Твоя по ошибке — страница 49 из 51

– А что, если я откажусь, Бьерн? – насмешливо спросила она. – Заставить меня ты не в силах, сам знаешь. А я, – льера скрестила руки на груди, – не собираюсь облегчать тебе задачу. Не вижу смысла. Все слова девчонки – наглая ложь, продиктованная ревностью и неуверенностью в себе. Ты только посмотри на нее – разве уверенная в себе женщина станет красить волосы в такой… нелепый цвет?

– Я помогу, – Дей привстал, привлекая внимание Ульвы, и выразительно похлопал по нагрудному карману своего пиджака. – У меня как раз есть небольшой запас новейшего экспериментального зелья, созданного моим братом. По идее, оно вызывает у двуипостасных мгновенный оборот. Правда, испытать его он по понятным причинам не смог, поэтому за эффект не ручаюсь. Но… ситуация складывается исключительная, так что, с твоего разрешения, Бьерн, можем попробовать такой вариант.

Свейландка едва заметно побледнела.

– Судебный кодекс Ньеланда запрещает эксперименты над обвиняемыми, – проговорила она. – Вы не имеете права…

– Мы проводим внутреннее расследование, а не судебное заседание, – оборвал лэр Берг. – Ну как, предпочитаешь обернуться сама или с нашей помощью?

– Хорошо, – безразлично проговорила она. – Будет вам шоу.

Все изменилось мгновенно. Казалось, только что за небольшой трибуной в огороженном углу сидела высокая темноволосая женщина в серо-синей робе – и вдруг на ее месте появилась сверкавшая яростно-синим взглядом волчица. Стул под ней зашатался, опрокидываясь на бок. Толчок мощных лап – и хищница одним прыжком перемахнула через трибуну, замерев перед направившими на нее оружие охранниками и бывшим начальником.

Дей дернулся ко мне, закрывая от опасности, а я даже не успела толком испугаться. При виде мэра, готового к нападению, волчица-Ульва сверкнула синими глазами и зашлась издевательским лающим смехом.

– Сядь-ка, милая, – почти ласково проговорил лэр Берг, бесстрашно протягивая к обратившейся свейландке руку. – Не шали.

Волчица обнажила в злобном оскале острые белые зубы, клацнула, словно предупреждая, что вцепится, если глава службы безопасности позволит себе лишнего. Но лэр невозмутимо продолжил движение – лишь строго глянул на бывшую подчиненную из-под кустистых бровей. В его синем взгляде мелькнуло что-то глубинное, звериное. Рука с короткими толстыми пальцами на мгновение показалась мне похожей на бурую медвежью лапу.

И Ульва отступила, признавая власть более крупного и свирепого хищника. Склонила серую голову, позволяя лэру Бьорну прикоснуться к себе. Пальцы безопасника взъерошили шерсть на загривке, рассматривая подпаленные проплешины, очертили контур длинного шрама, перечертившего широкий лоб. Волчица ощерилась, зашипела – похоже, порез все еще доставлял ей неудобства.

– Это лопаткой, – пояснила я в ответ на невысказанный вопрос главы службы безопасности. – Садовой. Я ее метнула, когда волки прорвались в теплицу.

Полуобернувшись ко мне, Деймер восхищенно присвистнул. Синие глаза сверкнули искорками смеха.

– Льера Ноур, а тебя, оказывается, лучше не злить, – шутливо-серьезным тоном проговорил он. – Я запомню. А то, знаешь, сковородкой все-таки бывает больно…

– Я кидаюсь лопатками только в тех, кто пытается меня съесть, – тихо в тон ему откликнулась я. – А ты, вроде как, за этим не замечен…

Дей нарочито-медленно скользнул языком по губам и очень выразительно посмотрел на меня – так, что пришлось прикусить изнутри губу, чтобы скрыть неуместную улыбку и не покраснеть. Волчица-Ульва, наблюдавшая за нами из-за спины лэра Берга, презрительно фыркнула.

– Дьесса Саами, – закончив осмотр, глава службы безопасности повернулся ко мне, – стало быть, вы подтверждаете, что это именно та волчица, что напала на вас вечером в минувшее воскресенье?

– Подтверждаю, – решительно сказала я. – Ожоги на шкуре от аммиачной селитры, а порез, как я сказала, от садовой лопатки. Она и стая духов-пииру напали на меня, когда магическая защита дома отключилась из-за взрыва.

Лэр Берг кивнул.

– По показаниям лэра Ноура-младшего, льера Яннсонн расспрашивала его о визите в особняк брата. Лэр Красстен упомянул, что его зелье по случайности устроило перегрузку в рунической защитной сети, и после этого обнаружил пропажу нескольких колб из запасов, привезенных к лэру Марксенну. Лэр Ноур был настолько любезен, что предоставил следствию полный перечень похищенного. На обрывках сумочки дьессы Саами, переданных в лабораторию лэром Ноуром-старшим, были найдены следы одного из украденных зелий. Также был тщательно изучен след волчьей метки на одежде дьессы Саами. Ожидаемо, она тоже принадлежит второй ипостаси льеры Яннсонн.

Глава службы безопасности перевел тяжелый взгляд на Ульву, успевшую вновь обратиться в человека, накинуть предложенную охранником свежую робу и вернуться на свое место, но льера промолчала, не пожелав ничего добавить к сказанному. Лэр склонился над свейландкой.

– Пожалуйста, не усугубляй, Ульва, – негромко проговорил лэр Берг. – Тебе лучше начать сотрудничать со следствием и во всем признаться. Да, мы не можем выдвинуть официального обвинения за организацию покушения на должностное лицо или доказать твою причастность к обвалам в горах. Но показаний дьессы Саами достаточно, чтобы засадить тебя за решетку за покушение на убийство. И, – он недобро сощурился, – очень, очень надолго.

Льера дернула плечом с нарочитым безразличием. Казалось, перспектива оказаться в тюрьме не слишком-то ее расстраивала.

– Это твой последний шанс, Ульва. Признайся прямо сейчас. Пока не стало слишком поздно…

Молчание.

Глава службы безопасности покачал головой. Что-то промелькнуло в его взгляде – то ли разочарование, то ли сожаление, но в следующее мгновение оно сменилось мрачной решимостью. Он выпрямился, отвернувшись от свейландки.

– Что ж, я сделал все, что мог, – продолжил лэр, обращаясь к нам с Деем. – Лэр Ноур, уведомляю вас, что служба безопасности уже подготовила комплект документов льеры Яннсонн для передачи в суд, однако кое-какие вскрывшиеся факты заставили нас изменить решение. К нам обратился официальный представитель свейландских кланов двуипостасных волков в Ньеланде и довел до сведения, что власти Свейланда требуют экстрадиции льеры Яннсонн. С учетом того, что ограниченная рабочая лицензия и вид на жительство в Хелльфасте, выданные льере Ульве пять лет назад, и так истекают через несколько недель, мы не видим причин отказать в запросе. Льера Яннсонн будет в скорейшем времени депортирована в Свейланд…

– Нет…

Я не сразу узнала ее голос – просто не могла даже представить, что гордая надменная свейландка способна на такой тонкий сиплый вскрик, полный безотчетного ужаса.

– Нет, нет, нет! – льера Ульва с силой ударила ладонью по трибуне, сминая дерево. – Я совершала преступления на территории Ньеланда, я виновата перед народом Ньеланда, и меня должны судить по его законам! И я готова… – она обернулась к главе службы безопасности. – Бьерн… послушай, Бьерн, я признаюсь во всем… сяду в тюрьму… Все, что ты хочешь… Только не… не позволяйте ему войти…

Она на мгновение замерла и нервно повела носом, будто принюхиваясь к чему-то неведомому.

– Деймер… – в голосе свейландки зазвенела отчаянная мольба. – Деймер, пожалуйста. Я все для тебя делала, все. Все твои поручения, все твои неофициальные просьбы, все. Я присматривала за твоим братом, чтобы он не делал глупостей, я заступалась за него перед ректором, решала его проблемы. Я даже твою дьессу сохранила для тебя невинной. Ты же мэр, у тебя есть связи… Оставь меня здесь. Пожалуйста… Мы же не чужие друг другу, Дей…

Деймер помрачнел. Я торопливо положила ладонь на сгиб локтя моего лэра, удерживая его от необдуманных действий. Но… их и не потребовалось. Припав к трибуне, свейландка завыла по-волчьи – тоскливо, горестно, жутко.

– Пожалуйста… – еле слышно прошептала она в последний раз.

И замерла.

Скрипнула открывающаяся дверь. Длинная темная тень растянулась на весь проход, почти коснувшись стульев, на которых сидели мы с Деем. А следом в комнату шагнул…

Чужак.

Я не могла подобрать иного слова, чтобы описать вошедшего молодого мужчину. Его легко можно было бы назвать красивым: ярко-синие глаза, высокий рост, прямая спина, широкие плечи, гибкое мускулистое тело, пружинящая походка. Серая военная форма сопредельного Свейланда сидела на нем как влитая – ни пылинки, ни складочки. Породистое лицо было абсолютно бесстрастным.

Но вот взгляд…

Я поймала его всего на мгновение – свейландец с профессиональной сноровкой осмотрел помещение и каждого из присутствующих, прежде чем войти внутрь – и едва подавила вспыхнувшее внутри безотчетное желание забиться в самый дальний угол, сжавшись в комочек от ужаса. Ибо взгляд незнакомца совершенно не был… человеческим. Сквозь ярко-синюю радужку проступало равнодушие хищника перед смертельным броском. Холодное. Бесчувственное. Не знающее ни сострадания, ни сожаления, признающее лишь власть чистой силы.

Власть, данную ему.

Он был силен, очень силен – даже я, нечувствительная к свейландской магии, это поняла. Немногие в этой комнате отважились бы бросить ему вызов. Я ощутила, как напряглись под моей рукой мышцы Деймера, увидела, как подобрался, нахмурился лэр Берг. Охранники, окружившие льеру Яннсонн, дружно попятились, стоило свейландцу подойти ближе.

На Ульву было жалко смотреть. Волчица замерла. Страх плескался в ее бесконечно-синих глазах с едва заметной точкой зрачка – безотчетный, первобытный животный страх. И обреченное смирение. Казалось, она разом растеряла всю волю к жизни.

Признала поражение – окончательное и бесповоротное.

Приблизившись, свейландец на мгновение застыл над ней, словно каменное изваяние. Лишь крылья носа едва заметно раздувались, как будто он впитывал запах волчицы. Красивые губы медленно растянулись в довольной, предвкушающей улыбке. Качнувшись вперед, он подался ближе…

Мне вдруг показалось, что сейчас Ульва запрокинет голову, покорно отдавая себя на растерзание вожаку, а тот вонзит острые зубы волчице в шею, лишая ее жизни прямо у нас на глазах.