Страшно.
– Но мы же не можем просто сидеть и ждать, пока он выжмет нас как пчелиные соты!
– Есть одна мысль… Может быть, Береникка попробует снять заклинание с Александры? На это сил должно хватить?
– У нас же все блокировано! Эти жмаховы цепи не дадут даже спичку разжечь!
– Отмена заклинания – не заклинание. Задуть спичку куда легче, чем разжечь.
– Может получиться.
– Александра, ты сюда поместишься?
Я усекла:
– Эй-эй! Не так быстро, парни! Вы хотите из меня снова дракона сделать? А как я в щель под дверью полезу?!
– Куда?!
– Пойми, когда ты станешь собой, тебе не нужно будет лазить по щелям! Ты сможешь защитить…
– А Рик?
– Девочка права, – влез зеленый дедушка. – Рикке надо сказать.
– Мы теряем время. – На лбу Кристаннеке проступили капельки пота.
– А у мастера Рика выплеска не намечается? – с надеждой поинтересовался худой парень. – Может, сказать ему, чтоб при случае и нас в мышек превратил?
– Желательно летучих! – раскатал губу Раэнки. – Не смотри на меня так, Серавеса, это шутка.
Да? А я уже обидеться собиралась. Юморист, тоже мне. Смесь Петросяна с Галкиным! У Рика уже был один выплеск! А Гаэли сказал, что следующий без лекарства его прикончит. А я против! Мне шаман самой нужен!
– И на том спасибо.
– Хотя, если мы продолжим знакомство с леди Александрой, то в нашей участи можно не сомневаться. Быть нам мышами или лягушками… простите, Гаэли.
– Или покойниками, если мы не прекратим болтать и не отпустим девушку. Иди, девочка. А потом вернись сюда.
И опять – дверь, коридор, щель и чертовы ступеньки, на которые надо лезть. И ледяной воздух.
– Рик!
Молчит. Замерз? Ой, я помчалась вперед по этим ступенькам, вереща как целый младший класс:
– Рик! Я нашла, они тут! Представляешь, они говорят, что я должна…
– Замолчи!
Что?..
И я остановилась, точно споткнулась на шпильках и замерла: Рик! Рикке. Он был уже не один в этой морозилке. Какие-то типы паковали моего шамана в такие же цепочки, как на магах ковена. Он не вырывался, только на меня смотрел и что-то вроде сказать хотел, но я не поняла.
Что?
– Рик?
– Беги, ду… беги!
А-а-а! Поздно! Меня уже сцапали.
Мама! Огромные лапы ловко сцапали мой хвост – камера жутко закачалась, и я не успела ни пискнуть, ни даже цапнуть нахала, как… Блин, больно как! Что-то сжало бока, что-то надавило на шею так, что в глазах потемнело. Больно. Пустите!
– Это еще что такое? – громыхнуло над головой. Я пискнула, и руки как-то приотпустили. Куснуть бы, да эти лапы, видать, с прошлой недели немытые. Фу.
– Сволочь, больно же! – у меня даже говорить еле получилось – вместо голоса писк какой-то вышел. Горло… ох, черт, а если так и останется?
– Оп-па… ты глянь, во тварюшка! – обрадовался немытый тип. – Говорящая.
Скотина, еще и обзывается, чтоб у тебя язык отсох.
– Сам тварюшка! Я Александра, понял?! И не смей меня лапами хватать, хамло тупое!
– Саша, молчи! – хлестнул по ушам отчаянный крик шамана.
А? Чего это он? Стоп-стоп. Саша?
Я обалдело уставилась на шамана, но долго мне смотреть не дали – дернули вверх:
– Александра? Ты, что ли? Та самая?
– Вроде не та, – нерешительно бормотнул тот, что держал меня в руках. – Хозяин вроде как про дракона говорил.
– Дак нет. Хозяин говорил «дура» и Александра.
– Сам дурак! – обиделась я. Да что они все, сговорились?!
Хотя почему Рик меня так назвал? Сашей? Нет, я не против, только почему? Я забрыкалась изо всех сил – пустите же! Ну дайте ж посмотреть.
– Тихо ты! А то… – Меня встряхнули.
– Слышь, Арих, ты б того… поаккуратней, – посоветовал голос со стороны. – А то хозяин тебя вместе с ней коту скормит. Сказано доставить эту Александру к нему, значит – доставить. А дракон она там или мышь, пусть сам разбирается! Хоть брыхда кастучая, а доставить надо.
– Тьфу. Ну ладно, тащим. А…
– А про то молчок.
– Эхма…
Нет, я по-всякому ездила. И на машине гоняла с одним своим женихом, пока папа его сторожем на свалку битых тачек не пристроил (чтоб видел, в кого этот самый жених превратится, если еще раз ко мне подкатит), и на коне умею (верховая езда в нашем колледже была поставлена что надо), и даже на верблюде по пустыне тряслась, было дело.
Но чтоб в чьем-то кулаке путешествовать – такое мне никогда даже присниться не могло!
Чес-слово, даже на верблюде лучше. Фу… меня счас стошнит.
Ох.
Как же меня все достало в этом придурочном мире.
Коридоры, коридоры… А Рик? Рик где? Кажется, его тоже тащат – сзади звенят цепочки, – но голову не повернешь никак. Да когда ж это кончится? Знала б, что так будет – кувыркалась бы до потемнения в глазах – вдруг помогло бы.
Открывается дверь.
Ну сейчас мы узнаем, что к чему.
Страшновато.
Зал какой-то… не такой. Ну в смысле в аниме злодейские замки всяких темных властелинов… впечатляют, скажем так. Красивые. И вообще-то я ждала чего-то стильного, понимаете?
А тут было все не так.
Стенки не гладкие и темные, а простые каменные, и потолок некрасивый, и где трон, спрашивается? Нету.
Вместо этого просторный зал, неровный пол, когда-то зеркальный, а теперь… по нему как дискотека на шпильках погуляла, в потолке дыра, а к ней бегут темные линии – колонны, которые постепенно переходят в потолочные балки. Если не присматриваться, то кажется, что весь зал под животом какого-то громадного паука. Да, стилист, наверное, здорово обкурился, когда планировал такое. Ой, поосторожнее! Чуть не уронил меня, козел! Под ноги смотри!
Хотя в зале творилась такая суматоха, что уронить могли запросто. Куча народа что-то втаскивала, в центре кто-то суетился, полируя камень, с дырки в потолке свисали две веревки, и на них качались люди, занимаясь непонятно чем. Возле камня по полу ползало штук пять парней, раскрашивая его, как гаишники – дорогу. Целая команда растаскивала обломки, порванные занавески, мусор всякий.
А посреди всего этого бардака бегал тип и раздавал всем указания.
– Левее! Точнее! Быстрее! А где маги? Живо тащите сюда!
Знакомый голос. Где я его слышала? Я бы вспомнила, честное слово, вспомнила бы, но тут этот полудурок, который меня поймал, как раз решил вякнуть:
– Хозяин… Тут того… Александру споймали.
Крик стих. Хозяин быстро обернулся и завертел головой:
– Где она?
– Тип с зелеными шариками! – ахнула я.
Он меня не услышал. Он нетерпеливо смотрел то на солдата, то на вход, что-то спрашивая.
А я… я вдруг вспомнила поселок.
В поселке горели костры. Большие. Почему-то пламя было малиновым, а дым – почти красным. Красные столбы дыма вонзались в ночное небо и растекались большим алым облаком.
Как огромный флаг.
Дым ел глаза, пахло горько и до ужаса противно. Как в морге, куда нас однажды водили легкие курильщика смотреть. Как на пожаре тех башен-близнецов в Нью-Йорке. У меня чешуя дыбом встала. Пахло смертью.
И собаки выли. В голос, дико и жутко.
– Где она?
Первое тело мне попалось под ноги, когда я прошла за цепь костров.
Она была маленькая, лет пять, не больше. Вся закутанная, только лицо открыто. Неживое.
Собака тоже была маленькая, совсем щенок. Серый, лохматый, он то тыкался в хозяйку носом, то задирал к небу мордочку и выл.
– Где эта мерзавка?
…Они не верили, что я не могу помочь – упрашивали, плакали, кто-то даже на колени встал.
– Госпожа…
– Госпожа, ну хоть детей! Помогите. Все отдадим, что ни попросите! Госпожа… Хоть деток бы…
– Что ты мне показываешь, сын хурмаса? Мышки завелись?!
Рик поморщился и снова потер виски.
– Странный мор. Слишком быстро… Позавчера еще все были здоровы. Слишком быстро. И отвары не помогают. Как наведенный…
– Что?
– Нет… Ничего. Ты только человеческий облик не принимай. Кто знает, может…
Он вдруг замолчал. И глаза закрыл…
– Что ты мышью в нос тычешь? Что? Отродье пня безмозглого!
И все, что было – умирающий поселок, девочка на улице, безнадежно дымящие костры, – из-за этого придурка?! А Рикке… И эта скотина еще меня смеет мерзавкой обзывать?!
Я открыла рот, собираясь высказать все, что я думаю об этом подонке сволочном, и промолчала. Из-за Рика. Его как раз проволокли мимо и сейчас цепляли конец цепочки на крючок в стене. А он смотрел на меня. Серые глаза почему-то казались черными. Он перехватил мой взгляд и быстро, почти незаметно качнул головой.
Нельзя. Молчи. Осторожнее.
Осторожнее.
– Вот. Она того… Александрой назвалась! – И ладонь подо мной взлетела так, словно я нечаянно влезла в реактивный самолет.
– Вот это?
Я промолчала. Сейчас, когда тип навис надо мной, как Останкинская телебашня, он почему-то не казался смешным. Наоборот, мне очень захотелось оказаться подальше. Меня б сейчас устроила даже наша старая квартира, даже кабинет директора колледжа. Ой, мамочка!
– Маги доставлены! – рявкнул кто-то в стороне, и хозяин наконец перестал на меня смотреть. – Куда повесить, вашмилость?
– Туда, – махнул рукой тип. – А эту… дай-ка ее сюда, Арих.
Эх… ну никак не цапнуть. Ой, черт, и снова меня трясет и зал трясет, просто внутри все переворачивается от голоса этого противного мага.
– Что ж, я прав, что не стал тебя сразу убивать, Тоннирэ. Несмотря на твою бесполезность для моих целей, я оказался прав, не так ли? Ты все равно помог мне.
– Я не помогал тебе!
– Помог. – Он наклоняется к Рику так, словно собирается поцеловать или что-то на ухо шепнуть. – У меня не было мага, и вот он есть, причем не один, а целый ковен. С его помощью я поднимусь так, как и не мечтал еще вчера. И никто больше не посмотрит на меня свысока – даже ты, умник! Как алтарь? – крикнул он в сторону.
– Готово, господин!
– Хозяин, идиот!
– Готово, господин… хозяин.