— Ой, да хорош,— Эллочка от души рассмеялась. — Поверь, если он тебя возненавидит, ты очень сильно почувствуешь разницу. Ответь на один вопрос. Самый важный в данной ситуации. Любишь его?
Ольга молча опустила голову. Говорить кому-то о своих чувствах к Демону было очень тяжело.
— Ясно. — Бабуля похлопала ее по плечу,— Вот и не тупи, рыбка моя. Будешь жалеть потом. Я мужа своего любила, кобеля, прости Господи, но никогда ему не говорила. Он ушел, словом не обмолвилась, слезы не проронила. При нем. А без него вышла по ночам. Так он, козел, взял, и через год скончался. Ну, не скотина тебе? Я только собралась найти, признаться, что невмоготу без него. А он помер. Скотина и есть. Только ведь не вернёшь уже ничего. Ни человека, ни возможности быть счастливой.
— Как ты себе это представляешь? Я не могу подойти и признаться ему. Просто не могу. Во-первых, он не поверит. Думает, я вру всегда. А во-вторых....
— А во-вторых, делать это ни в коем случае нельзя. Он тебе всю кровь попьет. Максимка поймет, что дорого, только когда потеряет и осознает это. Только тогда он начнет шевелиться. Поэтому, Оля, нужно быть хитрее. Мальчики любят игры. Всегда. Не зависимо от возраста. Вот я тебе сейчас интересную игру расскажу. Проверенную.
Ольга слушала Эллу внимательно. Как ни крути, но у нее с противоположным полом такой багаж за спиной, ни один психолог не сравниться. В принципе, идея, озвученная бабулей вполне себе выглядела заманчиво.
— Круто. Только для этого мне нужно иметь возможность видеться с ним. Сейчас уедем отсюда и что? Договор с Анатолием подписан. Причин встречаться больше нет. По крайней мере, очевидных.
— Не переживай. Это я возьму на себя.
Неожиданно в кустах неподалеку раздался тихий треск сломанной ветки. Ольга тут же вскинула голову, вглядываясь в яркую зелень. Бог его знает, кто там лазит. Благодаря последним событиям уже паранойя развивается.
— Малюта?
На божий свет в самом деле, отряхиваясь и матерясь, выбрался ее учитель.
— Огоооо....
Ольга посмотрела в сторону Эллочки, которая с придыханием протянула это долгое "ого". Происходило нечто странное. Бабуля вдруг приосанилась, выпрямила плечи, отчего ее и без того ровная красивая спина стала похожа на выправку балерины, а затем принялась накручивать на палец длинный локон. Взгляд ее наполнился томлением, тягучим, как свежий мед.
— Прекрати, — зашипела девушка, — Это же, блин...Малюта. Ты чего.
— Господи, какой экземпляр... Офигеть.
Ольга посмотрела на старого товарища внимательно. Ну, симпатичный... Наверное... Конечно, в силу отличной физической формы, которую он настойчиво поддерживает, достаточно приятное глазу тело. Плечи, бицепсы, трицепсы, все как положено. Волосы темные, всегда коротко стриженые. Глаза зелёные, чуть с желтым отливом. Кошачьи. Но это же... Малюта...
Девушка поднялась с земли и подошла к мужчине, который, вот ведь удивительно, на Эллочку внимания не обратил вообще. Такое на памяти Ольги было впервые. Чтоб яркая красота этой неординарной женщины осталась не замеченной.
— Ты что тут делаешь? — Она говорила вполголоса, дабы бабуля не могла слышать их беседу.
— Да так. Присматривал. Времена волнительные, беспокойные. В городе гастролёр такого уровня, что, честно говоря, заподозрил Соколовского в злом умысле. Вдруг решил ответочку тебе состряпать. Вот приехал, наблюдаю.
— Ну, ты вообще...
— Я дико извиняюсь... — душа Эллочки не вынесла такого вопиющего безобразия. По какой-то, очевидно несуразной, причине весьма привлекательный мужчина лишь скользнул по ней взглядом, не задержав его ни на секунду. Более того, слюны не пускал, дышал ровно, страстью и флюидами желания в ее сторону не фонтанировал. Совершеннейшее хамство. — А мы тут сидим, примус починяем...
— Булгаков? Уважаю. Нормальная вещь. — Малюта бросил рубленные фразы, все так же не сосредоточив свое внимание на бабуле, которая, на всякий случай, сильнее выпятила грудь. Может, слеповат человек, не видит красоты. А затем снова повернулся к Ольге. — Тебе бы... Это... Домой надо. Ко мне. Пока спокойнее не станет. Не нравится мне появление данного персонажа.
— Простите. Впервые вижу мужчину, знающего цитаты из "Мастера и Маргариты". — Эллочкина душа не могла обрести покой. Да как так? Почему он ее игнорирует?
— Послушайте... Дамочка. Мне бы переговорить с… с родственницей. Без свидетелей. Так мы отойдем. Ок? — Малюта отодвинул Ольгу в сторону и сместился сам.
— Какая я тебе родственница?
— Первый вариант, который в голову пришел. Чтоб не объяснять наши сложные почти семейные отношения. Не отцом же называться. Совсем уж ни в какие ворота. Тебе нужно быть это время со мной. Поняла? Данный тип неспроста появился. Берет только сложные заказы. Стоит слишком дорого для нашего захолустья.
— Ничего себе, захолустье... Третий город по величине.
— Олька, отцепись. По столичным меркам имею ввиду.
— А скажите, пожалуйста, Вас не учили представляться?— Эллочка явно обладала семейным упрямством Соколовских. Она опять подошла ближе и теперь вдобавок к груди, которую ещё немного и просто сунет Малюте под нос, выставила ножку в разрез туники.
— Женя. Я. Я — Женя. А вот Вы, дамочка явно не понимаете русский язык. Сказал же, переговорить надо. Ладно, спокойно пообщаться тут не дадут. Домой ты не явишься? — обратился он в итоге к Ольге.
Девушка отрицательно качнула головой.
— Ясно. Так и думал, когда узнал, с кем ты выходные проводишь. Пойду с Анатолием переговорю. Перееду пока к нему тогда.
Малюта направился за угол коттеджа, в ту сторону, где находился бассейн.
— Это кто вообще? Я хочу его.
Ольга с удивлением посмотрела на Эллочку, которая проводила исчезнувшего из поля зрения мужчину долгим, задумчивым взглядом.
— Ешкин кот. Только этого сейчас не хватало. — Сказала девушка вслух, понимая, бабуля не остановится, пока не получит желаемое.
Глава четырнадцатая
Макс вошёл в свою комнату и с облегчением бросил дорожную сумку в угол. Наконец, адские выходные закончились. Хотя, раньше, чем планировалось. После того,что произошло с Мариной он был вынужден уехать в город. Честно говоря, это больше радовало, чем огорчало, если бы не причина отъезда. Девушку, на самом деле, искренне жаль. Она уж точно ни в чем не виновата и никак не имела отношение ко всему происходящему. Жертва обстоятельств. По другому не скажешь. Тем не менее, присутствовало чувство вины. Если бы он не позвал ее с собой, Марина осталась бы жива. Правда, мог пострадать кто-то другой. Вероятнее, он сам, но тем не менее. Нести на себе ответственность за смерть другого человека тоже не очень легко.
После разговора с Ольгой, Макс подробно объяснил ситуацию Меркулову, которой, посочувствовав, сказал, что все понимает и, конечно, не против завершения уикенда. На том и разошлись. Встречи с девчонкой постарался избежать. Она о чем-то беседовала на заднем дворе с бабулей, и Макс предпочел уйти по-английски, не прощаясь.
Сбор вещей занял мало времени, поэтому буквально через час он уже был в городе. Пришлось воспользоваться местной службой такси, это тоже не радовало. Родная, любимая машина пока что для использования не пригодна.
Мысли снова вернулись к Ольге. Неужели она? Но все выглядит именно так. Особенно с тачкой. Девчонка разбирается в этой теме идеально. Была рядом все дни. Что ей стоило залезть и покопаться. Да ровным счётом ничего. Так же со стрелком. Ее же научил всему бывший военный. Или кто он там. В ситуации с Ником они, по крайней мере, вместе организовали покушение. Сейчас могло произойти то же самое. Прекрасный вариант. Ольга рядом, на глазах, не подкопаешься, а в кустах сидел ее учитель. От этого стало как-то мерзко даже, пожалуй, обидно. Он ведь почти был готов все забыть. Расчувствовался, как последний идиот.
К счастью, его возвращения никто не заметил. В гостиной, когда проходил через нее на второй этаж, было пусто. Сам искать членов семьи не стал. Не сейчас. Хотелось немного отдохнуть от слишком насыщенных дней. Тем более, судя по всему, ещё на следующий день намечается встреча с представителями органов.
Макс завалился в кровать и проспал несколько часов. Когда проснулся, на улице ещё было светло, но солнце уже лениво катилось к линии горизонта. Он нехотя выбрался из постели. Желания говорить с кем-то, правда, не было по-прежнему, но нужно идти вниз. В конце концов, хотя бы узнать, как дела у семьи.
Макс спустился в гостиную. Со стороны столовой раздавались голоса. Много голосов. Гости что ли у них дома? Вроде бы никого не ждали. Или его уже не считают нужным ставить в известность?
Он подошёл ближе, открыл дверь и, мягко говоря, обалдел. Первое желание, возникшее при виде картины, которая живописно наблюдалась в столовой, протереть глаза, дабы убедиться, что это не сон.
Петька довольно уплетал за обе щеки какие-то вкусности, Наталья Петровна стояла у буфета, облокотившись о него плечом, Леха следил исподлобья за Эллочкой, которая смотрела совершенно в другую сторону. Вроде бы ничего необычного. Однако. Вторая часть панорамы была сюрреалистичной и, по идее, невозможной. За столом, между Петькой и Алексеем сидела Ольга. Как ни в чем не бывало. Девчонка с ангельской улыбкой на лице слушала рассказы домоуправительницы, о том, что нового произошло за это время.
— Какого черта? Откуда она здесь?
Взгляды всех присутствующих обратились к Максу. Причем, осуждающие взгляды. Кроме главной героини этой мезансцены. Та смотрела с насмешкой и вызовом.
— Я задал вопрос.
— Приехала по моему приглашению. — Эллочка махнула рукой, — Не парься. Теперь Олька, вроде как, моя гостья.
Макс подумал, что в принципе семья у них и без того большая. Если придушить одну родственницу, то особо он ничего не потеряет. Скорее, даже приобретет. Спокойную жизнь, например.
— Погостили? Отлично. Пусть уходит.
— Это я без тебя разберусь, — отрезала бабуля.