочка, это — сын падишаха.
— Пусть будет по-твоему, отец, — ответила девушка.
Падишах устроил свадьбу, выдал свою дочь за сапожника, думая, что он — сын падишаха.
Вот прожили девушка и юноша несколько дней, и как-то раз он сказал:
— Ай да франк, сделал-таки меня падишахом!
Девушка принялась плакать и говорит:
— Отец, он не падишахский сын!
— А мне он кажется благородным юношей, дочка! — заметил падишах.
— Но он не сын падишаха, батюшка, — настаивала девушка.
— Ладно, дочка, — сказал падишах, — возьми его с собой в сокровищницу. Если он такого богатства не видел, то ошалеет. Покажи ему все: и драгоценности, и воинское снаряжение. Посмотрим, что он скажет.
Девушка предложила сапожнику:
— Пойдем со мной, поглядишь сокровищницу моего отца.
— Ну пойдем.
Пошли они. Девушка отперла двери сокровищницы, и, пока оглядывалась по сторонам, сапожник как следует набил себе карманы золотом, а потом спросил:
— Это и есть сокровищница твоего отца?
— Да, это она.
— Если твой отец станет воевать с такими средствами, он и два месяца не сможет содержать свою армию. Поглядела бы ты на сокровищницу моего отца!
— Ну ладно, пойдем, посмотришь ружья, — сказала девушка.
Пошли они смотреть оружие.
— И с этим твой отец будет вести войну? Или он даст половине своих солдат ружья, а другой половине — палки в руки? Поглядела бы ты на оружие у моего отца!
Девушка и сапожник вернулись к себе. Падишах спросил ее:
— Ну как, дочка?
Девушка отвечала:
— Он сказал: «Это и есть сокровищница твоего отца? Если он станет воевать, то и два месяца не сможет содержать армию».
— Правильно, дочка, падишах, его отец, могущественнее меня.
— Я показала ему ружья, а он сказал: «Это все, что есть у твоего отца из оружия? Значит, он даст половине солдат ружья, а другой половине — палки?»
— Так и есть, дочка. Йеменский падишах могущественнее.
Наступил вечер. Сапожник сел подле девушки и, не удержавшись, воскликнул:
— Ай да франк, сделал-таки меня падишахом!
Девушка снова стала плакать:
— Отец, все-таки он не сын падишаха! Он повторяет: «Ай да франк, ты все же сделал меня падишахом!» Разве падишахский сын забавляется франком?
Тогда падишах приказал:
— Схватите его и бросьте в тюрьму!
Юноша сидел в тюрьме день, сидел три, из еды ему давали только хлеб. Стал юноша думать, что делать.
Однажды ночью он постучал в дверь и сказал стражнику:
— Выпусти меня отсюда на один час. Я вернусь.
— Не вернешься ты, парень, обманешь! — не соглашался стражник.
— Клянусь Аллахом, вернусь!
— Ну ладно, но через час приходи.
Сапожник дал стражнику горсть золотых, потом пошел к своему товарищу и стал просить:
— Я пришел к тебе из тюрьмы. Умоляю, сделай доброе дело. Купи двух верблюдов, приобрети и нагрузи на них все самое лучшее из одежды, а также подарки, достойные падишахского дворца, — нужны разные изысканные вещи. Еще одного верблюда навьючь деньгами. Поручи кому-нибудь отвести верблюдов во дворец падишаха. Когда его спросят: «Что это такое?», пусть ответит: «Йеменский падишах услышал, что его сын женился на дочери вашего падишаха, и посылает подарки своей невестке».
Все так и было сделано. Падишах, увидев, что отец юноши прислал подарки, огорчился:
— А я бросил его сына в тюрьму! Ступайте, скорее выпустите его оттуда!
Люди падишаха пришли в тюрьму и сказали юноше:
— Выходи, господин, твой срок кончился, можешь уходить отсюда.
— Нет, не выйду. Приедет мой отец, сам вызволит меня из тюрьмы и скинет этого падишаха с трона.
Падишах забеспокоился, опять приказал:
— Ступайте и уведите юношу из тюрьмы. Пообещайте ему вот столько из моего богатства, лишь бы он вышел оттуда!
Снова пришли люди падишаха в тюрьму к юноше, стали его просить:
— Ну выходи, господин, падишах пожаловал тебе вот столько из своих сокровищ.
— Нет, не выйду, мой отец сам вызволит меня отсюда.
Люди вернулись к падишаху, сказали ему:
— Не выходит и богатства не хочет, дескать, у его отца еще больше сокровищ.
Тут падишах поднялся и сам отправился к юноше.
— Прошу тебя, сынок, выходи!
— Не выйду.
— Обещаю тебе вот столько из моего богатства.
— Не нужно мне, не выйду! У моего отца сокровищ не меньше.
— Ну я отдам тебе свой престол, станешь падишахом вместо меня, только выйди отсюда!
— Ладно, если уж ты так просишь, выйду.
Вернулись они домой. И тут юноша опять воскликнул:
— Ай да франк, сделал-таки меня падишахом! Султан-ханым, скажи своему отцу, что я хочу повезти тебя к моим родителям. Пусть падишах даст немного солдат и отпустит нас.
Падишах сразу согласился:
— Очень хорошо, дочка, сейчас же собирайся.
Отправились юноша и девушка в путь. Сегодня — здесь, а завтра — там, так они приближались к йеменскому падишаху. Юноша послал ему телеграмму: «Батюшка, высылай встретить меня солдат, я женился, еду к тебе».
Йеменский падишах получил телеграмму и пошел прямиком к султан-ханым, своей жене.
— Послушай, — сказал он ей, — я сегодня получил телеграмму. У нас, оказывается, есть сын, и он везет к нам невестку. У нас же не было ребенка! Может быть, у тебя был?