Мой взгляд заметался по теплице, выискивая новые, еще не опробованные пути спасения, но ничего не было. Я исчерпала все ресурсы, исчерпала все знания, и вероятно, осталось только посмешить синеглазого тем, как я буду обороняться против шестерых голодных хищников одной садовой лопаткой.
Голова вожака протиснулась в пробоину, злобно и хищно оскалившись. Волк активно заработал лапами, пробивая дыру в теплицу. Остальные хищники, воодушевленные его успехом, утроили усилия.
Время утекало как вода сквозь пальцы. Отчаянно хотелось выиграть хотя бы пять минут жизни, и я, недолго думая, подлетела к перголе и начала торопливо карабкаться вверх, радуясь, что именно сегодня вместо юбки надела широкие штаны, не стеснявшие движений. Розовые шипы кололи пальцы, царапали кожу, но сейчас я едва обращала внимания на эту боль, подстегиваемая страхом и паникой. Когда вожак, разбив стекло, наконец запрыгнул в теплицу, я уже была высоко, вне его досягаемости.
Хлипкая деревянная конструкция, не рассчитанная на вес человека, опасно прогнулась, грозя в любой момент обрушиться и скинуть меня прямо в пасть к волкам. Я распласталась по переплетению тонких реек, боясь шевельнуться. Прямо надо мной располагалось вентиляционное окно, манившее обещанием временной безопасности, но чтобы дотянуться до него, мне бы пришлось встать, а этого пергола бы точно не выдержала.
Похоже, вожак понимал это не хуже меня, поскольку сел прямо под перголой посреди розовых кустов, ожидая моего неминуемого падения. Остальные волки полукругом расположились рядом.
Мгновения потянулись как часы. Стоило мне лишь попробовать приподняться, как рейки подо мной начинали опасно потрескивать, а одержимые волки вскакивали со своих мест и скалились во всю пасть, ожидая добычи. Я вновь прижималась к тонким доскам, волки разочарованно выли. Несколько секунд – и все повторялось снова.
Вожаку первому надоели эти игры. Он боднул перголу – раз, другой. Раздался глухой треск. Я изо всех сил вцепилась одной рукой в доски, чтобы не упасть, и прицельно метнула острую лопатку – мое последнее оружие.
Судя по звуку, попасть мне удалось, но, к сожалению, этого оказалось недостаточно, чтобы остановить волка. Отряхнувшись, он продолжил расшатывать перголу в попытках добраться до меня. Было понятно, что долго хлипкая конструкция не продержится. Нужно было либо отважиться на отчаянный прыжок, либо…
Я решилась.
Глава 14
Дождавшись, пока волк отойдет от злосчастной перголы, чтобы передохнуть, я рывком поднялась и прыгнула, уже чувствуя, как под ногами подламываются рейки, перекинула локти через край наклонного вентиляционного окна. Тело качнуло вперед, в стекло двускатной крыши, и я воспользовалась этим движением, чтобы опереться обеими ногами в противоположные края узкой обрешетки, подвесив себя на высоте четырех метров над голодной серой стаей. Исколотые пальцы, впившиеся в стекло, мгновенно онемели, ноги свело судорогой, но я держалась из последних сил.
Наверное, лишь стойкое желание выжить помогло мне перебросить сначала одну ногу через раму открытого окна, а затем и вторую. Я села на край и тяжело, рвано выдохнула. Здесь волки точно меня не достанут.
Не достанут – потому что им всего-то и остается, что дождаться, пока я ослабну от перенапряжения и усталости, после чего сама упаду к ним в пасти. Ох, и почему я так не любила университетские занятия по физподготовке? Сейчас бы висела себе и висела, а не…
Нет, я твердо решила не падать.
Не падать.
Силы утекали медленно, но неотвратимо. Руки слабели, к отяжелевшим ногам, казалось, привязали по огромной гире.
Не падать.
Нельзя, нельзя, нельзя…
Не… падать…
Громкий шум, раздавшийся со стороны леса, привел меня в чувство. Между деревьями бешено метались два огонька, с каждой секундой подбираясь все ближе. Я с трудом сфокусировала на них мутный взгляд. После всего, что случилось, я уже ни на что не надеялась.
Это… просто… галлюцинация…
Но нет, на этот раз это действительно оказался несшийся на полной скорости магомобиль.
Черный лакированный капот врезался в калитку, разнося ее в щепки. Мобиль развернулся боком на полном ходу, оставляя за собой темный след вырванной с корнем травы и разметенного в стороны гравия подъездной дорожки. Дверь водительского сидения распахнулась, и из кабины выкатилась высокая темная фигура, моментально поднимаясь на ноги и стремительно бросаясь вперед.
Волки отреагировали мгновенно. Оставив беспомощную добычу, они метнулись к новому врагу, на бегу перестраиваясь клином для атаки. Их было пятеро – сильных, мощных, озлобленных зверей, готовых разорвать любого, вставшего у них на пути, – а глупый человечек вздумал противостоять им в одиночку.
Я подалась вперед, крик отчаяния застрял в горле. Нет, только не он, нет…
А в следующее мгновение все изменилось.
Серебристо-белая магия разлилась в воздухе… нет, казалось, сам воздух стал силой, послушной воле чистокровного свейландского мага. Взмах ладони – легкий, почти небрежный – и волки взлетели в воздух, подхваченные возникшим из ниоткуда ревущим белым смерчем. Короткий полет оборвался так же внезапно, как и начался – и вот уже новая сила впечатала визжащих зверей в землю, скручивая тела невидимыми, но прочными жгутами. Едва слышный хруст…
И тишина.
Все заняло не более десяти ударов сердца.
Волки замерли на земле неподвижными серыми шкурами. Ни один из них не шевелился, и я не знала, остались ли они живы. Увиденное… пугало.
Теперь я четко видела разницу между свейландцами и нами, коренными уроженцами мирного Ньеланда. Я безуспешно пыталась противостоять волкам на протяжении мучительного часа, а свейландцу потребовалась всего несколько мгновений, чтобы справиться с ними. Бросив взгляд на поверженных зверей, я не смогла отыскать среди них светло-серого синеглазого вожака. Но… в глубине души я понимала, что волк-предводитель едва ли вернется. Не сейчас, когда здесь он.
Маг остановился лишь у самого розария, поднял голову, вглядываясь вверх, пытаясь отыскать меня в темноте. Только теперь я увидела его лицо – пусть сердце и поняло все с первого же мгновения – и непослушные губы выдохнули короткое имя.
– Деймер.
– Марри, – прошептал он в ответ.
Мне показалось, будто он хотел сказать еще что-то, но мир потонул в черноте.
Я пришла в себя почти сразу, пробыв без сознания всего лишь несколько секунд, за которые успела соскользнуть с карниза полуразрушенной теплицы – прямо в раскрытые объятия Деймера. Он подхватил меня легко, будто я ничего не весила, и осторожно поставил на ноги.
– Можешь стоять?
Неуверенно кивнув, я попробовала отстраниться, но первая же попытка удержаться на ногах обернулась полным провалом. Мышцы, онемевшие от долгого сидения на крыше, отказались слушаться, колени подогнулись. Я вцепилась в Деймера, почти повиснув на его плечах. Он обнял меня, мягко прижимая к себе. Исходящее от него тепло и ощущение уверенной силы успокаивали.
– Ты пришел, – выдохнула я.
– Да, – только и ответил он.
Я ждала, что он скажет что-то еще, но лэр молчал. Взгляд его был устремлен вдаль – куда-то за мою спину. Не выпуская плеч Деймера, я обернулась и чуть не застонала от стыда и отчаяния.
Повсюду виднелись следы моей недавней схватки с волками. Газон был безжалостно вытоптан и изрыт попавшими под горячий душ хищниками, в кустарнике и низком заборе, опоясывающем владения Ноуров, зияли внушительные дыры. Дверь особняка, и без того после взрыва болтавшаяся на одной петле, отвалилась окончательно, но, кажется, других повреждений в доме не было. Но вот теплица…
Розарий, любовно выстроенный родителями Деймера, был практически полностью разрушен. Остов покосился, на траве поблескивали осколки стекла, чернели неровными острыми краями провалы разбитых окон. Сердце тоскливо сжалось, когда я различила в темноте бывшего розария вырытые с корнем кусты роз, разворошенные грядки и груду щепок, в которую превратилась некогда увитая цветами изящная пергола.
– Деймер, я… – из груди вырвался горький всхлип. – Я совершенно разрушила тебе розарий. И дом. Я хуже духа-такки и хуже моих неугомонных братьев – может быть, даже хуже Красстена. Смотри, все совсем-совсем-совсем в руинах. Кусты сломаны, трава помялась, всюду лужи и рытвины, дверь выбита, а в доме что-то взорвалось…
– Я вижу.
– Мне так стыдно…
Лэр оборвал бессвязный поток слов, крепче прижав меня к себе. Только сейчас я осознала, что все еще держусь за его плечи, а горячие пальцы Деймера почти бессознательно поглаживают мою поясницу. По телу прокатилась горячая волна, и я невольно вздрогнула – но это была совершенно иная дрожь, никак не связанная с усталостью и паникой.
Зелье. Это оно толкало меня к Деймеру даже тогда, когда между нами все было очень непросто. Оно не оставляло мне выбора, заставляя искать близости с человеком, который… что? Всячески старался оттолкнуть меня, но сейчас не находил сил, чтобы выпустить из объятий?
Окончательно запутавшись в себе и своих противоречивых мыслях, я вновь попыталась отстраниться от Деймера, но не удержалась на ногах, в итоге лишь теснее прижавшись к его груди. Чуть наклонив голову, лэр потерся щекой о мои волосы, ласкаясь, как большой кот. И вдруг замер, принюхавшись.
– От тебя пахнет волчьей меткой, – недобро прищурившись, проговорил он. – Свейландской волчьей меткой.
Я шумно втянула воздух, но ничего не почувствовала. Запоздало накрыло страхом: стало понятно, отчего волки не отступали, раз за разом пытаясь достать меня, несмотря на ядовитый порошок и струи кипятка. С меткой – и без магической защиты, разрушившейся от взрыва – у меня не было ни шанса спастись. Вот только…
– Откуда… – срывающимся голосом начала я. – Как ты…
Деймер устало вздохнул.
– Я же свейландец, мы такое чуем – даже те из нас, кто не имеет второй ипостаси. И не только мы. Звери, как ты понимаешь, тоже. Такие метки позволяют свейландским двуипостасным магам управлять хищниками, назначая жертву, – он закрутил головой, обнюхивая меня, и почти сразу же недовольно скривился. – Твоя кофта пахнет.