Туркестан в имперской политике России: Монография в документах — страница 124 из 215

При этом в предупреждение каких-либо подозрений со стороны Бухарской Администрации по поводу назначения офицера в г. Новая Бухара, высказывается предложение о подчинении заведующему Проектируемым розыскным пунктом 12- верстной железнодорожной ветки от г. Старой Бухары до ст. Каган на общих правах Начальника жандармского железнодорожного отделения, мотивируя учреждение такой должности частыми выездами Его Высочества эмира Бухарского на ст. Кермине. Вместе с тем высказывается предположение, что по предварительному соглашению нашего Политического Агента с Бухарским Правительством, может последовать разрешение заведующему Розыскным пунктом пользоваться и в пределах ханства правом производства следственных действий, как предоставлено на общих основаниях для всех местностей империи пользование таковым в полосе отчуждения Среднеазиатской железной дороги всем начальникам жандармских железнодорожных отделений.

Такое предположение МВД, насколько можно судить из донесений Туркестанского Генерал-Губернатора Военному Министру от 15 Июня сего года за № 483, в полной мере разделяется и Генералом Самсоновым, уже возбудившим ходатайство пред Министром Внутренних Дел об учреждении филиального Розыскного пункта для Бухарского и Хивинского ханств и просящим ныне моего разрешения войти с Бухарским Правительством в соглашение по вопросу о производстве в нужных случаях обысков и арестов в порядке охраны на всей территории Бухарского ханства. Такое соглашение, по мнению Генерала Самсонова, представляется настоятельно необходимым, так как иначе территория ханства может служить местом для укрывательства политически неблагонадежных и прочих элементов, тем более что за последнее время в Бухарском ханстве развиваются в значительном количестве различные торговые и промышленные предприятия, требующие большего числа русских служащих и рабочих.

Лично я, со своей стороны, отдавая должное значению вопроса об установлении соответствующего надзора за проявлениями панисламистской пропаганды в Туркестанском крае и, особенно, в ханствах Бухары и Хивы, ускользавших до сего времени от действительного наблюдения, ни в коем случае не могу, однако, согласиться с целесообразностью самой системы надзора, предположенной к установлению в ханствах МВД и Туркестанского Генерал-Губернатора. Мне представляется применение общих норм жандармского надзора малоотвечающим тем особым условиям жизни и быта, которые установились в Бухаре и Хиве исторически, и потому могущим послужить к весьма нежелательным недоразумениям, и особенно к опасливому и недоверчивому к нам отношению со стороны главной массы населения, совершенно неспособного, конечно, объяснить себе мероприятия жандармского надзора, применяемые обыкновенно без наличия очевидного преступления, каковым среди туземцев понимается только деяние уголовного характера.

Наконец еще, что по моему мнению представляется весьма немаловажным, жандармская агентура едва ли может быть признана сколь-нибудь соответствующим розыскным органом в деле борьбы с таким сложным явлением, как панисламистская пропаганда, требующая для того лиц высокоинтеллигентных и со специальным ориентальным образованием, без какового условия весьма нетрудно скомпрометировать само дело и послужить только лишь во вред русской государственности.

Трудно допустить, чтобы Охранное отделение в Бухаре могло располагать кадром таких лиц, а не прибегло к обычному образу действий при посредстве услуг невежественных филеров с оплатой их деликатного и опасного труда 50-рублевым ежемесячным вознаграждением.

Указанные соображения побуждают меня с особой осторожностью отнестись к возбужденному Туркестанским Генерал-Губернатором ходатайству, и предварительно я полагал бы более соответственным обсудить этот вопрос представителями от МИД, МВД и Военного совместно, с какою целью от вверенного мне Министерства я предполагаю назначить начальника Азиатской части ГШ, Генерал-Майора Цейля.

В случае согласия Вашего Высокопревосходительства с этим последним моим предложением я имею честь Вас просить сообщить, кого бы Ваше Высокопревосходительство признали возможным назначить в упомянутое Совещание от вверенного Вам Министерства, на коего и могло быть возложено председательство.

Подпись: Военный Министр Генерал-Адъютант Сухомлинов.

Скрепил: Начальник Азиатской части Генерал-Майор Цейль.

Верно: И. д. Делопроизводителя Подполковник (подпись).


РГВИА. Ф. 400. Оп. 1. Д. 5064. Л. 38-40 об. Отпуск. Машинопись.


Письмо И. д. Министра Внутренних Дел Военному Министру об установлении надзора за деятельностью панисламистских организаций в Бухарском и Хивинском ханствах. № 103501. 30 Августа 1913 г.


Секретно


Его Высокопревосходительству В. А. Сухомлинову


Милостивый государь Владимир Александрович!

Вследствие отношения от 8-го сего Августа за № 101 имею честь уведомить Ваше Высокопревосходительство, что к учреждению в пределах Бухарского ханства филиального розыскного Отделения и заключения по этому поводу соглашения с Бухарским правительством, МИД отнеслось отрицательно по следующим соображениям.

Бухарское ханство, как автономное, по отношению к своим внутренним делам находится в совершенно особом положении. Не придавая сношениям нашим с Правительством ханства международного или дипломатического характера, мы, тем не менее, имеем в Бухаре особого представителя в лице Императорского Политического Агента, в руках которого исключительно сосредоточены как сношения с Эмиром и его Правительством, так и наблюдения за внутренней жизнью Ханства. Последнее дело представляется весьма сложным и требует очень осторожного к себе отношения ввиду абсолютной необходимости не подрывать авторитета Эмира в глазах его подданных и тщательно избегать всего, что носило бы характер прямого вмешательства нашего во внутренние дела Ханства. Всякое явное наше вторжение в жизнь туземного населения, и в особенности в самую щекотливую, духовную, сторону ея, может легко повлечь за собой такие осложнения, которые приведут нас к разного рода решительным активным мерам, быть может, вплоть до присоединения Ханства к Империи, каковое, в силу важных общеполитических соображений, признается в настоящее время безусловно нежелательным.

В числе задач, лежащих на нашем Политическом Агенте, имеется и обязанность зорко следить за всеми проявлениями панисламистского движения в Бухаре. Задача эта выполняется Политическим Агентом при помощи имеющихся в его распоряжении агентов и особого подчиненного ему полицейского чиновника в туземном городе, им руководимых, причем наш представитель благодаря общему близкому знакомству с местными условиями может в достаточной мере относиться критически к поступающим к нему сведениям, а равно и реагировать соответствующим образом на те или иные явления, если в том представляется необходимость. При предстоящем в недалеком будущем увеличении личного состава и средств Политического Агента, по уже выработанным новым штатам этого учреждения, Политический Агент будет иметь возможность еще в значительной мере развить свою наблюдательную деятельность , которая, в таком случае, без сомнения, будет вполне соответствовать современным требованиям.

Учреждение в Бухаре особого розыскного органа, хотя бы и под видом жандармского железнодорожного отделения на 13-верстной ветке от станции Каган до города Бухары, конечно, не скрылось бы от бухарцев, в особенности при условии предоставления жандармским чинам права производства следственных действий в пределах Ханства. Появление такого нового органа Русского Правительства, действующего самостоятельно в деле, столь близко касающемся внутренней жизни Ханства, неизбежно вызвало бы недоумение у Бухарского Правительства и подорвало бы в его глазах доверие к Политическому Агенту, что с точки зрения наших местных политических интересов совершенно недопустимо.

Присоединяясь к вышеприведенным соображениям МИД, имею честь уведомить Ваше Высокопревосходительство, что при таких условиях осуществить предположение об учреждении особого розыскного органа для Бухарского и Хивинского ханств Министерство Внутренних Дел лишено возможности.

Ввиду сего имею честь просить Ваше Высокопревосходительство не отказать уведомить меня, признаете ли Вы при изложенных обстоятельствах целесообразным назначение Комиссии по данному вопросу, и представляется ли надобность в назначении в таковую представителя от МВД.

Пользуясь случаем, прошу Вас верить в глубокое уважение и преданность, Ваш покорный слуга (подпись).


РГВИА. Ф. 400. Оп. 1. Д. 5064. Л. 41-42 об. Копия. Машинопись.


Уведомление в Департамент Полиции о возбуждении переписки в порядке Положения о мерах по охранению Государственного порядка и общественного спокойствия


Копия. Секретно. Лит. А


1) Наименование переписки: Переписка по исследованию благонадежности лиц, составивших в гор. Верном мусульманские кружки под названиями «Гаи» и «Машраб», имеющие устав, и собирающих для неизвестных целей деньги.

2) Время возбуждения дознания: Переписка 5 Декабря 1911 г.

3) Место возбуждения и производства: гор. Верный.

4) Кто производит переписку: Заведующий Розыскным пунктом в гор. Верном и Семиреченской области.

5) Основания возбуждения переписки: Агентурные сведения о сорганизовавшемся мусульманском кружке с выработанным своим уставом, с выборным правлением кружка, собирающем на неизвестные цели деньги и имеющем правильную денежную отчетность.

Верно: Отдельного Корпуса Жандармов Ротмистр Астраханцев.

№ 2730. 5 Декабря 1911 года.


ЦГА РУз. Ф. И-1. Оп. 1.Д. 1116. Л. 1. Копия. Рукописно заполненный типографский бланк с исправлением некоторых пунктов.


Донесение Заведующего Розыскным пунктом в г. Верном и Семиреченской области Начальнику Туркестанского районного Охранного отделения.

№ 2730. 5 Декабря 1911 г.


Совершенно секретно


Доношу, что 1-го сего декабря в мое распоряжение поступили агентурные сведения, что в гор. Верном составился мусульманский сартовский кружок, по-видимому, преследующий противоправительственные цели. Что этот кружок имеет свой устав, председателя, казначея, ведущего правильную денежную отчетность с поступающих членских взносов. Одновременно же поступили указания, кто именно состоит в этом кружке и у кого хранится денежная отчетность и устав. По агентурным сведениям, поступившим 3 Декабря, этот кружок является лишь отделом какого то мусульманского сообщества в Ташкенте и что ближайшей задачей его является сформирование мусульманских кружков того же типа и в других городах Семиреченской области. Ввиду имевшихся у меня сведений, что члены кружка в воскресенье, 4 Декабря, соберутся на совещание в 8 часов вечера в доме № 714 по Лепсинской улице и что после совещания имеющиеся в их распоряжении устав и другая переписка, могущая обличить их, будет вывезена из г. Верного, мною за упомянутым выше домом было установлено наружное наблюдение, которое указало, что с 5 часов вечера начали собираться одиночные люди и к 8 часам число собравшихся достигло до 16 человек, в 8 с половиною часов вечера дом был окружен нарядом полиции. На сходке оказалось 19 человек, преимущественно сартовской молодежи. Произведенным личным обыском и обыском квартир ни у кого преступного обнаружено не было, за исключением найденных в лавке ташкентского сарта Измаила Джабека Нигматулина, состоящего казначеем этого кружка, у которого были найдены постановления кружк