От его слов горло сдавила ледяная рука. Я в ужасе отшатнулась, едва устояв на ногах, и поспешно содрала кофточку, отбросив ее как можно дальше, словно ядовитую гадюку. Запаха я совершенно не чувствовала – и оттого было еще страшнее. В охваченном паникой сознании мелькнула мысль, что неизвестно где и как полученная метка могла пропитать кофту насквозь, оставив след еще и на тонкой блузке – и я, не задумываясь, стащила и ее, оставшись в одном лишь алом кружевном лифчике и широких штанах.
Взгляд Деймера замер на моем полуобнаженном теле – голодный, темный, какой-то особенный мужской взгляд, от которого меня моментально бросило в жар, несмотря на прохладу летней ночи. Я видела в его глазах желание – ревущее, бушующее пламя – и чувствовать это было… волнующе.
Волнующе было осознавать, что мужчина реагирует на меня так. И не просто мужчина – Деймер, именно он, тот, о ком я мечтала, в ком так отчаянно жаждала разбудить ответную страсть.
Лэр сделал крошечный шажок ко мне, плавно скользнул по щеке подушечкой пальца. Я потянулась за ним, пытаясь продлить прикосновение, но Деймер быстро убрал руку. На его пальце остался темный след грязи, смешанной с засохшей кровью.
Это отрезвило меня. Опустив взгляд на голый живот, я заметила несколько царапин, оставшихся от моих попыток взобраться на перголу. Предплечье и кисть украшали начавшие наливаться лиловым синяки, ладони и пальцы были исколоты шипами плетистых роз. Я вся была перепачкана в земле и пыли, покрыта кровоподтеками и ссадинами, и вид имела скорее жалкий, чем соблазнительный. Грязная перепуганная полуголая девчонка, едва не съеденная волками из-за того, что умудрилась подцепить где-то по дороге в Хелльфаст и обратно проклятую волчью метку. На редкость непривлекательная картина.
Я обхватила себя руками, сглатывая подступивший к горлу горький ком.
– Что случилось? – Деймер посмотрел на меня с тревогой.
– Я… – я позорно шмыгнула носом. – Я вся грязная.
Лэр мягко усмехнулся, приобнимая меня за плечи.
– Это легко исправить.
– Нет, – отчаянно замотала головой я, – я грязная… И розарий… руины… и дом… и ты…
– Начнем с тебя. Пойдем.
Не выпуская моих плеч, он увлек меня к дому. Я послушно шагнула – и едва не упала, зацепившись носком туфли за кочку. Ноги заплетались, не слушались, и даже с поддержкой Деймера продвигаться вперед получалось лишь мелкими неровными шажками, постоянно останавливаясь. Мелькнула глупая мысль, что такими темпами в доме мы окажемся не раньше утра, но идти быстрее я попросту не могла.
Кажется, Деймер подумал о том же. Ноги оторвались от земли – лэр подхватил меня на руки, прижал к себе и пошел дальше быстрым уверенным шагом. Я с облегчением выдохнула, уронив голову ему на плечо. Каким счастьем было вверить себя его заботе, крепким, сильным рукам. Расслабиться и ни о чем не думать…
Дом был темен и тих. В воздухе чувствовался запах горелой кожи. Взрыв повредил дверь и полочку для обуви в прихожей, разметал по гостиной зонты и ботинки. Я поискала взглядом сумочку, которую бросила у входа, когда вернулась, но ее нигде не было, и теперь, разглядывая обгорелые разноцветные клочья, я догадывалась почему. Кофта, сумка… Мне не оставили ни шанса.
Но… поскольку ничего другого с сегодняшней прогулки по столице я не привозила, можно было с уверенностью сказать, что новых взрывов не последует. Густой едкий дым уже рассеялся, оставив после себя неприятное послевкусие, от которого чуть пощипывало горло. Кажется, некоторые из Крассовых реактивов пахли похожим образом, но сейчас я мало в чем была уверена.
Выполняя обещание «начать с меня», Деймер уверенно направился в ванную. Он опустил меня на бортик ванны и быстро проверил краны. Убедившись, что взрыв и мои экстренные манипуляции с разбрызгивателями не повредили систему водоснабжения, лэр удовлетворенно кивнул.
– Все работает, – сказал он, поворачиваясь ко мне. В интимном полумраке ванной его синие глаза тускло светились остаточной магией. – Теперь можешь привести себя в порядок.
Я попыталась встать, но потерпела очередную неудачу.
– Не могу… – я беспомощно хлопнула ресницами.
Сил, казалось, не осталось вовсе. Не хотелось ни двигаться, ни даже думать. Хотелось лишь отдаться во власть сильных мужских рук…
Деймер вздохнул.
– Сейчас.
Зажурчала льющаяся в ванну вода. Я почувствовала, как поднимается наверх горячий пар, окутывая мое тело приятным расслабляющим теплом, и блаженно прикрыла глаза. Деймер суетился вокруг: проверил температуру воды, подлил в ванну приятно пахнущее масло, добавил мыльный раствор, отчего на поверхности тотчас же выросла густая шапка белой пены. Я наблюдала за ним сквозь полуопущенные ресницы… и иногда ловила темный голодный взгляд.
Это согревало сильнее, чем горячий пар, заволакивающий ванную.
– Вот и все, – лэр перекрыл кран. – Раздевайся и залезай.
– Не могу, – вырвалось у меня. – Не могу сама…
На мгновение Деймер опешил, но быстро взял себя в руки.
– Хорошо.
Он подал мне руку, помогая подняться. Убедившись, что я могу стоять без поддержки, опустился передо мной на колени, потянулся к поясу моих брюк и расстегнул пуговицы. Свободная ткань легко соскользнула вниз, и я шагнула к Деймеру, оставив темный лен на кафельном полу.
Белье на мне было непарным – фривольный красный лифчик с кружевами и совершенно обыкновенные черные трусики – и в затуманенном зельем разуме на мгновение промелькнула тень стыда. Но лишь на мгновение. В глазах Деймера, неотрывно смотревшего на меня, крылось столько обожания, восхищения и едва сдерживаемой страсти, что условностям не нашлось места.
Ему нравилось. Все. Вся я, целиком – с лиловыми волосами, красным кружевным лифчиком и простыми черными трусиками, с царапинами по всему телу – со всеми неидеальностями. И это подкупало, притягивало сильнее любых слов…
Сильные пальцы коснулись живота, скользнули по верхнему краю трусиков. Горячее дыхание обожгло кожу. Показалось, что лэр сейчас схватит зубами тонкую ткань, рванет вниз – и больше ничего не будет сдерживать плещущуюся в черноте его зрачков страсть.
По телу пробежала волна жаркой дрожи. Я рвано выдохнула.
Да, да, да…
– Дальше сама? – вернул меня в реальность хрипловатый голос Деймера.
– Нет. Ты…
Лэр поднялся на ноги. Мне вдруг показалось, что он просто развернется и уйдет, оставив меня одну. Но нет – Деймер потянулся ко мне, завел руки за спину, нащупал и одним ловким движением расстегнул тугие крючки лифчика. Провел пальцами по моим плечам, сталкивая алые лямочки.
Деймер торопливо отвел взгляд.
– Дальше сама?
– Нет, ты, – чуть слышно выдохнула я, обмирая от собственной шальной смелости, подстегнутой зельем «Жгучей страсти».
После маленькой заминки он подчинился.
Горячие пальцы скользнули по плечам, груди, животу в считанных миллиметрах от тела, остановившись на мгновение у черной резинки трусиков. Осторожно, почти не касаясь кожи, Деймер аккуратно спустил их вниз к моим щиколоткам. Повинуясь тлеющему внутри желанию, я прижалась к лэру всем телом.
Чувствовалось, как сильно он был напряжен: закаменевшие плечи, руки с проступившими венами, а брюки, прежде идеально сидящие, опасно натянулись спереди. Отчаянно жаждая ощутить все, я подалась ближе – еще ближе – и потерлась о мужское тело животом. Деймер шумно втянул носом воздух. Его ладони легли мне на плечи, сжались…
Но оттолкнуть меня он не смог.
– Ну вот, ты готова, – услышала я его хриплый шепот. – Давай…
– Ну вот, – эхом повторила я, – я готова. Давай…
Близость Деймера кружила голову, жар волнами расходился по телу. Я задрожала, и лэр, тесно сплетенный со мной в объятиях, не мог этого не почувствовать. Не мог, но…
– Забирайся в ванну, – его голос звучал ровно, уверенно. – Согреешься.
– Я не могу… помоги.
Он решительно подхватил меня на руки и опустил в горячую воду.
Я погрузилась почти по самую шею, и плотная шапка пены скрыла меня от взгляда Деймера – к моему разочарованию и, наверное, его облегчению. Но… желание в его глазах не растаяло. Зелье «Жгучей страсти» – а может быть, и что-то еще, что-то другое, глубинное, настоящее, совсем не похожее на навязанные чувства, – будоражило его кровь, так же, как и мою.
С манжеты белой рубашки капнула на пол тяжелая капля. Устраивая меня в ванне, Деймер не закатал рукава, и теперь они насквозь промокли и покрылись хлопьями мыльной пены почти до середины предплечья. Но лэр – обычно идеальный до самой последней мелочи – не обратил на это внимания. И… мне понравилось.
Понравилось, что ради меня он уже не в первый раз оказался готов выйти из образа совершенного, непогрешимого человека, «железного мэра» Хелльфаста. Готов был шутить и смеяться, разыгрывать представления, не боясь показаться нелепым, помогать, забыв о необходимости всегда и везде держать лицо. За все годы нашего знакомства, за все те мимолетные столкновения и почти случайные встречи я и представить не могла, что старший брат Красстена был на такое способен. Но…
Какие-то несколько дней перевернули мое представление о лэре Деймере Ноуре целиком и полностью.
Он заметил мой пристальный взгляд.
– Я… – в его голосе, глухом и хриплом, отчетливо читалось смятение. – Пожалуй, я пойду посмотрю, что в доме требует починки.
Я не позволила ему сделать ни шагу, мокрой рукой вцепившись в его запястье. Сейчас – именно сейчас – я просто не могла его отпустить.
– Не уходи.
– Марри, ты…
– Не уходи, Дей, – тихо попросила я. – Пожалуйста. Мне страшно и холодно одной. Я… ничего без тебя не могу. Останься. Помоги мне.
Деймер вздохнул и покачал головой – с усталостью и каким-то странным смирением.
– Что же ты со мной делаешь?..
Он взял с полки мягкую губку, добавил мыльного порошка и опустился на колени рядом с бортиком ванны.
– Вытяни руки.
Я послушно выполнила его просьбу. Пористая ткань легко, почти невесомо коснулась моей кожи, скользнула от плеча к пальцам. Им – исцарапанным, испачканным, покрытым тонкой засохшей коркой земли и пыли – лэр уделил особое внимание. Закончив, Дей ополоснул меня, магией заставив воду из ванны подняться и стечь по моим рукам и плечам, смывая мыльную пену.