Твоя по ошибке — страница 28 из 51

– Деймер, – отрывисто проговорила льера Ульва, – ты ведешь себя странно. Исчезаешь из мэрии посреди рабочего дня, разбиваешь служебный транспорт за пределами Ньеланда, куда зачем-то едешь с легкомысленной фиолетововолосой девицей. А теперь еще и по кофейням ее водишь, да еще и в такой близости от работы.

Я застыла, прислушиваясь к разговору, начисто забыв про десерт и украшенный сливками кофе.

– Ульва, то, с кем я предпочитаю проводить свободное время, тебя не касается, – сухо и холодно произнес Деймер.

– Меня-то – да, – хрипловато согласилась свейландка. – Но что подумает общественность, если узнает о тебе и этой девице? А слухи непременно пойдут, если еще не пошли. Ты ведешь себя слишком опрометчиво для простой интрижки. Складывается впечатление, что тебя опоили. Приворотным зельем. Что, с учетом специализации дьессы Саами и отсутствия у девиц, подобных ей, всякого представления о морали и приличиях, кажется мне вполне реальным. Тем более…

Глава 13

Сливочная шапка с глухим шлепком упала на блюдце. Я не успела подхватить ее, едва не подавившись глотком кофе.

Льера Ульва говорила и говорила, добавляя все новые и новые факты, выставлявшие меня в самом неприглядном свете. Фиолетововолосая девица, лишенная всякого представления о морали, умышленно опоила безгрешного «железного мэра», чтобы разрушить его репутацию. Вовлекла его в историю с импортом нелегальных тролльих компонентов, обманом вынудила сопровождать себя на земли волшебного народа, что едва не привело мэра к гибели…

Неудивительно, что служба безопасности заинтересовалась происходящим.

– Ульва, – в голосе Деймера зазвенела сталь, – я сам разберусь со своими делами.

– Я беспокоюсь о твоей безопасности, – в тон ему возразила льера. – Мне прислали копию отчета из больницы. Эта девица действительно подлила тебе какое-то зелье…

– Не забывайся. Работа службы безопасности мэрии заключается вовсе не в том, чтобы изучать частные отчеты, тебя не касающиеся. И, раз уж речь зашла о личных делах, мне доложили, что вчера ты на целый день брала служебный магомобиль, не поставив никого в известность.

– Отчет будет ждать тебя в понедельник на рабочем столе, – фыркнула льера. – Что же касается моей… дополнительной работы, я всего лишь исполняю твое поручение, Деймер. Неужели ты забыл, как просил меня, не афишируя, выяснить все про юную дьессу Саами, так неожиданно втершуюся в доверие к твоему младшему брату? Мы оба знаем, как ньеландки любят продать свою невинность подороже, особенно если подворачивается подходящий случай окрутить свейландского лэра, связанного по рукам и ногам старыми законами. Посуди сам: сообразив, откуда Красстен получает деньги, Саами тут же переключилась на тебя.

– Ульва…

– Не будь глупцом, Деймер, и держи себя в руках, – проговорила льера, не обращая внимания на явное недовольство лэра. – Это добром не кончится. Поверь, ты в шаге от того, чтобы разрушить все, чего с таким трудом добился за эти годы. Если дьесса Саами или ее семья обратятся в суд, легким испугом ты не отделаешься. А представь, с какой радостью газетчики ухватятся за возможность прополоскать грязное белье непогрешимого мэра Ноура. «Облеченный властью свейландский лэр цинично принудил к разврату непорочную ньеландку».

– Ульва, – почти прорычал лэр.

– О, поверь мне, юная дьесса Саами спит и видит, как бы пустить в дело свою ценнейшую невинность. Дай угадаю… она уже пыталась запрыгнуть к тебе в постель. Настойчиво… пыталась. Ты весь ей пропах.

– Не суй свой нос, куда не следует!

– Хорошо, не буду. Мое дело – предупредить. Но не удивляйся, когда на пороге твоего дома возникнут разъяренные родители дьессы Саами в компании газетчиков из «Вестника Хелльфаста».

И прежде чем лэр успел ответить, льера Ульва развернулась и ушла, на прощание бросив короткий взгляд в сторону террасы. Вряд ли она могла разглядеть крайний столик за кадкой с деревом, но мне отчего-то показалось, что ее синие глаза посмотрели именно на меня.

Лэр вернулся через минуту. Ему хватило мгновения, чтобы оценить и верно истолковать представшую перед ним картину: нетронутый десерт, жалкая лужица растаявших сливок, недопитый кофе, мой ошарашенный и растрепанный вид. Опустившись на стул, он заглянул мне в глаза.

– Ты все слышала.

В его голосе не было вопросительных ноток, но я все равно кивнула.

– О чем она? – голос дрогнул. – Ты… действительно… просил службу безопасности выяснить все… обо мне?

– Да, Маритта, – серьезно сказал он. – Потому что речь шла о моем брате, о Красстене, о красноволосом несчастье, которое вечно влезает в неприятности и втравливает в них других. Я не мог предать обещание, данное отцу и самому себе, и пустить все в его жизни на самотек. И я действительно велел службе безопасности узнать все о тех, с кем он общается, особенно о девушках. Да, включая тебя. И да, я подозревал, что юные дьессы, вьющиеся вокруг Красстена, как мотыльки вокруг пламени, могут преследовать корыстные мотивы. Я лишь хотел избежать неприятностей – и не допустить, чтобы брат своим безответственным отношением ко всему и вся испортил жизнь какой-нибудь честной невинной девушке, заслуживающей куда большего, чем навязанный законом брак без любви и приязни.

Деймер замолчал. Я крутила в пальцах стакан и тоже не знала, что ответить. Слишком много всего обрушилось на меня за один раз, слишком сложно было осознать, изменят ли слова лэра что-то между нами. Да к тому же зелье – проклятое зелье, творение неуемного Красстена, которого и я, и его старший брат вполне обоснованно боялись хоть на секунду выпустить из виду, – туманило разум в присутствии Деймера, не давая мне мыслить здраво.

Хотелось обиженно выскочить из-за стола и уйти, чтобы никогда больше не видеть никого из этой проклятой надменной семейки, считающей себя выше всего остального Ньеланда. И одновременно хотелось приникнуть к желанным губам со словами: «Да, я испорченная, не обремененная моралью ньеландка, но я хочу тебя так, что мысли путаются в голове».

Хорошо, что во мне осталась еще хоть капля сознательности для того, чтобы не сделать ни того, ни другого.

И тогда я произнесла то единственное, что действительно было для меня важно.

– Я бы никогда не обратилась к газетчикам, чтобы разрушить твою репутацию, – медленно произнесла я. – Ты лучшее, что случилось с Хелльфастом за последние годы.

«Ты лучшее, что случилось со мной».

Я замолчала, не зная, как высказать все, что творилось сейчас у меня в душе. Как объяснить, что моя семья никогда бы не стала настаивать на никому не нужном суде. И что деньги никогда не играли для меня решающей роли. Я просто любила Красстена… как друга, и я просто…

– Я знаю, – тихо произнес Деймер. – Ты выше этого.

– Это все зелье…

Деймер посмотрел на меня, внимательно и напряженно, но все слова, как назло, вылетели из головы. Иногда в минуты волнения я могла говорить и говорить без остановки, но именно сейчас, видимо, был не тот случай. Я с мольбой взглянула в его глаза, пытаясь объясниться без слов.

Но тщетно.

Деймер отвел взгляд и вздохнул, коротко, но как-то безумно горько.

– Хорошо, – глухо проговорил он. – Мы найдем антидот, и ты больше никогда меня не увидишь.

– Я… – слезы защипали глаза. – Я…

Не в силах больше выносить это напряжение, я поспешно встала из-за стола и, пробормотав сбивчивые извинения, позорно сбежала, оставив лэра Ноура одного с недопитым сливочным кофе, десертом и неоплаченным счетом.

Спустившись на набережную, я бездумно пошла прочь, не оборачиваясь, в надежде, что вдали от Деймера в голове хоть немного прояснится, и я смогу спокойно обдумать случившееся и найти правильные слова. Возможно, придется дождаться возвращения Красстена, но я готова была пойти и на это – слишком уж много проблем создало мне зелье «Жгучей страсти».

– Дьесса… Дьесса! Да подождите же вы, прошу!

Я не сразу сообразила, что кто-то бежал за мной и, кажется, уже довольно долго. Обернувшись, я увидела водителя Деймера. Полноватый мужчина запыхался и совершенно выбился из сил, пытаясь догнать меня.

– Дьесса Саами, вы забыли вот это, – он протянул мне сумочку и кофту, по рассеянности оставленные в кафе.

– Спасибо…

– И еще. Лэр Ноур велел отвезти вас домой. Знаете, в лесах близ столицы сейчас неспокойно… Лэр просил передать, чтобы вы не выходили из дома и не волновались: когда лэр Ноур-младший вернется, он сразу же отправит его к вам.

Я отрешенно кивнула, стараясь не выдать того, как тоскливо сжалось сердце. Зелье в крови протестовало, совершенно не считаясь с моими собственными желаниями. Я тоскливо обернулась назад, где за кустами едва различимо белела терраса кафе. Деймер, должно быть, был еще там. Меня тянуло к нему, тянуло неостановимо…

Может, стоило вернуться…

По-своему истолковав мой взгляд, водитель вздохнул.

– Если у вас остались дела в городе, я могу подождать.

Деймер. Он оставался здесь…

Я заверила, что вполне готова ехать прямо сейчас.

* * *

На этот раз у меня не было никаких сомнений: Деймер больше сюда не вернется.

День невыносимо медленно клонился к закату. После отъезда водителя я долго бесцельно бродила по опустевшему дому не в силах придумать достойного занятия. Никогда еще я так остро не ощущала собственное одиночество. Все внутри ныло от тоски, рвалось куда-то, причиняя почти физическую боль.

Без Деймера враз вернулись все прошлые страхи. Шум близкого леса мешался с потусторонним воем, и чьи-то злые жадные взгляды словно бы следовали за мной по пятам всюду, куда бы я ни пошла. Деревья в неверном сумеречном свете напоминали уродливых великанов с вытянутыми кряжистыми пальцами, а озеро, еще недавно манившее прохладной прозрачной водой, казалось зловещим черным провалом.

Хотелось трусливо спрятаться в доме и не покидать границ магического защитного купола до тех пор, пока не приедет Красстен с антидотом – и, наверное, так и надо было поступить, раз уж Деймер сам попросил меня об этом. Но зелье, чья власть над разумом и телом с каждым часом лишь усиливалась, гнало меня прочь от надежных стен. Сквозь самую чащу леса, на платформу, на поезд, что умчит меня далеко отсюда – в яркий и шумный Хелльфаст, где остался тот единственный человек, который был мне сейчас так нужен.