Но ведь он еще и мужчина, причем мужчина, который твердо знает, чего он хочет.
«Как мужчина, ты поступил в прошлый раз, и посмотри, что из этого вышло?» — ехидно прошептал его внутренний голос. Джорджу нечего было на это ответить.
Но через двадцать минут бессмысленной беседы о «Янкиз» Джордж неожиданно даже для себя спросил:
— А ты собираешься взять Лили на следующую игру? Раз тебе так нравится бейсбол, ты, наверное, и дочку заразила своим энтузиазмом?
— Нет, для этого она еще слишком мала, — покачала головой Софи.
— А что ей нравится?
На секунду Джорджу показалось, что Софи не станет отвечать, посчитав этот вопрос слишком личным, но вместо этого она мягко и мечтательно улыбнулась и сказала:
— Она любит гулять по пляжу, плавать, любит сказки, которые я ей читаю, любит ходить в парк, любит собак. И наверняка полюбит Гуннара.
— Он ее тоже, — улыбнулся Джордж. — Во сколько она будет здесь?
— Завтра днем я поеду в аэропорт, чтобы встретить ее.
— Я поеду с тобой.
— Не обязательно… — начала, было, протестовать Софи.
— Да, но я хочу.
Он видел сомнение на лице Софи, но не собирался отступать.
— И спасибо за великолепный ужин.
— Пожалуйста, ведь я здесь именно для этого.
Он знал это. Но, Бог свидетель, все еще надеялся, что сможет изменить это.
* * *
— Ты уверен, что не хочешь остаться дома? — в сотый раз спросила Софи, садясь в такси рядом с Джорджем. — Ты еще не совсем здоров.
— Не волнуйся, это пойдет мне на пользу.
Сегодня он не взял с собой костыли и вообще двигался гораздо легче, чем раньше. Больше не казалось, что малейшее движение причиняет ему боль. Софи разрывалась между радостью оттого, что Джордж идет на поправку, и желанием, чтобы он остался дома и не мешал подготовить Лили к встрече с ним.
— Но тебе нужно отдохнуть, ты ведь работал все утро.
— Нужно было решить пару вопросов, и я это сделал. А отдохнуть я могу прямо здесь, например, если положу голову тебе на плечо, — лукаво предложил он.
От его улыбки по телу Софи разлилась горячая волна, а на щеках вспыхнул румянец.
— Хорошо, — беспомощно кивнула она. — Но я должна предупредить тебя заранее, у меня очень костлявые плечи.
Джордж со странной улыбкой обжег ее взглядом, чуть пожал плечами и откинул голову назад на сиденье. Хоть он и отказался от идеи поспать на ее плече, Софи все еще очень нервничала.
— Ты не должен позволять Лили слишком донимать тебя. Я тоже постараюсь держать ее при себе, но знай, работать, когда она рядом, практически невозможно.
— Я справлюсь, — уверенно улыбнулся он. Софи хотела бы быть столь же уверена в себе.
— Только не кричи на нее.
Глаза Джорджа расширились от удивления.
— Ты вообще можешь вспомнить хоть раз, когда я кричал?
— Нет, но она ребенок и иногда может быть очень надоедливой.
Джордж положил руку на спинку сиденья так, что его пальцы практически касались ее обнаженного плеча.
— Не волнуйся, я люблю детей и знаю, как с ними обращаться.
Софи полагала, что это так, ведь у него есть трое обожающих его племянников и маленький друг, живущий по соседству. Когда Джордж сегодня принимал душ, Джереми приходил спросить, не может ли его старший товарищ выйти и немного поиграть с ним.
— Еще нет, — ответила Софи, стараясь сдержать улыбку. — Джордж еще не совсем здоров, так что тебе придется немного подождать.
Мать мальчика, пришедшая вместе с ним, извиняясь, развела руками:
— Я говорила, что еще слишком рано, но Джереми хотел сам убедиться. Нам всем очень жаль, что Джордж пострадал. Он спас Джереми жизнь. Если мы хоть что-нибудь можем сделать…
Софи покачала головой:
— Он был рад помочь Джереми.
Софи была уверена, что это было правдой.
Он всегда был готов прийти на помощь нуждающимся, и то, что он бросился под колеса грузовика, спасая ребенка, стало лишь еще одним доказательством этого. Он всегда делал то, что должен был сделать, то, что считал правильным.
И разве она могла сказать, что он не должен был так поступать?
Они приехали в аэропорт как раз вовремя. Почти сразу после того, как такси остановилось у терминала, позвонила Натали и сказала, что они приземлились.
— Хорошо. Я встречу вас около пункта приема багажа, а Джордж подождет с водителем.
— Джордж? — изумленно переспросила кузина, но Софи не собиралась сейчас это обсуждать.
— Да, — ответила она, положила трубку и повернулась к Джорджу: — Идти туда слишком далеко, а ты не взял с собой костыли.
Она не желала спорить, поэтому, сказав это, выскочила из такси и направилась к вращающимся дверям, ведущим в терминал. Ей хватило нескольких минут, чтобы обнаружить в толпе прилетевших Натали и Лили, ожидающих свой багаж.
— Вот вы где! — воскликнула она.
Лили услышала ее голос, восторженно взвизгнула и побежала обниматься.
— Мамочка! — Она обхватила маленькими ручками шею Софи, и та подняла ее на руки. — Мы очень, очень долго летели на самолете. Я вела себя хорошо. Ну почти хорошо. В основном хорошо.
Софи спрятала лицо в длинных темных кудряшках дочери, вдыхая цветочный аромат шампуня и детское тепло. Господи, как же она скучала по своей малышке.
— В основном хорошо, да? — с улыбкой пробормотала она, целуя пухлые щечки.
— Почти идеально, — рассмеялась подошедшая Натали. — Просто ей не терпелось поскорее увидеть тебя. О, а вот и наши вещи.
Она подхватила небольшую сумку и повесила ее на плечо.
— Это моя, мне много вещей не нужно, ведь завтра я улетаю.
Следующим ехал большой коричневый чемодан.
— А вот это принадлежит Лили.
Софи с возрастающим удивлением оглядела чемодан.
— А где вы его взяли?
— Он принадлежал Кристо. С ним он в детстве ездил на каникулы к отцу в Калифорнию, а потом обратно к матери в Бразилию. Он сказал, что в этот чемодан помещалась вся его жизнь.
— А теперь он мой, — гордо заявила малышка. — И я привезла все, что мне может понадобиться: мои книжки, мишку, кукольный домик…
— О господи, — вздохнула Софи.
Натали в ответ беспомощно пожала плечами:
— И еще одежду. И Хлою! Она очень хотела познакомиться с Гуннаром. А где же он? — Лили с недоумением огляделась.
— Он ждет тебя дома. Я не смогла привезти его с собой в аэропорт.
— Но почему? — расстроенно выпятила нижнюю губку Лили.
— Потому что вместо этого она привезла меня, — услышала Софи хриплый голос за спиной.
Софи резко обернулась и увидела стоящего рядом с ней Джорджа. Его глаза не отрывались от личика Лили.
— Я думала, ты ждешь в машине.
— Нет.
— Я же сказала, что тебе не нужно… — начала Софи, но Джордж прервал ее:
— Нет, мне это нужно, — твердо сказал он. — Я ждал этого момента четыре года, и больше ждать не намерен. — Затем Джордж перевел взгляд на малышку, и его лицо смягчилось, а уголки губ поползли вверх в счастливой улыбке. — Ну, здравствуй, Лили.
Софи почувствовала, как напряглось тело дочери в кольце ее рук, когда Лили услышала свое имя. Ее глаза встретились с глазами Джорджа.
— Папа?
Выражение лица Джорджа стало ответом на ее вопрос, и неожиданно Лили начала извиваться в руках Софи и не прекратила, пока не оказалась на руках у Джорджа.
— Папа, папочка! — с восторгом повторяла она.
Папа.
Когда Джордж услышал это слово, ему показалось, что у него перехватило дыхание, и это не имело никаких видимых физических причин. Естественно, на его способность дышать не могли повлиять детские ручки, обнимавшие его за шею.
— Привет, Лил, — с улыбкой повторил он, держа малышку на руках, и получил в награду поцелуй в щеку.
Он даже представить себе не мог, насколько сильно на самом деле скучал по ней. По ней и по ее матери. Пустоту в груди, которая появилась, когда они ушли из его жизни.
— Папочка! — еще раз повторила Лили, немного отстраняясь, чтобы разглядеть его получше.
Ей явно нравилось это слово, а сердце Джорджа гулко ударялось в ребра каждый раз, когда оно слетало с ее маленьких губ. Он улыбнулся в ответ, и поцеловал малышку в кудрявую макушку, и почувствовал, что на его глазах выступают непрошеные слезы. Он часто заморгал, стараясь сдержать их. Когда он целовал ее в последний раз, волосы Лили были короткими, теперь же они тяжелой волной рассыпались по ее плечам.
Он пересадил Лили так, чтобы удерживать ее одной рукой, а другую протянул для рукопожатия кузине Софи.
— Добрый день, я Джордж. А вы Натали? Спасибо, что приехали и привезли мою девочку.
Когда он произносил последние два слова, его голос был хриплым от переполнявших его чувств.
— Привет, рада с вами познакомиться. Наконец-то, — с луковой улыбкой добавила она.
Джордж перевел взгляд на Софи:
— Я могу взять сумки, а ты понесешь Лили.
По лицу Софи было видно, что она бы с удовольствием поступила именно так, но после секундного размышления покачала головой:
— Нет. Этот чемодан совершенно неподъемный, тебе будет непросто нести его с больной ногой. Так что я займусь им, а ты позаботься о Лили.
— Ты уверена?
Джордж был удивлен и благодарен ей за эту возможность.
— Да, все в порядке. Идите к машине.
— А можно я поеду у тебя на плечах? — вмешалась Лили.
Джордж мгновенно повиновался, стараясь не морщиться, когда не до конца зажившие мышцы попытались выразить протест.
— Лили, он был ранен и еще не совсем здоров, — с укором посмотрела на дочь Софи.
— Все в порядке, — успокоил ее Джордж.
Эта боль ничто по сравнению с тем, что он испытал четыре года назад, лишившись возможности быть рядом с Лили, видеть, как она растет.
Но Лили он не убедил. Она наклонилась так, чтобы иметь возможность заглянуть ему в глаза.
— Тебе больно? — взволнованно спросила малышка, одновременно приглаживая его волосы, словно в надежде, что от этого ему станет легче.
— Все хорошо. Особенно сейчас, потому что ты здесь, — откликнулся он, целуя Лили в кончик носа.