— Да, ваше высочество, — Унар отпустил мою руку, послушно поднялся.
Мне было немного страшно отпускать его. Казалось, что-то такое сейчас встает между нами… или мне только кажется? Мои страхи?
Завтра уеду, и когда же увижу снова? Я не могу потерять его.
Долго смотрела ему вслед, как он отходит в сторону, идет к другому костру, где солдаты, говорит что-то, его хлопают по плечу… Сигваль молчал, наблюдая за мной.
Потом нам принесли вина — горячее, немного разбавленное, со специями, в больших глиняных кружках, можно руки греть.
— Значит, ты влюбилась в него, Нете? И как далеко это зашло?
Прямо. И он тоже ожидает прямого ответа от меня.
— Это важно?
— Да, это важно. Я не стану читать тебе мораль, Нете, я сам далеко не святой. Но некоторые вещи лучше знать заранее. Если есть вероятность внезапной беременности, то лучше скажи сейчас.
У меня замерло сердце.
— И что ты сделаешь?
— Приму меры, — спокойно сказал он. — Если ты думаешь, что сейчас удобный шанс соврать мне, то нужно понимать, что я спрошу и у Унара тоже, и важно, чтобы ваши версии совпали.
Меры? Нашу свадьбу? Готова поклясться, что бумага с признанием Унара законным сыном не случайна и нужна вовсе не для успешного подавления смуты в Драконьих гнездах. Для воина и посланника короля эти бумажки ни к чему. Но только законный сын Магнуса и брат одного из самых влиятельных герцогов королевства — имеет право просить моей руки. Это не слишком удачная партия, но все же…
Соврать? Убедить Унара соврать тоже. У Беате с Рандольфом все получилось.
Сигваль смотрел на меня, и мне казалось — видел меня насквозь. Я плохо умею врать. И я не знаю, на самом деле, чем моя ложь может обернуться.
Какие меры Сигваль собирается принять? Если совсем не те?
— Ничего не было, — сказала я. — Ничего такого. Мы спали обнявшись на сеновале, в одежде и… так просто теплее… и мне было страшно, одиноко… Мы целовались, но больше ничего… я… я не…
Поняла, что щеки горят. Не могу…
— Хорошо, — сказал Сигваль. — Я верю. Не волнуйся так. Не торопись. Я не стану мешать вам. Но, на самом деле, ты ведь его совсем не знаешь. Вы знакомы несколько дней. И, к тому же, влюбленный мужчина ведет себя не совсем так, как обычно. Становится мягче. Внимательнее. Потом это проходит. Ты даже не представляешь, сколько девушек лило по нему слезы, — Сигваль усмехнулся. — Я не говорю, что он плохой человек, но не простой. Упрямый, принципиальный, всегда поступающий так, как считает нужным, даже если это идет вразрез с приказом и грозит суровым наказанием. Ты не сможешь надавить на него ни силой, ни слезами. И сделаешь так, как хочет он, искренне веря, что это была твоя идея.
О, слезы девушек я понимаю очень хорошо. Ту рыжую… И Фольку, и «мне это не интересно».
И принципиальность. И в остальном…
— Я понимаю…
Сигваль улыбнулся.
— Расскажи лучше, как быстро он тебе все разболтал?
Ему честно было интересно, у меня страшно любопытный брат.
— Я сразу его подозревала, — сказала я, поняла, что тоже улыбаюсь. — Уж очень хорошо все совпало. Я понимала, что ты не позволишь мне сбежать просто так. Но он не признавался. И только потом, в Эйлаке… ну, когда мы еще ехали за Эдрианом, перед переправой… он…
Черт, я краснею снова. Это было в тот раз, когда я смотрела на свое отражение в воде, он подошел, и я думала, что он меня поцелует, но он признался…
— А ты знаешь, Сиг, что я свалилась с простудой уже на второй день. Ужасно просто. У меня был жар, а Унар сидел со мной, носил горячий бульон и пел колыбельные. Он так поет! Ты слышал? А еще я защищала его от оленя! Да, я — его! Когда Унара ранили, и он потерял сознание в лесу…
Я рассказывала, сначала сбивчиво, потом выдохнула, собралась и все по порядку. Глотнула вина, успокоилась. И рассказывая, даже сама удивлялась — неужели все это было со мной! Невероятное путешествие! Столько событий. За всю мою предыдущую жизнь я пережила, кажется, куда меньше радостей и волнений, чем за эти дни.
Сигваль слушал.
Потом, когда я допила и дорассказала все, выговорилась, еще разок всплакнула у него на плече и успокоилась окончательно, Сигваль отправил меня спать. В его шатер. А сам он пойдет куда-нибудь еще.
Я пошла спать и заснула сразу, мгновенно. Давно уже так не спала.
Почти до рассвета.
А перед рассветом проснулась и поняла, что уснуть больше не могу. Что-то снова тревожит. Не хватает.
Встала, выглянула на улицу.
Унар сидел рядом, закутавшись в плащ, прислонившись спиной к дереву. Сначала я подумала, что он спит, но стоило мне сделать шаг, как он поднял голову. Откинул капюшон, поднялся на ноги, шагнул ко мне.
Я бросилась к нему на шею. Обняла. Он укрыл меня своим плащом.
— Как ты? — тихо спросила я.
— Хорошо. Рад, что ты проснулась.
— Ты что, сидел тут и ждал меня?
Всю ночь? У потухшего костра.
— Да. Хотелось увидеть тебя и хоть немного поговорить наедине. Утром нам придется расстаться.
Поговорить?
У него было такое уставшее, осунувшееся лицо. Синяки еще не сошли.
— Ты ведь закончишь дела и вернешься?
— Я обязательно вернусь к тебе, Нете. Как же я без тебя?
— Я буду ждать.
Он поцеловал меня в лоб, осторожно пригладил мои волосы.
— Посидишь со мной? — попросил. — Немного, пока все спят.
Глава 24
— Агнес! — Беате радостно обнимала меня. — Блудная сестричка! Я была так зла на тебя! Все только и говорили о том, куда ты пропала, а не о моей свадьбе! Зачем ты отрезала волосы?!
Она была рада и хотела знать сразу обо всем.
Рандольф Хеттиль стоял за ее спиной, чуть смущенно улыбаясь.
— Рад, что вы едете с нами, Агнес! Моей жене будет п-проще освоиться в незнакомом месте, если рядом будет кто-то из родных.
— Он боится, что я буду скучать по дому, — улыбнулась Беате, с любовью.
Я поняла, что рада тоже. И возможности уехать подальше от двора сейчас, без всяких объяснений, и рада Беате, с которой можно будет поговорить, и даже этому Рандольфу, который точно не будет задавать неудобных вопросов.
Унар подошел, поклонился моей сестре, «ваше высочество», «рада видеть вас, барон», и утащил Рандольфа куда-то в сторону, там у них свои разговоры.
— Это ты с ним сбежала? — тихо поинтересовалась Беате, ее глаза весело поблескивали.
— Нет, я сбежала вслед за Эдрианом. А Унара Сигваль отправил меня охранять.
— И как из него охрана? Тебе понравилось? — хитро спросила она.
Я не ответила. Была как-то не готова, не сейчас…
— А кто это его так? — у Беате еще были вопросы. — С кем он подрался?
— Солдаты Эдриана.
— Ого! Он ведь его убил, да? Твоего золоченого индюка? Молодец!
— Да…
Возможно, с Беате будет непросто, но я все равно рада. Осуждать меня она точно не станет. Может быть, даже поможет разобраться в себе… у Беате, как ни крути, куда больше опыта.
И еще подошел… Такой высокий парень, совсем молодой, может быть, мне ровесник или совсем чуть-чуть старше.
— Это Рикард Аргёг, из Ллодора, — сказала Беате. — Двоюродный брат Рона, сын брата его матери. Он тоже едет с нами, у него дела к Каспару Хеттилю.
— Ваше высочество, — парень подошел, склонил голову с улыбкой, поцеловал мою руку. — Я видел вас при дворе, но, к сожалению, не был представлен вам.
Он… милый. Такой красавчик…
- Рада познакомиться с вами, Рикард.
Просто любезность.
Он улыбнулся шире… у него ямочки на щеках. И легкий золотой пушок, борода еще не растет.
— Значит, вы едете с нами, Агнес? Были когда-нибудь на Тюленьих скалах?
— Нет, никогда. А вы?
— Отец часто отправляет меня к тетке Лилиан, говорит, что северный морской воздух полезен, особенно мужчинам. У меня только сестры… А с Роном и Эдом мы ходим в море и охотимся на китов! И даже видели огромных медведей во льдах.
Охотник! Почти смешно, с каким азартом он говорит это.
Да, мальчишка, совсем мальчишка. Кудрявый, еще немного нескладный, но, в то же время, не лишенный изящества, высокий и гибкий. Интересно, он рыцарь? Унар, в свои двадцать пять, рядом с ним смотрится почти старым воякой, тертым жизнью.
Унар… Он разговаривал с Рандольфом, оглянулся на меня, словно почувствовав мой взгляд… И что-то такое… И этот Рикард…
— А еще он играет на лютне, — радостно поделилась Беате.
— Что?
Я задумалась…
— Рик играет на лютне, просто невероятно! Рик, ты же сыграешь нам, правда? Сегодня вечером.
— Конечно, Беате. Я с удовольствием сыграю для вас!
Он улыбался ей, но смотрел на меня.
Что-то в сердце кольнуло.
Нет. Не хочу.
Я отвернулась, ища Сигваля. Это же его идея? «У меня есть и другие варианты для тебя?» Я не хочу так! Не надо!
Сигваль стоял в стороне, сложив на груди руки, наблюдая. Он только пожал плечами на мой немой вопрос. «Решай сама».
Ничего. Это только моя фантазия…
Нам пора ехать. Они поговорили совсем немного и снова вернулись к лошадям. Предстоит еще долгий путь, все дела давно решены. Рандольф с Беате остановились только забрать меня.
Вот и все. Пора…
Крепко обняла Сигваля на прощание.
— Не скучай, сестричка, — хмыкнул он. — Я еще загляну к вам, ближе к зиме.
— Спасибо тебе.
Он поцеловал меня в щеку.
— Держись там. Присмотри за Беате.
Это еще вопрос, кто за кем… Не важно.
Унар… Он подошел и остановился в шаге.
— Будьте счастливы, ваше высочество, — сказал тихо. — Удачи вам.
Нет!
— Унар! — я обняла его сама, прижалась. — Я буду ждать тебя! Буду скучать!
Он обнял в ответ, потерся носом о мой лоб.
— Все хорошо, Нете…
— Я буду ждать, понял! — с нажимом, как только могла.
— Я обязательно вернусь к тебе, так быстро, как только смогу. Обещаю.
— Я люблю тебя! Поцелуй меня, пожалуйста.
Да, именно тут, при всех! Мне все равно.
А, может быть, даже наоборот — я хочу, что бы все видели.