Едет дровосек, а нищие выстроились по обеим сторонам дороги и просят у него денег. Сунул дровосек руку в карман, а там пусто; он едет и приговаривает то направо, то налево:
— На обратном пути, на обратном пути!
Потом он входит к самому падишаху. Падишах спрашивает его, чем он занимается, а тот и рассказывает все как есть. Понравился падишаху дровосек, он назначает его старшим привратником и жалует красивой саблей.
Когда дровосек, сев на коня, едет домой, на дороге нищие снова просят у него милостыню. А денег-то падишах ему не дал!
— Вам нет и мне нет, вам нет и мне нет! — приговаривает он направо и налево и так доезжает до своего дома.
Но вот дровосек и его жена проголодались.
— Ну, что мы теперь будем делать, — разве так лучше стало? Денег нет ни гроша!
— Ступай-ка ты, муженек, к лавочнику, снеси ему эту саблю, возьми за нее чего-нибудь поесть.
И вот дровосек идет к лавочнику, отдает ему саблю, берет кое-что из еды и возвращается домой. И снова, как и раньше, ни о чем не заботясь, затевают они пирушку. Затем дровосек делает саблю из дерева и вкладывает ее в ножны.
А все их проделки видел шахский слуга и наутро доложил падишаху. Тот решил наказать дровосека.
Надо сказать, что в те далекие времена, когда давалась кому-нибудь новая должность, вновь назначенный обязан был снести голову одному из преступников.
Падишах велит всем своим людям собраться в одно место и посылает за дровосеком. Тот одевается, садится на коня и приезжает во дворец; падишах приказывает привести преступника и говорит дровосеку:
— Отруби голову этому человеку.
А у дровосека-то сабля деревянная! Как тут быть?
— О аллах! Если за этим человеком нет греха, пусть моя сабля станет деревянной, если есть — пусть зарубит его! — восклицает он и вытаскивает саблю.
И вот все видят, что сабля из дерева. Тогда дровосек говорит падишаху:
— Видите, эфендим, за этим человеком нет греха!
А падишах хоть и знал, что сделал человек со своей саблей, — остался так доволен его находчивостью, что пожаловал ему конак, дал много денег и сделал его своим любимцем.
Дровосек берет свою жену, и живут они в том конаке до самой смерти: едят, пьют и жизнь свою проводят в спокойствии.
Они достигли радости предельной, а нам бы сесть на мачте корабельной!
В какое-то время жила одна женщина, которая занималась тем, что обманывала людей и этим добывала себе средства к жизни. Обманет кого-нибудь, и с утра до вечера ест, пьет и веселится с разными бездельниками, а лишь только все запасы кончатся, она идет обманывать других.
И вот как-то раз еда у нее кончилась. Раздумывала она, раздумывала, кого бы ей обмануть, и вдруг пришла ей на ум одна ханым, жившая в том же квартале, что и она. А она знала, что эта ханым любила водоноса. Ее-то и решила она обмануть.
Женщина отправляется прямехонько к ней в дом. Болтает о том о сем; смотрит: весь двор полон птицы — гуси, утки, индюки, и все кричат разными голосами.
— Ханым, зачем тебе столько птиц — от их гоготания разговаривать нельзя, — говорит она хозяйке, а та отвечает:
— Ах, это все мой муж; он ест только птичье мясо и потому каждый день приносит птицу. Мне этот гам тоже надоел. А что поделаешь?
— Да ты отдай их мне ненадолго, я выучу их петь песни, а затем пригоню назад. И как тебе тогда будет приятно!
— А разве такие птицы могут петь песни? — спрашивает ханым.
— Еще как поют — одно удивление. Вот только кормить их надо рисом и изюмом; если они будут есть кукурузу, тогда, конечно, не запоют.
Хозяйка поверила ей.
— Хорошо, бери их, гони, а когда научишь петь, я тебе еще и денег дам.
С этими словами она отдает обманщице всю птицу, да еще мешок рису и мешок изюму в придачу.
И вот женщина берет мешки и гонит к своему дому целое стадо птиц. Она снова собирает бездельников, опять пьет и ест с ними, каждый день режет по одной птице, фарширует ее рисом и изюмом, жарит и подает на стол.
За короткое время от целого стада птиц осталось три-четыре штуки.
Женщина набрасывает на спину фередже и идет к ханым. А та, увидев ее, спрашивает:
— Ну как, научила птиц петь?
— Хай-хай, неужели же нет? Приходи-ка, послушай! Каждый стишок поют с припевом: «Ханым любит водоноса!»
Услыхала ханым эти слова, испугалась и подумала про себя: «Смотри-ка, они видели, как приходил ко мне водонос, оттого теперь и поют так». Тогда она говорит женщине:
— Знаешь, сестра, уж больно надоели мне эти птицы. Оставь их у себя, я тебе их дарю.
— Ах, что я буду делать с таким стадом птиц? Хватит у меня и своих забот! Сейчас пойду, пригоню их обратно.
— Душенька, возьми их себе, я дам тебе еще пятьсот курушей, ступай, занимайся своими делами.
— Ах, что мне делать с пятьюстами курушей? Вот если ты дашь тысячу пятьсот курушей, тогда я, может быть, и оставлю птиц у себя.
Что делать той ханым? Она дает обманщице тысячу пятьсот курушей, а та забирает деньги, идет домой и снова веселится с бездельниками.
Вскоре и эти деньги кончаются. Надо придумать что-нибудь новое.
Узнает женщина, что у падишаха умер маленький ребенок. Она сейчас же отправляется, выкапывает ребенка из могилы, закутывает в расшитое шелком одеяло, берет на руки и приходит в лавку золотых дел мастера. Тот думает, что это мамка падишахского сына.
— Ах, пожалуйте, ханым, что угодно? — ухаживает он за ней так и этак.
— Мы отдаем замуж дочку падишаха, мне нужна очень хорошая алмазная заколка, пара браслеток, пара серег, несколько алмазных булавок и несколько штук колец — положи все это в коробку, я снесу госпоже султанше, она выберет по своему вкусу.
Золотых дел мастер кладет в коробку все, что потребовала женщина, и отдает ей.
— Может быть, ты мне не веришь, так я пока оставлю шахзаде у тебя. Только смотри не притрагивайся к нему. Коли с ним, упаси аллах, что-нибудь случится, — падишах с тебя голову снимет!
— Что ты, что ты, — говорит мастер, — я даже не дотронусь до него; вот положи его в комнату, сама закрой дверь и ступай.
Женщина кладет мальчика на постель, берет коробку и уходит. Оставив ее у себя, она снова приходит к мастеру.
— Ну, как мой шахзаде, не проснулся?
— Нет, госпожа, — отвечает мастер, — спит, голоса даже не подал.
Женщина входит в комнату и открывает лицо ребенка.
— Ох, что случилось с моим шахзаде? Он не дышит! Эй, малый, что ты с ним сделал? — плачет, кричит и рвет она на себе волосы.
Мастер оторопел.
— Да я даже в комнату не входил.
— Постой, я сейчас пойду к падишаху, пусть он велит отрубить тебе голову, — кричит обманщица и выходит из дверей лавки.
Бедняга думает: «Если эта женщина впрямь пойдет к падишаху — что тогда будет со мной?» И вот, ухватившись за полу ее платья, он начинает умолять:
— Смилуйся, госпожа, придумай что-нибудь, не губи мою голову! Вот тебе тысяча золотых, да вот еще и деньги за те драгоценности, что ты взяла; пусть все это будет твоим — только спаси меня от беды.
Женщина забирает у мастера деньги, берет на руки ребенка и идет домой. Там она роет посреди двора яму и, закопав ребенка, снова предается веселью.
Проходит некоторое время, и хитрая женщина слышит, что у падишаха умерла жена. Тогда она одевается, выходит на улицу, подходит ко дворцу и начинает изо всех сил реветь да причитать:
— Ах, моя сестричка, ты была благородная, а я — голодная, ты ни разу не пришла меня навестить, теперь ты умерла, сердце мое сожгла, на кого ты меня покинула? — и рвет на себе волосы.
Мать падишаха услыхала эти слова и подумала: «Глядите-ка, у нашей невестки была сестра, а она даже не говорила об этом», — и кличет ее к себе.
А женщина вошла и так разрыдалась, что ей стало дурно. Ее кладут в отдельную комнату и оставляют ее одну.
После похорон приходят хекимы и с трудом приводят ее в чувство. Падишах, пожалев ее, дает разрешение пожить женщине несколько дней во дворце.
Живет женщина там, везде ходит, ко всему приглядывается и в конце концов изучает весь дворец.
И вот однажды ночью, когда все спали, она берет плетку, идет в покои падишаха, запихивает ему в рот подушку, садится на него и стегает плеткой так, что тот теряет сознание, а сама уходит.
Когда наступает утро, падишах приходит в себя. «Ой, что это было со мной ночью: во сне это было или наяву?» — думает он, смотрит и видит, что все тело у него в синяках. В тот день он с трудом выходит из своих покоев.
Вечером обманщица опять проникает в покои падишаха и проделывает все то же, что делала накануне. Она бьет падишаха и приговаривает:
— Наступит утро — обручись с моей сестрой! Наступит утро — обручись с моей сестрой!
И падишах опять теряет сознание. Тогда женщина уходит в свою комнату и ложится спать.
Утром падишах приходит в себя.
«Стой, да что же со мной происходит? Кто это делает: джинн или человек?» — думает он и велит позвать хекимов и ходжей. Они дают ему лекарства, но как вылечить падишаха, коль он заболел от побоев? Ничто не помогает.
На третий вечер женщина снова берет плетку и прирастает к изголовью падишаха.
— Ты возьмешь мою сестру за себя? Ты возьмешь мою сестру за себя? — приговаривает она и жестоко стегает его. — Если завтра не возьмешь — я тебя убью!
Падишах опять лишается чувств.
Наутро, придя в себя, он велит позвать свою мать и рассказывает ей обо всем.
— Вот уже три ночи кто-то приходит, бьет меня и приговаривает: «Непременно женись на моей сестре!» Выходит так, что если сегодня я не женюсь, то завтра ночью меня убьют. Что мне делать?
— Может быть, — отвечает ему мать, — это приходит дух твоей умершей жены. Она хочет, чтобы ты взял за себя ее сестру. Коли так, женись на той женщине, что у нас гостит; она не урод, человек хороший. Может быть, так и избавишься от побоев.
Что делать падишаху? Он соглашается, велит позвать ходжей, обручается с этой женщиной и начинает вести с ней совместную жизнь.