– Для начала пистолеты, – уточнил я. – Парные, для стрельбы с двух рук. Это мне. Внимательно слушаю и внимаю.
– О, синьор стреляет с двух рук, по-македонски? Редкое, очень редкое умение. Разрешите предложить «Беретту» модели 93R… Вы только посмотрите на это творение моего соотечественника. Автоматический, с возможностью стрельбы фиксированными очередями – при каждом нажатии на спусковой крючок происходит очередь в три выстрела. Магазин на два десятка патронов, ну просто ювелирное изделие, а не пистолет. Да его и как миниавтомат использовать можно… Вот и откидывающаяся рукоятка впереди спусковой скобы имеется. К тому же есть компенсатор отдачи.
– Комбинированное решение, – с не слишком большим энтузиазмом заметил я. – Посмотрим, но что-то не очень впечатлен.
Так, в руке действительно лежит неплохо, удобная рукоять, но вот два таких для одновременной стрельбы слишком громоздко, а использовать в качестве автоматического оружия… Хотя, это уже к Элен обращаться нужно.
– Ма шери, а примерься-ка ты к этому оружию. Понравится – без проблем. Нет… другой поищем. Лови!
– Поймала! Граф, я пока поизучаю, а ты остальные выбирай.
Сказано, так оно и сделано будет. Выходец из знойной Италии уже протягивал мне следующий образец оружейного мастерства, который выглядел так, что любо-дорого посмотреть. Небольшой, приглаженных форм, он так и просился в руку. Луиджи, чуткая душа, сразу почувствовал мою спонтанно возникшую симпатию к этому оружию и принялся расхваливать его:
– Это просто великолепное и надежнейшее оружие. «Глок 26» – лучший выбор для человека, которому нужны качество, компактность и высокие боевые качества в одном пистолете. Пятнадцать патронов в магазине, мягкий спуск, практически никакой отдачи и звук выстрела не громче пробки, что вылетает из бутылки с шампанским.
– Хорошая вещица, ну просто очень хорошая… – оценил я предложенный образец. – Магазин извлекается легко, предохранитель…
– А его как такового и нет, чтобы не вспоминать о нем. Нажатие на спуск само отключает его.
– Тем более радует. Тогда осталось взять у вас второй такой же, а вдобавок пристрелять ствол. Тир, надеюсь, у вас тут имеется?
– Синьор, я был бы достоин тысячу лет гореть в аду, если бы у меня не было места, где уважаемые клиенты могут испробовать оружие, почувствовать его в работе. И вы неправы в одной малости… Я не собираюсь продавать в пару точно такой же «Глок», они есть специально под правую и под левую руку. Выброс гильз, сами понимаете. Несущественно, но любая маленькая деталь должна быть учтена для удобства стрелка.
На том и договорились. А вот Элен явно была не слишком довольна «Береттой», это и по ее лицу было видно. Заметив, что я смотрю в ее сторону, готесса проворчала:
– Не для меня это. Неудобная машинка, да и вообще… Для автомата маленькая, для пистолета странная. Что другое есть?
– Не нравится это, есть другое, – мгновенно отозвался неунывающий итальянец. – Вот! «Штейр SPP», специально был разработан для спецподразделений в условиях боев в городе. Выпущен давно, но такой товар со временем не портится, а как вино, становится все более изысканным и ценным. Стрельба ведется с одной руки, но второй можно ухватиться за выступ ствольной коробки, так стрельба будет совсем уж точной. Высокий темп огня, магазины на 30, и на 45 патронов. Эта карманная лесопилка скосит все и всех.
Заинтригованная столь лестным описанием Элен приняла из рук оружейника не слишком красиво выглядевшее оружие. М-да, выглядело оно не очень, зато чувствовалось, что внешний вид был для его создателя мелкой, совершенно малозначимой деталью, зато эффективность, мощь и надежность стояли во главе угла. Что тут сказать, с огнестрельным оружием дело обстоит точно так же, как и с клинками. Сразу видно, что предназначено для парадного блеска, а что для реального боя, где внешний лоск не играет никакой роли.
– Ну что, Луиджи, а теперь осталось отстрелять оружие. Ведите, а мы за вами последуем.
Тир был маленький, но хороший. Так и хотелось остаться там еще на некоторое время, но… Дела, от них никуда не денешься. Зато теперь я был уверен в покупаемом оружии. Полная уверенность, конечно же, приходит спустя длительное время, но на первый раз и этого будет достаточно. Осталось только расплатиться с оружейником, оказавшимся не только неплохим человеком, но и мастером своего дела. А расплачиваться в таком случае нужно не скупясь, так, чтобы это было достойно человека.
– Клянусь святым престолом, синьор не только умелый стрелок, но еще и очень щедр, – расплылся Луиджи в широчайшей улыбке, убирая в ящик стола пачку серо-зеленых купюр. – Заказанное вами стоит почти в пять раз меньше, да и то для обычных клиентов, а не тех, кого прислал ко мне дон Пьетро. Вот только эти странные символы, что вы выгравировали и на оружии, и на пулях, и даже на гильзах. Но ЭТО уже не мое дело… Каждый из нас знает то, что должен знать, а об остальном может догадываться, но не более.
– Верно, дорогой Луиджи. В любом случае нам было очень приятно иметь дело с ценителем хорошего оружия. Если еще что понадобится – непременно зайдем.
– Всегда готов помочь. Всегда!
Верю, охотно верю. За хорошие деньги и тем более тем, кого он свято считает посланцами «папы». А уж в этой забавной организации очень хорошо умеют карать как за болтливость, так и на неисполнение их своеобразного, но все же кодекса чести. Хотя… Мне нет никакой разницы, будет он молчать или побежит трезвонить на всех оживленных перекрестках. Просто всегда приятнее иметь дело с человеком, придерживающихся определенных принципов, чем с теми, кто готов сдать кого угодно и когда угодно из-за денег или просто из желания прогнуться перед кем-то. Вот такой весьма существенный нюанс.
Мы уже собирались покинуть сие гостеприимное заведение, сам Луиджи вновь открыл магазин для обычных клиентов… Вот тут и объявился «клиент»! Видел много не слишком подходящих к оружию людей, но таких очень редко. Грустное, душераздирающее зрелище.
Сразу было видно, что сюда зашел классический представитель того роду-племени, что наделено боязнью к силе оружия, но одновременно пытается использовать его наличие как показатель определенного рода статуса. Были такие и в мое время, что носили в ножнах разукрашенные шпаги, но панически боялись того, что однажды им придется обнажить клинок. Так сказать, на деле доказать право его ношения. Только ТОГДА это было исключением из правила, ну а сейчас… Грустная, печальная обыденность. Парадокс, но оружия в этой странной стране на руках у аборигенов гигантское количество, а применять его по назначению боятся.
Сам не видел, врать не буду, но Элен, готесса моя экстравагантная, со всей ответственностью заявляла, что случаи, когда люди с пистолетом в кобуре становились жертвами уличного грабежа – банальная проза жизни. Причем грабежа со стороны тех, у кого максимум в наличии нож-выкидушка присутствовал. Отдавали и деньги, и сам пистолет в придачу. Божьи коровы, вечные жертвы! Нет, право слово, они того и заслуживают…
– Синьор, клянусь кровью божественной, вам с девушкой стоит задержаться, – заговорщически подмигнул Луиджи. – Я-то подобные случаи часто вижу, они для меня сама обыкновенность, ну а вы вряд ли где такое еще увидите.
– Ну, если вы действительно уверены, то грех не воспользоваться возможностью посмотреть бесплатное представление из театра под названием жизнь.
Готесса тоже была всячески «за», поэтому… выбор очевиден. К тому же несколько минут погоды не сделают. Посмотрим, понаблюдаем.
Американец классический, естественно, не понял итальянского языка, но суть не в этом – знание чужих языков вовсе не обязательный нюанс для нормального человека. Зато другие детали… отнюдь не радовали. Просто в его беседе с Луиджи, когда он, скажем так, выбирал себе не только пистолет, но и целый арсенал, явственно проскальзывали нотки полного дилетанта в сем вопросе. Нет, это тоже не есть нечто особенное – в конце концов, начинать общаться с оружием можно всегда. Главное только начать! Тут совсем другая проблема… Он ровным счетом НИ-ЧЕ-ГО не понимал, но строил из себя великого специалиста.
– Элен, родная душа, – обратился я к своей спутнице. – А прикинься-ка ты наивной девочкой и пусть он, специалист великий, поучит тебя уму разуму, как именно нужно обращаться с оружием.
– С превеликим удовольствием, – улыбнулась вампиресса. – Да, ты ему в голову влезь, я тут не до конца поняла… Но посмотри, как он осторожничает. Такое впечатление, что оружия он боится, как чиновник перспективы жить на одну зарплату.
Интересно, весьма интересно. Я как-то не обращал внимания, а вот Элен, движимая исконным женским любопытством, обнаружила пусть и мелочь, но занимательную. Итак, что у нас есть в наличии? А, все ясно! Сия коллекция оружия нужна ему для жутко героической цели – стрельбы по бутылкам на заднем дворе коттеджа в компании таких же как он соседей. О, а с одним из них так и вообще сверхидиотический случай произошел…
Сдавленный стон Луиджи заставил меня немного отвлечься от увлекательного просмотра содержимого того, что тут называет разумом.
– Синьор, эти гринго меня совсем в могилу сведут. Одно утешение – там я не услышу такого количества глупостей, что режут мои многострадальные уши! О, Боже, он сейчас говорил девушке о затворной раме у револьвера «Таурус»!
– Да уж, – посочувствовал я оскорбленному в лучших чувствах оружейнику. – Если он покажет мне затвор у револьвера, я его озолочу… Где барабан, а где затвор? Ну не знает, так что выделываться-то?
– И не говорите! Нет, я уже привык, но порой хочется дать таким в руки гранату с выдернутой чекой и отправить на улицу… мозгами пораскинуть.
– Единственный раз в жизни, – ухмыльнулся я. – Ну да ладно. Впрочем, вы меня малость позабавили, теперь и я могу ответить тем же. Хотите, он раз и навсегда забудет об оружии, что так не идет к его облику и моральным качествам?
– Одним меньше будет… Мое дело от этого не захиреет.