Уснула на лавке, съежившись, поджав под себя ноги, вся в слезах.
Хватит. Нужно что-то делать с этим. Взять себя в руки.
Значит, Унар приедет сегодня. И Сигваль приедет.
Надо, по крайней мере, привести себя в порядок, и не бродить по замку, как отчаявшееся зареванное приведение.
Нужно пойти к себе. Пусть приготовят ванну и платье. И завтрак. А там будет видно.
Горничная шарахнулась, увидев меня, не ожидала, спала еще в такой час. Я разбудила, отправила за водой. Она лишь обиженно поджала губы и сказала только, что меня все искали, волновались, сэр Рикард искал, и почти всю ночь сидел под дверью, ждал. Но вот, похоже, недавно ушел. Рассвет разбудил и его тоже?
Бедный Рик. Он беспокоился обо мне.
Ничего…
Мне принесли теплого молока, печенья, сыра, холодного мяса, все, чем можно быстро позавтракать. Больше в такое время ничего не готово. Но я так проголодалась, что готова была съесть все.
Ванна теплой воды. Я разделась, влезла, и долго лежала, пытаясь расслабиться и собраться с мыслями. Хорошо… Но все равно подступали слезы.
Приедет Унар, скоро уже… и как же я буду? Как я буду смотреть ему в глаза?
Наверно, скорее, как он мне будет? Но ведь он поступает так, как нужно. Чего стоят чувства какой-то девочки, по сравнению с интересами государства? Да и потом, у него теперь есть новая. Турун. Она всю зиму была рядом с ним. А меня не было. Мне за Унаром бы стоило бежать, а не за Эдрианом. Быть там с ним, в этих Гнездах. Тогда, возможно, все бы сложилось иначе.
Что я ему скажу?
Скажу, что рада за него, и у меня все отлично. Никаких сожалений.
В конце концов, у меня есть Рик, он отличный парень, и вот даже полночи ждал меня у дверей, искал. У меня все будет хорошо.
Сейчас, порыдаю еще чуть-чуть, но к приезду Унара я буду готова.
После ванны перерыла весь свой гардероб, все перемерила, выбрала лучшее платье. То есть, не самое роскошное, а то, которое больше всего мне идет. И пусть оно подходит больше для вечера — слишком открыты плечи, но сейчас не важно. Я впервые хотела не просто нравиться, а быть настолько роскошной и ослепительной, насколько это вообще возможно.
Вдруг оказалось, что при правильной шнуровке платья, у меня и талия вполне изящная, и грудь даже ничего. И вообще. И даже без шнуровки и без платья. Видимо, я все же повзрослела, давно пора. И, глядя на себя, поняла, что неожиданно похожа на Беате, только улыбаться надо помягче, не так напряженно.
А потом мне завивали и укладывали волосы, со знанием дела. А потом немного пудры, румяна и подвести брови… Только немного, я все же хочу быть похожей на саму себя, а не на фарфоровую куколку.
Серьги и небольшое скромное колье.
Я слышала голос Рика за дверью, он снова пришел, но пока меня одевали и причесывали, его не пускали. Я велела никого не пускать. Пусть тоже увидит меня, когда все будет готово. Я понравлюсь ему? Надо понравиться. К нему у меня теперь тоже серьезное дело.
С моей красотой управились где-то к обеду, едва успели.
Мои окна выходили на замковый двор, я могла видеть. Уже слышала в открытое окно, как кричат с башни: «Едут! Едут! Его высочество едут!»
Сигваль.
Хватит, все, волосы пора оставить в покое, они и так лежат, как никогда в жизни не лежали, я не узнаю себя.
Я велела всем уходить.
И пустить Рика. Мне очень нужна поддержка сейчас.
Я смотрела в окно. Сейчас…
— Агнес! — Рик вошел и замер на пороге, недоверчиво разглядывая меня. Даже глаза попытался потереть, чтобы убедиться, что это ему не снится. Ну да, я внезапно, как настоящая девочка.
Обернулась к нему, улыбнулась.
Я достаточно хороша?
— Ты просто невероятна, Нете! Это вообще ты, да?
Он глупо улыбался.
— Я же принцесса, — попыталась улыбнуться в ответ, хотя от волнения сводило зубы. — Я убежала и заставила тебя поволноваться? Прости. Мне нужно было побыть одной.
— Еще как поволноваться!
— Прости…
Там за окном заржали кони.
Я выглянула…
Сигваль спрыгивает на землю. И Унар. Как же я давно не видела его!
Унар… До слез. Так больно кольнуло и перевернулось все внутри, невозможно! Боже мой… я… Сердце колотится.
Унар. Как я хочу к нему!
Главное — не плакать, а то пудра, румяна — все это сейчас размажется, потечет на мне. Да и вообще нельзя.
И выбегает эта рыжая ведьма Турун! Хоть не на шею Унару кидается, но просто за руку берет, что-то говорит. Слуги выбегают. Я не слышу отсюда разговоров. Вижу только, как Сигваль поднял голову, и смотрит на мои окна.
Унар тоже бросает быстрый взгляд, и бежит к дверям. В замок.
Ко мне? Он сейчас будет здесь?
Я стою, стиснув на груди руки, почти до хруста. Меня просто трясет.
Хочется умереть, провалиться сквозь землю и исчезнуть.
Я не готова сейчас. Не готова встретиться с ним, не знаю, что говорить.
Паника накатывает.
Невыносимо.
Он где-то там, поднимается по лестнице, и эти мгновения тянутся бесконечно.
А потом я слышу шаги. Даже не шаги, он бежит…
Я не могу! Я не буду плакать перед ним, не буду страдать. Пусть забирает свою Турун!
— Рик! — я кидаюсь к нему. — Поцелуй меня!
Наверно, это последняя отчаянная попытка спрятаться.
— Поцелуй меня, пожалуйста! Сейчас!
И, прежде чем он, ошарашено, пытается возразить, я обнимаю его, заставляю наклониться к себе, и целую сама.
Это даже не поцелуй толком, одна видимость. У меня от волнения стучат зубы и руки трясутся. И шумит в ушах.
Я слышу шаги. Все ближе. И дверь в мою комнату распахнута, Рик не закрыл. Еще немного, и…
Совсем близко. Я слышу, как он влетает и… замирает. Слышу его дыхание… и дыхание замирает тоже, несмотря на то, как быстро он бежал.
— Агнес… — шепот.
Не могу.
Отпускаю Рика, тот обалдело смотрит на меня.
Я поворачиваюсь к Унару.
Больше всего на свете мне хочется броситься к нему на шею, обнять, прижаться и больше не отпускать никогда. Я же люблю его! Сердце разрывается.
Но вместо этого я беру за руку Рика. Чтобы сразу обозначить, что я Унара уже не ждала.
Тишина. Мы молча стоим все трое.
Унар вытянулся у двери. Не двигаясь, словно пытаясь все это осознать. У него белое лицо, какое-то совсем чужое, ноздри подрагивают.
И он первый берет себя в руки.
— Я помешал, ваше высочество? — тихо и ровно говорит он. — Простите… я… просто хотел… поприветствовать вас. Мы давно не виделись.
Медленно, словно подбирая слова. Очень спокойно, ровно, но напряжение так и звенит.
— Я тоже рада видеть… тебя, — хотела сказать «вас, сэр Унар», но на это не хватает сил, это слишком. — Значит, ты теперь герцог?
— Да, — говорит он, кадык дергается.
Не могу. Вот просто не могу я все это. Надо заканчивать быстрее.
— А я вот теперь тоже выхожу замуж! — говорю я, и кажется, что внутри все горит от этих слов. — За Рикарда! Ты думал, я буду ждать тебя всю зиму? Пока ты там… ты…
Все. Зажмуриваюсь и кусаю губы.
Слышу еще:
— Рад за вас, ваше высочество.
Слышу, как он выдыхает сквозь зубы, поворачивается. И идет прочь. Уходит.
И только когда шаги начинаю стихать, Рик дергает меня за руку.
— Нете! Что это было сейчас? Какая муха тебя укусила?
А у меня просто ноги подкашиваются.
Я закрываю лицо руками, я пытаюсь уткнуться Рику в плечо, порыдать. Но он берет, трясет меня за плечи.
— Что случилось, объясни мне? Нете! Ты же так ждала его?!
— Он… он же… он женится на этой Турун! А я…
Рик смеется, потом тихо ругается, потом крепко встряхивает меня еще раз.
— Да кто ж тебе такое сказал? — так требовательно.
Я не могу понять…
— Турун выходит замуж за Хальдора, — говорит он, словно маленькой глупой девочке. — Нете, ну что ж ты творишь! Она приехала с Унаром, но выходит замуж за твоего брата, — качает головой и смеется. — Иди, догоняй теперь своего герцога. Может, он тебя простит.
Глава 28
Я не успеваю добежать, вижу, как там вперед Сигваль ловит Унара за шкирку, разворачивает. «В чем дело?» — требует строго. Унар что-то говорит ему, пытается вырваться, но Сигваль держит крепко.
Я бегу. У меня подгибаются ноги и, кажется, вот-вот рухнет мир. Еще немного и будет поздно, ничего не вернуть. Только не так! Успеть… Я спотыкаюсь, едва не падаю…
— Стой! — кричу отчаянно, изо всех сил. — Унар, пожалуйста! Подожди! Прости меня! Выслушай, пожалуйста! Я не хотела! Я… Прости! Я люблю тебя!
У меня не хватает дыхания.
Унар дергается, но Сигваль мертвой хваткой держит его за плечо.
— Что тут у вас произошло? — спрашивает он.
Как все объяснить?
Какая я дура!
Унар стоит, стиснув зубы, желваки на скулах. Я так виновата перед ним. Он бежал ко мне, а я…
Хочу объяснить, и не могу найти слов, такая отчаянная пустота в голове. Ужас, что теперь ничего не исправить, и я испортила сама…
— Я так испугалась… — у меня дрожат губы, я сама едва понимаю, что говорю. — Я думала, что больше не нужна тебе! У тебя есть Турун! Такая красивая! Такая… Не то, что я… Сиг ведь говорил, что это выгодный для тебя брак, поможет укрепить власть, и вообще… я… Я думала, ты забыл про меня, столько времени прошло… Унар… я… я не знаю… я так виновата… Мы встретили ее у ворот, она сказала, что приехала вместе с тобой и скоро выходит замуж. Я задумала — за тебя. Я… Я дура, я знаю… Я испугалась, что потеряла тебя и пыталась… вот так… защититься… Не уходи, пожалуйста. Я не могу без тебя… Я…
Все, не могу больше говорить. Всхлипываю. Слезы душат меня, не могу даже дышать.
Унар болезненно морщится, трет ладонью лицо.
Молчит.
Прости меня, если можешь.
— Мать твою, Нете, — говорит Сигваль. — Что ж ты хоть сказала ему?
У меня подбородок дрожит.
— Что… что я тоже выхожу замуж.
Зажмурилась. Показалось, меня сейчас убьют на месте.
— За кого? За этого вот красавца? — Сигваль кивает мне за спину, на Рика.